Я клянусь тебя беречь (СИ)

— И я счастлив с тобой, — Керро похвалил себя за идеально проведенную кампанию по уговариванию Грады. Не пришлось приказывать, командовать, долго убеждать. Не важно, что их пара неправильная, они и встретились поздно, и начали с недопонимания, важно, что теперь они не мыслят жизни врозь. — Кому еще жениться, как не нам.
Выйдя на балкон, Града обнаружила, что действительно весна. Дует теплый ветерок и почки уже набухли. Как же она не заметила раньше? В каких витала облаках? Доводы Керро приземлили ее и заставили задуматься, почему Града откладывала собственную свадьбу. Уж точно не ради стройности. Боялась, что кто-то ее осудит? Начнутся разговоры, что поймала генерала своей беременностью?
Града нахмурилась. Так думала Шена и она точно была против их свадьбы. Но зачем же Граде быть заодно с Шеной? Граде надо быть на своей стороне и поскорее стать Римст. Когда-то она записала шутливый стишок, найденный случайно, и теперь поняла, что живет в соответствии с этими рифмованными строчками:
Очень счастлива была сорок пять минут. Дольше постеснялась, люди не поймут.
Так! Града выходит замуж. И лучше Грады для Керро никого не припасли. Они немедленно едут к портному. Свадебный наряд Грады должен быть ослепительным, чтобы все в обморок упали. Особенно, сослуживцы Керро. Пусть не думают, что генерал выбрал не ту. Наверняка сослуживцы так и не думали, но Граде нужно было топливо для уверенности и решительных действий.
Космическое агентство не пожалело денег. К свадьбе Керро и Грады отремонтировали парадную лестницу и актовый зал. А там, где ремонта не было, директор по совету Грады поставил таблички “Секретно. Входа нет". Военные гости кричали оглушительное “ура”, хлопали Керро по плечу и уважительно поглядывали на Граду. Во-первых, на видном месте располагался космический кулончик. А во-вторых, Керро с гордостью рассказал боевым друзьям, как Града собиралась ему мстить.
Громовой хохот над балетными туфлями сопровождал все торжество. Града сначала пихнула локтем Керро в бок за разглашение конфиденциальной информации, а потом смеялась вместе со всеми. Космическая женщина, что с нее взять. Она еще и не такое придумает, если ее разозлить. Пусть враги сто раз подумают, прежде чем напасть на Граду.
Как-то утром у нее заболел живот и Керро, не слушая возражений, привез ее в роддом. Поцеловал, запретил без него рожать и умчался в космическое агентство. С недавних пор Керро там преподавал. Града сама помогла ему составить план занятий, а теперь вот жалела, что муж был занят не ей. В больнице одной было скучно. И в палату не пустили Бенни. Граде, конечно, захотелось скорей домой. 
Доктор велел ходить. Куда в больнице ходить? На улицу запретили из-за ступенек. Разве что с балкона посмотреть на Бенни, который сидел внизу и ждал, когда хозяйка вернется. Града так и сделала. Вышла на балкон. Бенни был уже не один. Рядом с ним разлегся на молодой травке мистер Динк. А Леший устроился на лавочке под цветущими вишнями. Заметив Граду, Леший закричал.
— Эй, малыш, не заставляй хороших людей ждать.
— Ты это кому? — переспросила Града, надеясь, что Леший обращается не к ней.
— Тебе, конечно.
— Малыш уже не я, — Града приподнялась на цыпочки и положила живот на край перил.
— Малыш ты, потому что боишься. А тот, кто у тебя в животе, знает свой срок и не ведает страха.
— Твоя философия слишком мудреная, — фыркнула Града. — Просто ты привык звать меня малышом, хотя я давно уже взрослая.
— Да? — не поверил Леший. — Давно?
Из-за угла вывернули Рокко и Томас. Града схватилась за голову. Керро всегда действовал незамедлительно, уже оповестил всех друзей. А с них станется, поставят под балконом палатку и будут подшучивать над Градой. Мол, забеременела бесплатно, а рожает за дорого. Палата, куда Граду поместили, действительно, была самой комфортабельной. В ней пару месяцев назад Мимоза родила мальчишку Андерса.
— Вы зачем приехали?
— Как это зачем? Я же рожаю, забыла? — Рокко наделала немало шума рассказами о своей выдуманной беременности. — Придумала имя? А то мы тебе придумаем.
 
— Нет пока. Надо же сначала посмотреть на ребенка. Какие глазки и носик. Чтобы имя соответствовало внешности и характеру.
— На Керро будет похож, ясно же.
— Ничего не ясно, — как у этих охламонов все просто. Града мечтала, чтобы малыш походил на них обоих с Керро.
— Надо назвать как великих людей, — подошла и Симона. — Тогда у ребенка с детства будет хороший пример.
— Да ну вас, — Града удивлялась, но и радовалась, что ребята дружили с ней, несмотря на приличную разницу в возрасте. — Как твоя практика, Симона?
— Опять выгнали.
— Не огорчайся, Говард тебя позовет обратно. Ты умная.
— Он меня не любит.
— Спаси его от смерти, — посоветовала Рокко. — Сразу полюбит.
— Скорее Говард ее спасет, — засмеялся Томас. — Учитывая невезучесть Симоны, ей спасти кого-то проблематично.
— Я к вам попозже выйду, — Града покачнулась. — Что-то мне тяжело.
— Ага, мы тут подождем. Рожай спокойно.
Насчет спокойно у Грады возникли сомнения. Во-первых, было очень больно. Казалось, она взорвется от распирающего ощущения. Во-вторых, Керро велел без него не начинать. А придет он не раньше, чем через час. В-третьих, хотелось орать, топать ногами и проклинать всех вокруг. И убежать хотелось далеко-далеко. Даже лицом в подушку не уткнуться, живот мешал.
Все раздражало Граду. Стерильный вид палаты, дурацкая белая мебель, удобная для врачей, а не для нее. Одежда на завязках, быть в своей ей не разрешили. Запахи. Больничные и весенние с улицы. Звуки. Шаркающие шаги из коридора и крики Рокко, требующей от Грады сделать этот день великим. Мысли, беспорядочные и испуганные, как воробьи.
— Градди, как ты, моя вишенка? — Керро влетел в палату как вихрь.
— Не знаю, — честно призналась Града. — Хочется всех убить.
— Немного потерпи, скоро нас станет трое, а это уже боевая единица, легче организовать правильную атаку и защиту. Ну и вести бой.
— Да, что вы такое говорите, — вокруг Грады засуетились врачи. — Какой бой? Не мешайте. Ей надо сосредоточиться. А то и покричать.
— Покричать? — не понял Керро. — Зачем? Градди не будет орать на весь роддом, как придурочная.
— Рассчитываете, что ей не будет больно? Она же сама рожает.
— Будет больно. Но она Римст. Настоящие Римсты не орут в серьезном деле, — Града закусила губу, Керро говорил так уверенно, не сомневался, что никаких ее криков врачи не услышат.
— Все женщины кричат, когда рожают. Это нормально.
— Градди не все, — стоял на своем Керро. — Она космическая женщина. Самая смелая и умная из всех, кого я знаю.
— Вот и посмотрим, — больничный персонал не скрывал иронии. Они, действительно, повидали разного. А вот молчаливо рожавших женщин не встречали. Орали от боли, орали от страха, просто так орали, чтобы привлечь внимание.
— Римст орать не будет, — упорствовал Керро.
Первой мыслью Грады было послать Керро с его приказами подальше. В конце концов, это Града рожает. И если захочет, развопится так, что у всех, даже на улице, уши заложит. Просто пока терпимо. Керро не обращал никакого внимания на врачей и их советы. Расположился за спиной Грады, положил ладони ей на плечи. Прижался губами к макушке. От дыхания Керро волосы щекотно шевелились.
Града поморщилась, поясницу и низ живота прострелило болью и она вцепилась в руку Керро. Лучше думать о посторонних вещах, о смешном и радостном. Об их свадьбе. Керро надел парадный мундир и Града заново в него влюбилась. А Града была прекрасна в темно голубом платье. Это все говорили и она сама видела в зеркале. Живот нисколько ее не портил, а ведь срок уже приличный набежал. Вояки умильно улыбались, глядя на нее, а женщины слегка завидовали.
Сослуживцы изо всех сил нахваливали Керро, Мимоза не выдержала и закатила ответную речь о Граде. Какая она крутая профессионалка и может решить любую проблему. В ту минуту Града кивала, а сейчас потеряла уверенность, что все проблемы ей подчиняются. Сильная боль вернула ее в палату и она еще крепче сжала руку Керро, который уже командовал всеми, включая младенца, спешившего родиться.