Война после войны (СИ)

— Что-то ты какой-то суеверный стал. — С усмешкой сказал мне Ким.
— А чесночком и ладаном не балуешься? Оберегами ещё обвешайся.
— Узнаешь то, что знаю я, не только оберегами обвешаешься, но и свечку в церкви поставишь, и хорошо, если за здравие. Как бы всем нам за упокой не поставили, но об этом не сейчас. Будете получать задания от Малышева, от него и узнаете. Руководит операцией он. Он за всё и отвечает.
Гек сейчас работает с группами разведки Малышева. Пришлось даже привлекать людей из ГРУ. Мы их наводим на базу № 1 в Бразилии. В Колумбии у нас практически никого нет, а у грушников в Колумбии, Эквадоре и Венесуэле есть своя сеть.
Руководство ГРУ полной информацией не владеет, но чем Малышев занимается в принципе, они знают. По точечным операциям их ещё просветят. Подготовительной работы там ещё на пару месяцев. Накрывать будем обе базы одновременно. Грушникам же сольём часть фигурантов на уничтожение. Там в основном кровопийцы из Айнзацгрупп, Зондеркоманд, концлагерей и сотрудники гестапо. В большинстве случаев они ни с кем не связаны, так что пусть ребята валят их наглухо к чертям собачьим.
Сам я должен вернуться в «Байрес». Информацию о Елагине я слил Готтербергу перед отъездом. Думаю, в Организации очень удивлены. Груз, подготовленный для меня Марком и Старшиной, уже идёт морем в Аргентину. Пока на меня не выйдут американцы, сидим тихо и занимаемся только подготовкой и разведкой.
Мы начали строить базу в Бразилии. Предлагаю оставить эту базу только для боевых групп и учебного центра. Место вполне подойдёт для базирования отрядов Кима и Хаски. Туда же будет перекидываться оружие для всех наших групп. Всё это оружие прошло подготовку на закрытом заводе на островах. В основном это автоматы STEN Mk IIS оснащённые интегрированным глушителем.
Часть этих автоматов после войны была передана вооружённым группам, отправляющимся в Палестину, а часть продана через «Лерман Центр» нашим подставным фирмам в Африке. Причём в МИ-6 уверены, что всё это оружие также продано в Палестину.
Именно из этих автоматов мы будем отстреливать нацистов в Южной Америке и всю ответственность за эти действия спишем на эти еврейские вооружённые формирования. Пусть потом доказывают, что они не причём. БОльшую часть этих автоматов с боеприпасами «Лерман Центр» демонстративно продал фирмам, принадлежащим Палестинским евреям.
Кроме автоматов СТЕН различных модификаций, боеприпасов и гранат, было переданы винтовки Ли-Энфильд и американские автоматические винтовки Гаранд М-1. Вместе с ними туда же ушло некоторое количество винтовок Гаранд М-1С и Гаранд М-1Д, снайперские винтовки сорок третьего и сорок четвёртого годов.
Всё оружие было продано в ущерб компании за весьма символическую цену. И в МИ-6, и в ЦРУ, и в спецслужбах арабских государств на все сто процентов уверены, что «Лерман Центр» спонсирует вооружение Израиля. Компания этого и не скрывает, скупая оружие и снаряжение по всему миру. Вот только советское оружие перепродается, а вышеупомянутое оснащается глушителями, на нём уничтожаются серийные номера, и оно будет переправлено нашим группам и спецгруппам ГРУ. Всё оружие после операций будет скинуто на месте, пусть явный след останется.
В качестве второго оружия у всех бойцов будет американский автомат М-3. Американцы эти автоматы уже поставили в Японию, Италию, Испанию, Бразилию и Аргентину. Восемнадцать тысяч этих автоматов было переправлено американцами в Палестину прямо из Италии. В случае гибели бойца это оружие забирать только в самом крайнем случае. Там такие уши будут торчать из САШ, что любо дорого.
Для тихих ликвидаций используем «Вальтер П-38», их уже столько выпустили, что они хаотично по всему миру разбросаны. По ним вообще никаких концов не найдут, но глушители на все стволы сделаны несъёмные по американской схеме с рулоном мелкой латунной сетки вокруг ствола вдоль корпуса глушителя как на бесшумном пистолете High Standard, который делали для OSS (ЦРУ) во время войны. Эти пистолеты и сейчас на вооружении ЦРУ, но такая схема глушителей на «Вальтерах П-38» никем не использовалась. Пусть потом в «Штатах» попробуют доказать, что они к этим ликвидациям никакого отношения не имеют.
 
Теперь по операции «запасной аэродром». Все новые производства необходимо сконцентрировать на островах Кюрасао, Бонайре и Тринидад. Вот их охраной и займутся мои «пионеры», отработавшие в «Байресе». Остров Тобаго будем отжимать по моей схеме, но сначала откроем на нём детский дом под патронажем «Лерман Центра». На сегодняшний день это заморская территория Великобритании, но на волне национально освободительного движения эти острова от Великобритании отделятся, и мы этим воспользуемся.
На острове Тобаго «Лерман Центр» начнёт заниматься чистой благотворительностью. Инициатором создания Детского Острова Мира, сокращённо ДОМ выступит знаменитый Авиэль Кац. Я с ним уже поговорил. Он же создаст благотворительный фонд для сбора денег для детских домов. Никаких производств на этом острове не будет, кроме туризма, обслуживания детских домов, охраны, сельского хозяйства и рыболовства. Набор людей тоже проводим по моей схеме.
  
Глава 13
 
17 мая 1948 года.
Елагин.
Свою жизнь я назвал бы издевательством божьего проведения. У меня было две жизни, которые я прожил с полной отдачей. Первая моя жизнь была проста и понятна. Мальчишка, родившийся в многочисленной аристократической семье. В семье потомственного военного, верящего в бога и обожающего государя профессионального дипломата, я рос обожаемым и любящим всеми ребёнком. Меня ждала блестящая карьера военного дипломата и другой жизни я для себя не мыслил. Перед самой революцией я окончил школу прапорщиков и даже успел попасть на фронт, чудом выжив в самом начале революции.
Кровавый водоворот гражданской войны закрутил меня и выбросил в уже независимой от Российской Империи Латвии. Большую часть этой своей жизни я посвятил борьбе с ненавидимой мной красной чумой, заполонившей мою Родину. Я был готов заключить сделку с дьяволом и продать свою исстрадавшуюся душу лишь бы, хоть как-то навредить ненавистным «Советам».
Калейдоскоп событий, произошедших со мной в сорок первом, выбросил меня обычного течения моей жизни. То с какой лёгкостью немцы отдали страны Прибалтики «Советам», потрясло меня. Нет, я был к этому готов, но до последнего дня так и не верил в такое положение вещей. К тому же мама с упёртостью истинной дворянки не хотела уезжать из дома, в котором прошло её детство и, я поддался ей, думая, что успею спрятать её в случае опасности.
Большевики захватили маму за несколько дней до оккупации Латвии. Целью, конечно же, был я, но меня не было дома. Первые полгода большевистской оккупации Латвии мама, как ни в чём не бывало жила в нашем доме, а потом неожиданно исчезла. Мне так и не удалось её освободить.
Война, которую я ждал, и на которую возлагал столько, надежд поломала меня ещё больше. Всю свою службу в Латвийской армии я, при помощи своего отца, строил свою разведывательную сеть по всему миру. В Румынии, Венгрии, Польше, Латвии, Литве, Эстонии и Финляндии осело огромное количество русских дворян и офицеров и мне без особого труда удавалось, завербовав нужных мне людей отправлять их в различные страны мира.
Бывшие дворяне и офицеры Императорской Армии при вербовке шли на любую подлость и мерзость лишь бы оказаться подальше от ставшей ненавистной им России. Изнасилования жён своих близких друзей, убийства их детей и грабежи лишь малая толика того, что фиксировали скупые строчки полицейских протоколов осмотров мест преступлений, совершаемых моими новоиспечёнными агентами. После подобных проверок, агенты забрасывались в Советский Союз и делали всё тоже самое на нашей бывшей Родине, а затем, по возвращении обратно, отправлялись в выбранную мной страну.
Уже с двадцать пятого года эту мою деятельность активно поддерживала и финансировала немецкая разведка. С разведкой немцев я был связан с двадцать четвёртого года. Это не было вербовкой в прямом смысле этого слова, но я активно работал с немцами.