"Фантастика 2023-125". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
По силе заклинания делятся на уровни. От первого, самого слабого, и до десятого, про который Рон только слышал. Сила плетения определяется максимальным количеством маны, которое можно в него влить. Просчитать в абсолютных числах это очень сложно. За единицу принято считать количество маны, которое заливается в единичную руну-ключ. Это очень мало, зато число стабильно. А дальше все на глазок: первый уровень — до тысячи единиц, второй — до пяти тысяч, третий — десять тысяч, четвертый — двадцать и т. д. Точных приборов не существует, опытный маг порой точнее определит.
По сложности четких градаций нет, точнее, мой учитель не в курсе. Классические маги для повышения ранга сдают своей коллегии в обязательном порядке все более сложные и сильные заклятия. И еще что-то из теории. А про составные заклятья из разных стихий я понял только то, что они есть. В артефактах — точно. Например, в амулетах связи или в телепортах. Да, да — именно телепортах. Только они стационарные и кучу маны жрут. Естественно, могут перемещать только в пределах мира и даже одного континента и на стационарные же приемники. Нет, в принципе можно и в другую точку, но расчет координат очень сложен, и расход силы в несколько раз возрастает. Стоимость путешествия сильно зависит от веса, но не меньше тысячи золотых с человека.
Есть в мире еще божественная сила, никак от магической не зависящая. Ее иногда обретают служители Спасителя после долгих молитв и используют против чернокнижников и демонских тварей. Довольно эффективно. Иногда она снисходит с «благодатью» после простой молитвы.
Сам Рон встречался в руинах с черными несколько раз — очень сильные противники, особенно после жертвоприношения. Их заклятия выглядят невзрачно, в виде пепла или тумана, может, слабого ветерка, но эффект, особенно на живую плоть, просто жуткий! Язвы, гной, мгновенное тление и дикий страх. Муж Агны погиб от черного. Просто умер, когда черный, заметив охотника, показал на него рукой. С руки слетел черный дымок, а спустя удар сердца друг Рона упал замертво без видимых повреждений. Лис, разумеется, отомстил. Подкрался и снес голову. Без головы даже чернокнижники не живут, что бы ни говорила молва по этому поводу. Их сила подпитывалась от ритуалов с человеческой жертвой и являлась по сути стихией Смерти, которая, как и у магов, накапливалась в артефактах-накопителях и ауре, поэтому по ней колдуна и легко было «вычислить», она с характерным черным рисунком, из-за чего в постимперских землях чернокнижники вынуждены маскировать свою ауру специальными амулетами. Интересно возникновение самого понятия «чернокнижник».
* * *Когда-то, во времена империи, один безумный монах по имени Бартвус захотел провести ритуал по призыву Спасителя. Разумеется, с благой целью: чтобы избавить погрязшую в грехах империю от власти язычников. Заказал тогдашним охотникам найти в руинах любую информацию, с иллюзиями любых ритуалов. Натащили ему много чего, не бедный был человек. Несколько лет работы со всем этим добром, и, наконец, ночью, когда все посетители и служители покинули городские храмы, в одном пустующем храме Спасителя вместе с десятью помощниками, тоже фанатиками, провел ритуал. Ночь была лунной. Редкие свидетели потом рассказывали, что небо над храмом заволокло черными тучами. Они медленно скрутились в воронку и потянулись прямо к шпилю пустого храма. Как только вершина воронки коснулась здания, раздался грохот и земля содрогнулась. Раздался страшный вой, и кровь от ужаса застыла в жилах. Через несколько мгновений настала тишина и небо прояснилось. Многие поседели. Никто из стражи не решился заходить в тот храм ночью. А наутро застали жуткую картину: десять тел в одеждах служителей Спасителя, высохшие, как мумии, лежали ровным кругом вокруг алтаря. Все были заколоты ударом в сердце, а на алтаре лежала черная книга. Все священные свитки в храме превратились в прах. При попытке забрать книгу ничего не вышло — она была защищена таким мощным пологом, что местные маги не справились. Послали сообщение в столицу. Пока суд да дело, настала ночь. А ночью вернулся монах Бартвус, вернее, уже бывший монах, умертвил всю охрану, забрал книгу и был таков. Сменный караул нашел только полуистлевшие трупы своих товарищей. С тех пор и начали появляться современные чернокнижники.
В книге описаны заклинания из силы душ жертв, ритуалы жертвоприношения и ритуалы вызова демонов. И много чего еще. Это целая религия.
Демонских тварей и самих демонов Рон, слава богу, не встречал, но слышал, что они слабо уязвимы магией и обычным оружием и еще могут подчинять людей или по-другому воздействовать на психику.
Магические способности в Эгноре начинали проявляться лет в шестнадцать — двадцать. Например, Рон почувствовал первые признаки в девятнадцать лет уже во время службы в войске графа Паласского, куда сбежал из дома. Сначала начал чувствовать непонятный ветерок отовсюду, который не охлаждал, а, наоборот, грел. Затем неожиданно во время стоянки в поле, в промозглую погоду сумел зажечь костер без всякого огнива. По недосмотру промочил весь свой трут, а задача была поставлена, и попробуй не выполни!
Полковой маг сразу посоветовал идти учиться, ну а пока начал заниматься индивидуально, в порядке боевого братства. Потом все закрутилось, война и не думала кончаться, и Рон вместе с другом увольняются и уходят в наемники. Дальше в охотники и только там проходит ритуал инициации.
Выявили склонность только к магии Огня. Два огневика объяснили все, что может пойти не так, но заверили, что с их подстраховкой это несущественно. Перед обрядом все равно было страшно. Просто оттого, что от самого тебя ничего не зависит, а Рон не привык полностью доверяться обстоятельствам, пусть даже и в обществе друзей. Характер такой. Как он рядовым начинал служить, ума не приложу! Вот командиры от него натерпелись. Наверное. И он сам, поди, из нарядов не вылазил. Так вот, ритуал.
Недалеко от места силы, в частности рядом с руинами, выбирается ровная площадка. На земле рисуется круг. По окружности пишутся базовые руны привязки силы Огня, их всего пять и шестая ключ, в центре рисуется руна — знак Огня и на него встает Рон. За пределами круга находятся двое магов. Один говорит: «Начинай, Лис», и Рон привычно входит в транс. Спустя минуту другой маг направляет силу на руну-ключ. Конечно, процарапанное на земле заклинание, да еще и вне ауры мага не сработает, но не в этом случае. Обряд для того и предназначен, чтобы слить неофита со стихией и наполнить его ауру энергией. Знак стихии помогает слиянию и расширяет ауру начинающего мага до нарисованных рун.
Плетение вспыхнуло и превратилось в растущий алый тор с центром — Роном. Когда тор вырос, почти скрыв охотника и опасно подступив к телу, маги напряглись, готовые накрыть друга защитой, но рост резко остановился, и через пару секунд со всех сторон в центр заклинания хлынул нарастающий поток маны. Спустя еще пять минут поток начал стихать и плавно остановился. Алый тор затрепетал, побледнел и, теряя форму, развеялся. Рон вздрогнул. С десяток ударов сердца постоял с закрытыми глазами, потом распахнул их, огляделся и вздохнул с облегчением. Маги довольно заулыбались и расслабились.
Услышав команду «начинай», Лис отринул все страхи и буднично погрузился в транс. Привычное красное марево окружило все вокруг. Ветер маны явственно обдувал призрачное тело, приятно согревая. В шаге от себя заметил огромную объемную руну Огня и мысленно шагнул в нее. Каждую клеточку тела прошила горячая огненная иголка. Стало больно, и боль нарастала. Стиснув зубы и сжав в кулак всю свою волю, Рон, как учили, приказал себе раскинуться по всему пространству. В ставшее огромным тело впились еще миллионы жгучих игл, но он ждал — верил Мленгусу и Бранду, своим друзьям-охотникам, и облегчение пришло. Со всех сторон пошел ток силы, вымывая из раздувшегося тела боль и принося приятное облегчение. Вскоре про неприятное забылось совсем и, наоборот, возникло чувство пьянящей легкости. Захотелось взлететь — и он взлетел и радостно купался в теплом красном мареве, но вскоре поток стих. Пришлось «встать на землю» и с сожалением выйти из транса. Потом учеба, практика в руинах, потеря друзей, короче, целая жизнь и, наконец, чувство к Агне. А вскоре и я сваливаюсь на его голову, недолго длилось их полусемейное счастье. Надеюсь, снова продолжится.