"Фантастика 2023-125". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

– Ингар, а ты уверен, что магия наших платьев и драгоценностей признает Лауру? – тихо шепнула мне на ухо Эланриль.
– Признает как миленькая! В Лауре течёт кровь Странников, а станет артачиться – заставлю подчиниться! – отбросил я все возражения, хотя и не был уверен в собственных словах.
К счастью, мои догадки оказались недалеки от истины, и бальные наряды изменили свои размеры, подогнав себя под хрупкую фигуру Лауры, словно были сшиты специально для неё. Платья даже поменяли свою первоначальную расцветку и фактуру ткани. Более сложной проблемой оказалась перенастройка магических драгоценностей. Как это сделать, я не имел никакого понятия, поэтому мне пришлось консультироваться с Нордрассилом через корону дальней связи. Процесс перенастройки оказался не очень сложным, но кропотливым, однако мне удалось справиться с этой задачей менее чем за час.
«Растёшь, Игоряша!» – похвалил я себя мысленно и повел наконец семейство на ужин.
После вечернего застолья мне хотелось только одного – спать. Дневная суета и тревоги сильно утомили меня, и я залез под одеяло, не дожидаясь, когда Эланриль и Викана займут свои места на супружеском ложе. Этот аэродром, выполненный в форме кровати, достался мне по наследству от бывшего хозяина дворца, который, похоже, страдал гигантоманией.
Конечно, мужской организм требовал награды за сохранённую верность и вынужденное целомудрие, но спать хотелось всё-таки больше. Я резонно решил, что если мои красавицы захотят скупой мужской ласки, то разбудят своего мужа. Однако я жестоко просчитался, ибо никто будить меня ночью не стал, мало того, я проснулся в гордом одиночестве.
Нерастраченный тестостерон больно бил по нервам, и в моём подсознании завёлся червячок сожаления о том, что в Герате я вытурил из спальни Гюльнару. Пока моё сиятельство принимало водные процедуры, оскорблённое мужское самолюбие Игоря Столярова строило планы жестокой мести любимым жёнам.
Когда я дошёл до обдумывания возможности объявить обет целомудрия на полгода, то рассмеялся, глядя в зеркало на свою идиотскую рожу, и пошёл одеваться к завтраку.
Однако здесь меня ждал ещё один удар по нервам. Мало того что мои девушки обломали меня с исполнением супружеских обязанностей, так они также не удосужились выйти к семейному столу. Я расспросил у камердинера о причине такого поведения княгинь и выяснил, что княгини до поздней ночи готовились к балу и теперь изволят почивать. Я разозлился и запустил пустой тарелкой в стену, а затем в сопровождении Алдара отправился с визитом к Саадину.
Халифа мы застали на совещании с командованием гвардии халифата и командиром гарнизона Мэлора от имперцев. В кабинет халифа я вошёл без стука, как к себе домой, и мне показалось, что я напугал присутствующих своим неожиданным вторжением. Однако Саадин быстро стёр с лица раздражение и предложил нам поучаствовать в совещании.
Обсуждался вопрос размещения войск гарнизона вокруг здания городского дворянского собрания, где должен проводиться бал. Как я понял из объяснений халифа, отряды ассасинов и имперской гвардии должны были обеспечить максимальную безопасность участников бала. Предложенная диспозиция меня сильно удивила, потому что Саадин намеревался окружить дворянское собрание целой армией в полторы тысячи бойцов. Мало того, у северных и южных ворот города предполагалось разместить ещё два отряда такой же численности. И я спросил халифа:
– Саадин, мы готовимся к осаде, или ты решил взять штурмом дворянское собрание во время бала?
Халиф рассмеялся и ответил:
– Нет, конечно, но лучше застраховаться от любых неожиданностей. В Мэлор съезжается вся геонская знать, которая ранее приглашалась на ежегодный имперский бал в Меране. Я не ожидал, что прибудут практически все значимые фигуры нынешнего Геона, хотя сейчас формируется новая элита. Приглашение на имперский бал всегда являлось подтверждением властного статуса мага, дворянина или купца. После катастрофы это первая неформальная встреча высокородных, на которой можно заявить о себе и выяснить политическую ситуацию в империи, халифате и Чинсу. Такое количество богачей в одном месте – лакомый кусок для всякого отребья, и в город попытаются проникнуть искатели лёгкой наживы. Полиция Мэлора малочисленна и с таким потоком ворья и грабителей не справится, поэтому ей нужно усиление. В лесах вокруг города много бандитов, промышляющих грабежом на дорогах, и если не принять своевременных мер, то они могут объединиться и напасть на город. Я боюсь, что войск городского гарнизона может не хватить, и мне придётся усилить своих ассасинов чёрными монахами из Чинсу. Опыт совместных действий у нас есть, поэтому проблем быть не должно. Если у тебя есть другие предложения, то я с полным вниманием их выслушаю.
 
Рассуждения халифа были абсолютно логичны и не вызывали подозрений, поэтому я не стал лезть в чужой огород и, согласившись с предоставленными мне разъяснениями, ответил:
– Саадин, я согласен с твоими доводами. В последнее время у меня развилась настоящая паранойя, и я пугаюсь собственной тени. Тебе лучше всех известна обстановка в Мэлоре, поэтому тебе и рулить в городе. У меня остался самый последний вопрос, и я перестану донимать тебя идиотскими расспросами. Скажи, когда начнётся этот чёртов бал и сколько он будет продолжаться?
– Бал в Меране длился неделю, но я думаю, что мы управимся за пять дней. Сегодня в восемь часов вечера будет торжественное открытие, завтра бал продлится весь день. Затем мы сделаем перерыв на переговоры, хотя на балу можно будет обсудить многие вопросы в неформальной обстановке, и бал продолжится. Ещё один день мы потратим на подписание согласованного договора о разделе сфер влияния и сможем закругляться.
– Что слышно о делегации таргов? – спросил я халифа.
– Арданай задержался в дороге из-за дождей, но к завтрашнему утру его караван должен прибыть в город. Мы с Титом Флавием хотели дождаться его приезда, но он нарушил все оговоренные сроки, и мы вынуждены начать без него.
Обсудив с Саадином и его начальником охраны несколько мелких задач, мы с Алдаром вернулись в свою резиденцию. Я собирался в тишине и покое скоротать время до вечера, но вместо этого попал в сумасшедший дом. По коридорам дворца косяками бегала прислуга, и мне пришлось запереться в своих покоях, чтобы Великого князя случайно не затоптали. Однако моё уединение продолжалось недолго, буквально через полчаса меня вытащили на свет божий.
Практически до самого отъезда в дворянское собрание Викана и Эланриль меня муштровали, как сержанты новобранца. Мне пришлось несколько часов выслушивать нудные лекции о том, как себя вести в приличном обществе, и изучать пируэты местных бальных танцев. Я заучивал нудную тронную речь, при этом меня заставили стоять в идиотской позе, чтобы не уронить честь Великого князя. Единственным, что спасло меня от сумасшествия, было осознание того, что вместе со мной издевались и над Лаурой. В отличие от меня племянница без раздражения подчинялась всем требованиям княгинь, что было весьма удивительно.
В конце концов пытки закончились, и мы покинули резиденцию. Городские власти выделили Великому князю роскошную карету, на которой нас повезли по праздничным улицам Мэлора. Я намеревался перевести дух в карете, но жёны заставили меня корчить надменную рожу и махать руками в ответ на приветствия горожан, стоящих толпами вдоль дороги.
  
Глава 28
 
И грянул бал
 
Я в принципе не стеснительный человек, но, оказавшись в центре внимания огромной толпы народа, реально растерялся. Когда мы под охраной ассасинов Саадина, разряженных, словно индюки, покинули карету и, сопровождаемые радостными воплями жителей Мэлора, направились к зданию дворянского собрания, я почувствовал себя Аллой Пугачёвой на очередном прощальном концерте. Если бы не Эланриль и Викана, привыкшие к всеобщему поклонению и управлявшие мной твердой рукой, то я наверняка начал бы со страху отстреливаться.
Миновав праздничную толпу, мы вошли в дворянское собрание и попали в объятия главы городского собрания. Начались торжественные речи, «раздача слонов», вручение ключей от города, почётных грамот и подарков от благодарных жителей. Собрав целую гору трофеев, я по подсказке Виканы отослал их в свою резиденцию и проследовал к самому настоящему трону, установленному на возвышении в конце зала. Рядом с позолоченным чудом мебельного искусства стояли роскошные кресла для моих жён, а немного в стороне кресло победнее, для Лауры.