"Фантастика 2023-125". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

– Пищалин, а у тебя невеста есть?
Тот скорчил недовольную гримасу и буркнул:
– Нет!
– Почему? – искренне удивился Сергей.
– Война идет, какие могут быть невесты, – как-то нервно ответил Артем и покраснел.
– Ну, это ты зря, – голосом мудрого дедушки ответил Сергей. – Это же хорошо, когда тебя там, – он показал рукой на восток, – кто-то ждет.
– Меня мама ждет, – мрачно ответил Артем, – и две сестры младшие. А на войне нужно воевать, а не про невест думать.
Виктор удивился. Насколько он помнил, это была самая длинная речь его ведомого, и он улыбнулся:
– Так вот чего ты на танцах сычом сидел? А я уж подумал, что у меня ведомый – ахтунг. Летать боялся, а ну как сзаду подойдет, сотворит чего. А оно вот как. – Он захихикал.
Лукьянов с Пищалиным непонимающе посмотрели на Саблина, но ничего не сказали.
– Да ты просто женщин еще не нюхал, – ответил Артему Шишкин. Он незаметно проснулся и, широко зевнув, приподнялся на локте. – Это лечится. Я знаю, я тебя научу.
– Идите к черту, – злобно огрызнулся Пищалин, – хватит нести всякую ерунду.
В глазах у Игоря разгорелся охотничий азарт. Он уже открыл было рот, чтобы ущучить Артема посильнее, но тут прибежал посыльный и позвал всех на КП. Привезли бензин, и летчики окружили Дорохова, словно цыплята курицу-наседку, торопливо перерисовывая на карты наземную обстановку. Раз привезли бензин, значит, скоро лететь, значит, снова в бой…
…Станица Раздорская горела, пачкая небо бело-черными облаками дыма. В районе переправы наших войск тоже все было окутано пылью и копотью. Там был ад. Вражеские бомбардировщики подходили группами и пикировали вниз, сбрасывая свой смертоносный груз на тоненькую нить переправы, на головы беженцев, на наши переправляющиеся войска. Вода в реке бурлила от разрывов. Сверху воды Дона, обычно голубоватые, казались пенно-огненными и одновременно грязными от взбаламученного бомбами ила. Однако переправа работала: по реке сновали лодки и катера, по мосту двигались букашки машин и безликая человеческая масса. Двигалась, невзирая на падающие с неба, воющие сиренами вражеские бомбардировщики и смертельный свист осколков.
– Спереди слева ниже девятка бомбардировщиков, – захрипел в наушниках голос Дорохова, – атакуем в лоб, после разворачиваемся боевым и заходим сверху. Саблин, вы второй раз не атакуете, прикрываете.
Появление над переправой шестерки советских истребителей оказалось очень своевременным – подходила очередная девятка «Хейнкелей». Бомбардировщики стремительно увеличивались, приближаясь, и Виктор торопливо загнал в прицел крайний левый самолет. Он нажал на гашетки, сразу отвернул в сторону, избегая столкновения, и выругался, увидев, что трасса легла чуть выше и в стороне. Спустя миг, и вражеские самолеты остались позади, перегрузка вдавила в сиденье, и «Яки» полезли вверх.
Со стороны уже пикировала четверка «Мессершмиттов», но они немного не успевали. Пара Виктора кинулась им наперерез, издалека поливая пулеметным огнем. Немцы клюнули и вчетвером кинулись в смертельную карусель.
Попавшие под повторный удар и оказавшиеся без прикрытия «Хейнкели» сбросили бомбы, не доходя до переправы, и торопливо развернулись. За одним из них тянулся четкий серый след, а вокруг злыми осами носились наши истребители.
– Саблин, вниз уходите, мы сейчас поможем, – приказ Дорохова прозвучал своевременно. Четверка «мессеров» вцепилась по-бульдожьи: на хвосте у Виктора уже сидел вражеский истребитель, второй гнал Пищалина, еще пара набирала рядом высоту. Саблин короткими очередями согнал нахала от ведомого, чуть довернул, помогая Артему снимать немца уже с его, саблинского, хвоста, увидев, что враг отвернул, кинул свой «Як» вниз. Почему-то сзади-сверху оказалась непонятно откуда взявшаяся пара «мессеров». Они быстро догоняли, и Виктор инстинктивно вжался в сиденье, опасаясь, что в бронеспинку сейчас застучат пули, дал ногу и резко потянул ручку в сторону. «Як» завертелся волчком, снижаясь, вокруг замелькали дымные шнуры трассирующих пуль.
 
– Крути, крути, – закричал комполка, – крути. Сейчас я его срежу. – Евсеев, вы верхнюю пару берите.
Один из висевших сзади «мессеров» отвернул, второй, немного помедлив, потянул было следом, но тут в него впилась трасса, и самолет загорелся.
– Готов, готов, гад, – торжествующе закричал Дорохов. – Саблин, хватит, собирай пару.
Виктор остановил вращение и потянул вверх. Увидев сбоку приближающийся «Як» Пищалина, чуть довернул, уступая ему место в строю. Тройка «Мессершмиттов», набирая высоту, спешно уходила в сторону. Четвертый уже упал, и только сносимый к Дону парашют да тающий дымный след говорили о падении самолета.
Противника такой исход не устраивал. Один «Мессершмитт» ушел в северо-западном направлении, но на смену ему подошло шесть истребителей, а на горизонте замельтешила очередная девятка вражеских бомбардировщиков. «Мессера» старались занять положение выше, чтобы было удобней атаковать. «Яки» тоже полезли вверх, не желая с ходу отдавать инициативу.
Бой разгорелся внезапно. Четверка «мессеров» пыталась согнать с высоты забравшихся выше всех Евсеева с ведомым – сержантом Дегтяревым, но сами прозевали атаку пары Саблина. Впрочем, Виктор тут же оказался атакован двумя «мессерами». Завертелась карусель. Истребители на максимальных оборотах носились друг за другом в гигантском хороводе, стараясь загнать противника в прицел и не попасться самим. Небо наполнилось ревом моторов, треском пулеметов и грохотом авиапушек.
– Саблин, – услышал Виктор в наушниках, – немедленно атакуйте бомбардировщики. Не дайте им отбомбиться.
Он увидел, как ниже и чуть в стороне красивым ровным клином проплывала девятка пикирующих бомбардировщиков – «Ю-87». Они шли к переправе. Шли красиво, неторопливо и невозмутимо. Как на параде, четко выдерживая строй и интервалы. Прикрытые пулеметными стволами и истребителями, они, наверное, были уверены в своей безнаказанности и неуязвимости.
Виктор бросил свой «Як» вниз, и следом сразу пристроилась пара «мессеров». Одному из них в хвост вцепился Шишкин, и «мессер» бросил преследование, потянув вверх, но второй остался. Стрелка альтиметра быстро двигалась, отсчитывая потерю высоты, мотор выл, самолет уже начал подрагивать от скорости. «Мессершмитт» не отставал, напротив, он даже сократил дистанцию и теперь готовился открыть огонь. Строй «Юнкерсов» оказался уже вверху и немного впереди, он проскочил их на пикировании. Избегая атаки вражеского истребителя, Виктор резко потянул ручку на себя и одновременно крутнул штурвальчик триммера высоты, уходя вверх. Чудовищная сила перегрузки едва не размазала его по сиденью, глаза застила тьма.
Когда он пришел в себя, «мессера» за хвостом не оказалось – видимо, был где-то ниже. Его истребитель почти вертикально поднимался вверх, заходя на «Юнкерсы» снизу. Он быстренько довернул, загоняя в прицел самолет ведущего вражеской группы, и зажал гашетки. Красно-белые огоньки скользнули перед самым носом фашиста, несколько уткнулись в мотор и чуть наискосок побежали дальше, оборвавшись на крыле возле торчащего, покрытого обтекателем шасси. «Як» за счет остатков былого разгона выскочил немного вверх, оказавшись прямо над бомбардировщиками. Их красивый клин распался. Впечатленные внезапной атакой на своего ведущего немцы смешали строй и начали отворачивать, сбрасывая бомбы в пустую степь. Самолет их командира горел, выпал из строя и снижался в направлении на север. Часть немецких бомбардировщиков летела за ним, часть отходила в сторону. Однако если вражеские летчики и были впечатлены и обескуражены повреждением самолета своего командира, то на их стрелков это не распространялось. Они буквально неистовствовали, торопясь расстрелять зависший без скорости истребитель, и в небе вокруг «Яка» замелькали частые дымные трассеры. Саблин быстро свалил машину на крыло, почти физически чувствуя, как остроносые пули рвут перкаль обшивки, и «Як» начал разгоняться, изредка мелко вздрагивая от попаданий.