"Фантастика 2023-125". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

— Вадим, уже атакуем, держитесь.
Они на бешеной скорости заходили на верхнюю пару противника. Те как раз сами, растянувшись в наборе высоты, выходили из атаки и представляли собой идеальную мишень.
— Витя, бей ведущего, РС не трогай, после атаки иди за мной, не отвлекайся, — голос командира слегка подрагивал.
Виктор сам трясся от огромного морального напряжения атаки. Он мельком увидел, как от носа самолета комэска в сторону ближайшего немца потянулись красно-белые огоньки. Некоторые из них пролетали дальше, но большинство пропадало в фюзеляже фашистского самолета. Виктор наклонился, загоняя тонкий силуэт врага в пересечение желтых линий коллиматорного прицела. Однако немецкий летчик, видимо, увидел опасность и с переворота ушел вниз, только черные кресты мелькнули на крыльях.
— Хорошо, Витя, хорошо, — голос комэска все еще подрагивал, однако в нем слышалось удовлетворение. — Одного зажгли. Давай за мной, не отставай, забираем вправо вверх. Вадим, как у вас дела?
— Командир, «мессы» отстали, отходят на юг.
— Хорошо. Давайте тута вверх, будете нас вытаскивать…
Позади устремившейся вверх пары «МиГов» отвесно падал горящий «Мессершмитт». Виктор увидел это мельком, осматриваясь. Красивое зрелище, ради которого и живет летчик-истребитель — смазанная ветром полоса жирного черного дыма и рождающий ее, алеющий пламенем вражеский самолет. Немецкие летчики не ожидали этой атаки. За несколько секунд они сами превратились из охотников в дичь и теперь, деморализованные видом своего горящего истребителя, спешно выходили из боя. «МиГи» развернулись на горке и устремились вниз, заходя в лоб второй группе самолетов. Теперь Виктор рассмотрел их повнимательнее, девятка двухмоторных машин, выстроившись клином звеньев, стремительно приближалась, увеличиваясь в размерах. Выше их и чуть впереди мелькали две черточки — «мессера» прикрытия, в стороне набирала высоту первая тройка врагов.
— Витя, смотри тута, — голос командира эскадрильи был хриплый, напряженный, — сейчас атакуем бомбардировщики РСами в лоб, ориентируйся по мне, бей залпом, но не увлекайся. Потом уходим вниз, правым разворотом. Вадим, вы нас чистите. Как принял?
— Принял. — Голос Петрова тонул в треске помех.
Виктор нацелился на ведущего фашистских бомбардировщиков. Самолеты сближались на большой скорости, и враг стремительно рос в прицеле. Как только под крыльями шубинского «МиГа» полыхнуло, он сразу нажал кнопку пуска РС. Дымные кометы устремились в сторону врага, что-то вспыхнуло, вокруг бомбардировщиков расцвели дымные шапки разрывов. Он закричал от радости, видя, как один из снарядов попал прямо в ведущего фашистских бомбардировщиков. Взрывом тому оторвало плоскость, и теперь горящая машина кувыркалась к земле. Оторванное крыло бомбардировщика тоже горело и, плавно вращаясь, как падающий лист, падало следом. Это все он увидел мельком, картина явилась на мгновение и пропала под капотом самолета, чтобы навсегда остаться в памяти.
— Командир, вас атакуют, ук… — дальнейшего Виктор не услышал, все утонуло в шуме эфира. «МиГи» синхронно перевернулись и устремились вниз, уходя из-под атаки. Перегрузкой его придавило к сиденью, в глазах помутилось. Когда отпустило, он увидел, как впереди, чуть выше, бомбардировщики сбрасывали бомбы в чистое поле, торопливо разворачивались, ложась на обратный курс, однако одно звено упрямо шло к цели.
— Проскочили немцы, — донесся голос Вадима, — проскочили, вверх лезут.
— Прикрывай тута, — даже сквозь треск помех в голосе комэска слышалась усталость. — Мы это звено атакуем. Витя, разгоняемся и сзади-снизу…
Бомбардировщики неторопливо приближались, ощетинившиеся пулеметными стволами, в бело-серых разводах камуфляжа, они производили устрашающее зрелище. Судя по силуэтам, это были пикировщики «Юнкерс-88» — весьма серьезная машина. Истребители на скорости провалились уже почти под своих врагов, и тут Шубин резко рванул свою машину вверх, нос его истребителя на секунду озарился вспышками, посылая свинец в беззащитное брюхо бомбовоза. Это длилось меньше секунды, затем он отвернул и, пользуясь громадным преимуществом в скорости, выскочил вверх, занимая позицию над врагами. Виктор повторил его маневр, однако скорректировал, стараясь стрелять в правый двигатель бомбардировщика. Он увидел, как короткая трасса снизу вверх ткнулась в мотор, затем его машина затряслась, попав в воздушную струю, и вот он уже рядом с комэском, разворачивается на атакующую их тройку «мессеров».
 
В лоб фашисты не пошли, отвернули, но тут же Виктор едва не стал жертвой свалившейся сверху другой пары врагов. В последний момент он заметил приближающуюся желтоносую тень и свалил истребитель в штопор, уходя из-под атаки. Однако на этом неприятности не кончились, выпрямив машину, он обнаружил у себя на хвосте еще одного «мессера», этот сбрасываться не пожелал, вцепился, словно клещ. Понимая, что еще немного, и его расстреляют, рванул машину вниз, уходя в ранверсман, и в нижней точке резко ушел в размазанную бочку. «Мессер» проскочил вперед и едва сам не превратился в жертву. Виктору не хватило немного скорости, чтобы довернуть и расстрелять драпающего фашиста. Он суматошно озирался, пытаясь найти своего ведущего. Рация молчала, слышался только невыносимо громкий треск помех, он мешал, вызывая головную боль. Ведущего не было видно, одна пара «мессеров» ходила слева, в стороне, в паре сотен метров выше, пронеслось звено «юнкерсов», с открытыми бомболюками. За ведущим самолетом тянулся темный шлейф дыма, еще выше разворачивалась пара «МиГов» для атаки.
«Все-таки разогнали гадов», — мелькнула у него мысль, от этого стало немного легче, все-таки атаковать бомбардировщика со скудным вооружением «МиГа» — занятие не самое приятное. Виктор продолжил поиски и вскоре нашел своего командира. Тот оказался слева ниже, он гнался за «мессом», не видя, что ему в хвост уже заходит другой. В отчаянии Саблин резко довернул, заходя в атаку и видя, что уже не успевает, принялся обстреливать противника издалека. Тот на стрельбу не реагировал, решительно сближаясь, однако комэск резким маневром увернулся от его атаки и полетел навстречу Виктору. Нос его самолета озарился вспышками, трассы потянулись к машине Саблина, уходя куда-то за хвост. Он похолодел от страха, уводя истребитель в сторону — его собственный командир решил его убить. Однако сзади внезапно появилась уходящая в сторону пара «мессеров». Шубин стрелял по ним.
«Вот раззява, прозевал, — огорчился Виктор, — за малым не срубили». Он пристроился к ведущему, сразу стало спокойно и как-то надежно — в паре с комэском он себя чувствовал как за каменной стеной.
Они отбили еще одну атаку, и в это время бой закончился. Петров и Шишкин, находящиеся уже выше всех, атаковали верхнюю пару «Мессершмиттов» и сбили самолет ведущего. Виктор увидел, как один из «мессеров» практически отвесно пикирует к земле. За ним тянулся едва видимый белесый след, однако ни дыма, ни огня видно не было. Так он и воткнулся, оставив на земле маленький алеющий куст пламени. Остальные противники, видя такой исход, сразу вышли из боя, дымя форсируемыми моторами, они со снижением ушли на юг. Гоняться за ними не было ни желания, ни сил. К тому же у пары Вадима явно кончалось горючее. Они покачали крыльями и заторопились на юго-запад, домой.
На душе у Виктора все пело от радости. Еще бы, такой бой, дрались в явном меньшинстве и победили, причем как победили — сбили троих, нескольких врагов подбили, а сами живы и здоровы. «Хотя, — оборвал он себя, — чего радуешься? Ведь тебя самого за малым не сожгли, у немцев сколько было случаев, чтобы срубить незадачливого ведомого? Повезло… нажми вражеский пилот на гашетки пораньше, и все, кто знает, что бы случилось?»
А на станции продолжалась работа, выгружали военную технику, людское пополнение. Большинство из тех, кто сейчас был внизу, наверно, не догадывались, что бомбардировщикам оставалось всего несколько километров до цели. Что было бы, отбомбись они по станции — страшно представить. Сверху хорошо было видно, что людей там много. Натворили бы дел.