"Фантастика 2023-125". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
Решил зайти с другого боку:
«Крася, ты можешь создать свет в астрале?»
«Легко. Создавала же лазер… Только это не сам свет, а… нечто, со всеми его свойствами. Виртуальный луч, так тебе будет понятней».
«Но при проекции во внешний мир – свет?»
«Да. Только маны совсем нет. К чему ты клонишь?»
«Фиона, дай любую запись, Крася, освети эти фантомы».
Появился Сергей, разговаривающий с женой.
«Каким цветом светить?»
«Красным».
Хлоп, картинка окрасилась красным, причем со всех сторон.
«Егор, ты гений! – воскликнула Крася. – Я уловила суть. Сделаю белый рассеянный свет, как в студии. – С этими словами картинка перестала отличаться от оригинала. – Вот, теперь моя стихия! Даю проекцию на поверхность, – изображение стало плоским. – Тебе какой ракурс?»
«Здесь – любой, – устало вымолвил я. Похвала Краси, пусть и льстивая, окрылила меня, и душа запела. Но виду я не подал. – Я пошел отдыхать, а ты пока поэкспериментируй. Да, чуть не забыл! Голуба, сделай со звуком то же самое. Создай воздух и заставь его колебаться в соответствии с тем, что мы слышим. Главная проблема в громкости, вот и регулируй децибелы».
«Слушаюсь, мой господин!» – услышал ироничное завывание ветра, подражающее джинну из арабских сказок, и вышел из астрала.
Запахи, вкус и тактильные ощущения откинем. Сделаем старое доброе кино, два-дэ.
«Егор, понятно, что ты хочешь, но вывести это вовне все равно не получится», – удрученно приговаривала Фиона во время следующих астральных опытов.
«Работаем, девочки, работаем, – азартно возразил я. – Есть одна задумка…»
Стихии легко считывали мои желания и эмоции, легко забирались в память, но с непосредственными мыслями было немного сложнее и… неэтично, что ли. Они сами установили для себя такое правило. Подозреваю, что просто для интереса. Да и трудно им было читать нечетко сформированные идеи, они «всего лишь отражения» как-никак.
Компьютер из Краси выходил аховый. Нет, все стихии – просто идеальные вычислительные машины с интеллектуальным интерфейсом, но что касается привычных земных компов, в смысле совместимости с ними, – большой вопрос. Девочки «думают», а машина считает. Крася может запросто любой двоичный код выдать, с любой скоростью, а дальше? Понятно, что это биты и байты, массивы данных в целом, а дальше? Как конкретно оцифровать информацию с самого начала? Как закодировать ее в понятный для любой земной машины формат? Бог с ней, с операционкой, с приложениями, со средой программирования – это вообще темный лес для Краси. Самому написать, с нуля? Я далеко не Билл Гейтс, да и не один он это делал, и даже вовсе не он, не важно. Теорию программирования я более-менее знаю, проходил в институте. Пробежался по Интернету, усвоил еще кое-какие хитрости, но зря потратил время.
В целом я с компьютером на «ты». Могу пользоваться готовыми программами, могу создать элементарную утилитку, могу сеть настроить. Главное, чтобы был комп с готовой средой, а его-то как раз в астрале нет. Конечно, если долго мучиться, то что-нибудь да получится, но для этого мне в реале надо месяцы учиться. А в итоге: считает ли нормальная земная машина инфу моего формата, собранную «на коленке»? Компьютерное железо – моя институтская специализация, но не до каждого отдельно взятого транзистора в микросхеме (порядок создания машины «с нуля» начинается с этого), и в программировании я совсем не гений.
Только к вечеру среды я плюнул на это увлекательное, но застрявшее дело и мысленно стукнул себя по лбу: «Я сделал радио в Эгноре? Сделал. А не состряпать ли мне телевидение? А что? На аналоговый сигнал мозгов хватит. Что же я раньше-то?! – передо мной скромно возникла мигающая подсказка – ноутбук, крутящийся вокруг вертикальной оси, словно на презентации производителя. Наверняка проделка Сини. – М-да, он меня сбил…» Я покачал головой и приступил к делу.
Систему цветности навскидку выбрал PAL, посчитав, что ее проще реализовать в астрале.
«Работаем, девочки! Создадим цветное тиви системы ПАЛ. Крася, посмотри в памяти все, что я знаю, а я пойду еще в Инете пороюсь на эту тему. С выводом в реал потом разберемся!» – прервал очередное сетование Фионы.
Частота видеосигнала – четыре сорок три мегагерца… квадратурную модуляцию (ну и термин! а всего лишь – сдвиг по фазе) сразу убираем, потому что сигнал уже выделен. Так, шестьсот двадцать пять строк, двадцать пять кадров в секунду, экран четыре на три, основной сигнал черно-белый и два цвета: красный и синий, зеленый – разница между основным – белым и этими двумя… выполнимо! Формулы… задержка развертки, инверсия, чересстрочная развертка… «девочки» влегкую подсчитают…
Началась работа. На эксперименты ушло четверо веселых астральных суток, наполненных руганью с моей стороны и ответными остротами от «девочек», в основном от Сини. Голубе пришлось повозиться с настройкой громкости звука, Красе пришлось через две «каменных пелены» (плетения, которое сотворила Женя для использования в качестве микрофонов) снимать звук и записывать отдельные стереодорожки. В итоге с пятого на десятое, но – получилось.
«Хорошо, в астрале работает, – согласилась Фиона. – А теперь – поведай свою великую тайну о записи этого ролика на реальный компьютер».
«Что ж, и поведаю. – Настроение было преотличным. – Вспомните, как поступают маги всех стихий, когда полностью пустеют, а колдануть позарез нужно…»
«Ты хочешь сказать…»
«Да! Используют собственные жизненные силы, ресурсы организма».
«Ты сдурел?! – возмутилась Синя. – Там после первоуровневого заклинания в гроб ложатся!»
«Преувеличиваешь, Синя! – поправил я. – Пустой Витар в меня «реанимацию» и «исцеление» вбухал, и только постарел. До гроба ему очень далеко было…»
Вспомнился тот случай. Прихожу в себя. Лежу на траве, на правом боку. Из спины торчит оперение арбалетного болта, пробившего кольчугу, из груди – бронебойный наконечник, упершийся в нагрудную пластину. Больно. Нос и горло забиты кровью, на языке вкус соленого железа, будто политые по́том опилки горстями ел; задыхаюсь. Мир плывет и двоится, глаза застилает кровавая пелена, в ушах – вата. Надо мной склоняется старик, в котором я с трудом узнаю Витара. Слышу где-то далеко, с эхом, словно нахожусь на горной вершине:
– Открывай портал! Егор, ты меня слышишь?! Открывай портал!!!
До меня доходит, что обращаются ко мне, и я, почувствовав в кулаке древний амулет управления телепортом (Витар вложил), мысленно командую Фионе: «Открой… Офис…» Снова я очнулся уже там, в Месте Силы, в зале управления древней станции накопления маны, которое я назвал Офисом.
Витар – мой юный двадцатилетний друг, сын той самой Лионы, графини с огромными возможностями в области магии Разума. В тот момент мы как раз везли ее, полоумную (в состоянии парейдолической кататонии), ко мне в замок, где Витар очень надеялся мать излечить. Но она выздоровела сама. Стоило ей попасть в Офис и вляпаться там в ловушку «звездного неба», хворь как рукой сняло. Причиной болезни, как стало известно много позже, была неизвестная Богиня, пожелавшая, но не сумевшая поглотить душу Лионы…
«Во-первых, – продолжил я, отогнав воспоминания. – Согласись, я покрепче Витара, и, во-вторых, надо всего лишь сделать электрический сигнал напряжением полвольта и силой тока в пятьсот миллиампер максимум. Крася, подсчитай расход маны».
«Это можно сделать исключительно экспериментально, – ответила Крася. – Исходных данных нет».
«Будет тебе эксперимент; а ты, Синя, проследи за расходом жизненных сил. Не переживайте, девчонки, если будет сильно плохо, то я прерву. Да сама прерывай, Синя! Я пошел».
Первый час ночи. Я уже устал от работы в астрале, где четыре часа реального времени просидел, а «там» прошла без малого неделя. Работник из меня сейчас никакой… а ну-ка! Подкинул себе сил Жизни из аурных запасов маны Жизни и воспарил, едва не подпрыгнув на самом деле. Словно тоник с тремя чашками крепчайшего кофе выпил. Зная, что это ощущение иллюзорно, я все равно чувствовал себя всемогущим, преград не видящим. Голову посетила глупая шутка: «То сила Жизни, то «жизненные силы»! Заблудился в этих «жизнях», как в трех соснах!..»