Встреча или летунец мне в... (СИ)

Я вытянула шею и увидела, что они словно парят над землей. Я замерла, ведь понимала, что вижу сейчас нечто очень необычное. От волнения схватила руку Нуваш, но та видимо даже не заметила этого, так как неотрывно смотрела вперед.
«Кольца» распались и ливейлы остановились в каком-то странном порядке, смотря вдаль.
— Это у них сейчас главная. Да смотри ты- шепнула Нуваш.
— Добилась наконец! Сколько лет боролась за свою должность. За ней видишь, дети её. Три дочери и два сына.
— Ш-ш-ш-ш-ш.
Кто-то из впередисидящих шикнул на нас, оборачиваясь.
Нуваш гневно ткнула того в спину пальцем.
— Не дорос еще замечания мне делать.
Внезапно в воздухе, прямо из ниоткуда, возникла полупрозрачная лестница. Она уходила прямо вверх, заканчиваясь где-то в небе.
Все ахнули. Ливейлы стали раскладывая камни на земле, не обращая внимания на нас, людей.
А потом замерли на месте. Прямо к лестнице плавно прошла женская фигура, укутанная с головой в прозрачную ткань. Поднялась на первую ступень, замерла. Затем скинула ткань с головы, обнажив длинные светлые волосы, и зашла на вторую ступень.
Камни, разложенные на земле, начали излучать слабый свет, постепенно разгораясь. Их свет слился в один луч, устремленный прямо на лестницу и женскую фигуру. Женщина поднялась еще выше, а потом обернулась на нас.
Нуваш ахнула и зажала рот рукой.
Я тоже невольно ахнула, но лишь от того, что перед нами стояла красивая, еще не старая женщина. Как же так? Она ведь молодая еще, разве можно вот так уходить? Я пристально смотрела на ее лицо. Гладкая упругая кожа, большие красивые глаза, брови вразлет. Она окинула нас взглядом и улыбнулась. Начала поворачиваться к лестнице, но видимо что-то остановило ее. Её взгляд начал метаться, словно она выискивала из этой толпы кого-то. Затем она просто замерла на месте, опустив глаза в землю. Потом на ее лице появилась улыбка, преобразившая её и так красивое лицо.
Я смотрела, не моргая. Мне казалось, что захоти я отвести от нее взгляда, я бы не смогла этого сделать. Она словно была теплом в холодную ночь, к которому руки сами тянулись, чтобы получить хоть капельку этого самого тепла. Смотря на нее, я искренне верила её улыбке, казалось еще мгновение, я встану и пойду к её внутреннему свету, словно потерявшая разум.
Но женщина быстро взошла на самый верх. Луч света преломился, а потом рассеялся, окутав ее фигуру.
Но то, что случилось потом, я запомню на всю свою жизнь. Лицо женщины начало стареть прямо на наших глазах. Появились первые морщины возле глаз, затем на лбу, щеках. Кожа стремительно дряхлела. Морщины, словно трещины, углублялись и разбегались по её телу. Сначала на шею, а спустя некоторое время я увидела, как ее прекрасные руки располосовали борозды, искривив пальцы.
Её некогда статная фигура сгорбилась. Волосы покрывались сединой. И сейчас там стояла настолько древняя старуха, что мне казалось, она упадет от малейшего дуновения ветра.
Мгновение тишины. Послышался тихий треск разрываемой кожи. А потом она просто разлетелась на сотни огоньков.
Я судорожно выдохнула и вдохнула, замерев, боясь даже пошевелиться.
Огоньки, словно хоровод ночных мотыльков, кружились на месте, образовав большую крутящуюся воронку. Потом хаотично рассыпались в ночной мгле.
Все ливейлы склонили головы, приложив одну руку к губам, вторую вытянув к небу. Люди, следуя за ливейлами, встали и повторили жест. Только я не могла стоять, опустив голову, поэтому подсматривала, что будет дальше.
А мотыльки сложились в большие светящиеся крылья и устремились ввысь. И уже там, где-то под темным небосводом, они погасли.
Я не могла пошевелиться, находясь под впечатлением от увиденного. Видимо я была не одна такая, потому что вокруг стояла тишина некоторое время.
И только строки, вспыхнувшие в моей голове:
За что же нас корить? За то, что люди?
За то, что просто, просто жить мы будем.
За то, что голову сломя, любовь мы ищем,
И веруем- когда-нибудь отыщем.
Что мы детей растим, рассвет встречая.
 
И стариков в последний путь покорно провожая.
Мы многое хотим успеть, но мало удаётся.
И быстро-быстро сердце наше бьётся.
Такими создал нас, Творец, тебе ль не ведать
Того, чего вовек нам, людям, не изведать.
Но вопреки законам сотворенья
И простирая руки к небесам,
Позволь Создатель, на мгновение
К твоим притронуться устам!
Послышался смех! Я от негодования вскинула голову, чтобы посмотреть на этого бессовестного. И растерялась, увидев, что это ливейлы радостно улыбались и смеялись. Затем главная милостиво махнула рукой.
Люди начали подхватывать смех и радостно обниматься.
Я же не смогла пересилить себя, мне было безумно жаль ушедшую ливейлу. Поэтому просто стояла и смотрела на это массовое веселье.
— Ты чего это, Шила?
Я посмотрела на нее бессмысленным взглядом.
— Быстро радуйся- тихо прошипела она, больно ущипнув мою руку.
Я вскрикнула и потерла руку. Видимо боль немного отрезвила меня, вернув в действительность. Нуваш сделала большие глаза и несколько раз моргнула. Я поймала пристальный взгляд на себе одного из стражников, и с усилием растянула губы в улыбке.
— Молодец- шепнула Нуваш, обняв меня.
— Сейчас можно просто праздновать, затем желающим уйти, нужно собраться здесь. Приготовьте камни.
Люди разбрелись кто куда. Я же пошла искать Ясиву.
— Отец- она трясла за руку бесчувственного отца, пытаясь привести его в чувство.
— Отпустите вы его. Он уже никогда не будет прежним. Сейчас он мучается от боли, а вы мучаетесь, смотря на него.
— Да не можем мы, Шила! Не можем отпустить! — закричала Ясива.
Она опустилась на землю.
— Мы не успели камней собрать. Мама ходила сейчас, умоляла ливейлов, хоть в долг. Нет! Придется обратно его тащить.
Я молча достала свой мешочек и вложила его в руку отчаявшейся девушки.
— Отпустите его.
И ушла.
***
На следующее утро, едва рассвело, празднование уже было самом разгаре. Я пошла бродить между людей, в надежде встретить хоть кого-нибудь, кто меня узнает. Я заглядывала в лица, скрыв стыд, спрашивала, снова ходила, но все было безрезультатно.
— И где ты ходишь? Садись и смотри.
Хозяйка хотела усадить меня рядом с собой.
— Нуваш- на нас буквально налетела женщина.
— Кират- радостно вскрикнула Нуваш.
Они обнялись.
— Сколько же я тебя не видела. Мы росли вместе, потом она ушла с мужем — быстро пояснила хозяйка.
— А это кто? — Кират обвела меня взглядом вниз и вверх.
— Дочь.
Кират скривилась, но промолчала. «Сама уж красавица»- обиделась я. Волосы растрепанные, второй подбородок висит, щеки обвисли- и туда же, кривится.
— Рассказывай, много лет же не виделись.
Они отошли в сторону, не обращая на меня внимания. Мне пришлось стоять рядышком.
— Кират, ты все такая же красавица- запела хозяйка- и живешь под боком у ливейл, вон как хорошо устроилась. Вот ты всегда умничкой была, всегда!
От лестных речей хозяйки, Кират разомлела.
— Я вот теперь без дома осталась, так что и тут ты меня по всем направлениям уделала.
— Ну что ты- еще больше зарделась Кират.
Но было видно, как она довольна словами Нуваш. Она прямо гордо встряхнула головой, от чего ее жиденькие волосики рассыпались по плечам.
— Ты же все знаешь, знаешь ведь, да? Расскажи нам про ливейл. Пожалуйста. Просвети уж меня, по старой памяти, безграмотную неудачницу. Чую, что ты все про всех знаешь. Знаешь ведь? Аа-а-а-а. Узнаю подругу детства. Ты всегда очень чуткой была, где что случалось, ты первая всегда. Ну, надо же, какая красавица то стала, м-м-м, загляденье прямо. А одежда, одежда-то, мне о такой мечтать только.
Летунец мне в зад!!! Ничего себе хозяйка заливает, и глазом ведь не моргнёт.
От откровенной лести, Кират вообще едва не растеклась по земле, но потом милостиво кивнула головой, спрашивай, мол. Нуваш подобострастно пододвинулась в ней.