Ты будешь моей! (СИ)
— Врр. Вррр.
Вибрация моего потрепанного телефона мешает спать. Хочу отключить дурацкий будильник, но, увы, это не он. Это… Антон!
И что ему нужно в такую рань?!
Стоп!
Подскакиваю, ожидая новости о Варе, но вместо приветствия слышу отборную ругань, и тут же приглушаю звук динамика, чтобы мама, не дай бог, не услышала и не расстроилась от того, как со мной обращается этот тип.
— Какого хрена ты не отвечаешь?! Я тебе сорок раз звонил!
— Я спала после смены.
— Какой нахрен смены, Лера?! Чтобы в следующий раз, когда я тебя наберу, трубку сняла со второго гудка, ясно?!
Какой же хам! У меня аллергия на один только его заносчивый голос!
Терпи, Лера. Терпи.
— Если не буду в это время работать, то обязательно сниму, — отвечаю я.
— Я — теперь твоя работа. Или я мало бабок в тебя вкладываю? Чтобы через двадцать минут была у меня в офисе в Сити.
— Через двадцать я не успею, даже если сейчас выбегу. Мне минимум час ехать до Сити.
— Я сказал, через двадцать, Лера. А если не успеешь, пеняй на себя.
Глава 27. Увольняйся!
Сердито слетаю с постели и бегу в ванную. Через десять минут наспех натягиваю туфли и лечу к метро, но знаю, что все равно не успею. При всем желании.
Связи в подземке нет. Извожусь от мысли, что Антон, вероятно, звонит по истечению двадцати минут. Думаю, что сейчас вырвусь из вагона и как побегу к нужному зданию, но останавливаюсь в растерянности.
По Сити я гуляла с Варей несколько раз, но в основном по торговому центру, куда дойти проще простого, а вот разобраться сейчас, какая из стекляшек нужная мне башня, оказывается непросто, и опять теряю время.
Нахожу искомое, влетаю в светлый холл, где все внутри сверкает и блестит глянцем.
Люди все солидные, ухоженные, будто я на другую планету попала. Нет, я тоже не абы как пришла, привела себя в порядок, хоть и спешила. Но сейчас чувствую себя какой-то букашкой в мире великанов.
И дело не только в простой одежде. Дело в том, как они держаться. Уверенно. А я…. Я как потеряшка. Опять.
Прочищаю горло и подхожу к ресепшену.
— Подскажите, как попасть в “Сокол групп”?
— У вас посылка или документы? — спрашивает меня девушка небрежным голосом, хотя еще секунду вся расплывалась в улыбке перед другою дамой.
Видимо, я не того сорта. И по мне это заметно.
Нет, я не претендую быть тем, кем не являюсь. И у меня нет желания показывать свою инакость. Но сейчас я предпочла бы равноправно вежливое обращение. Я ведь вежлива с любым клиентом независимо от того, кофе он хочет или десять блюд.
Но здесь не так. Размечталась я что-то.
— Если посылка не в руки, оставьте здесь. Мы сами передадим, – продолжает девушка.
— Я не курьер.
— Что? — ее глаза округляются, а в уголках губ появляется какая-то странная усмешка. — На собеседование?
Оглядывает меня с головы до ног, вынося не самый приятный вердикт выражением лица.
— Я по личному делу, — остаюсь вежливой, несмотря на то, что уже хочется ей съязвить.
— А у вас назначено?
— Полагаю, да. Я к Антону Соколову. Он ждет.
Дамочку почему-то передергивает, а затем она задирает подбородок вверх.
— Антон Юрьевич?! — говорит так заносчиво, что тетушки на “Почте” кажутся мне уже ангелами.
Вот отчество я его как-то не запомнила. Досада.
— Да.
— Уверены?
Да что же с ней такое?
— Звягина Валерия. Может по списку посмотрите, или как тут у вас заведено? — сдержаться все сложнее, чудом справляюсь.
Хмыкает, но все же смотрит куда-то за стойку, щелкает мышкой. Хмурится.
И вот теперь как-то растерянно, но все равно озлобленно выдавливает улыбку.
— Верно. Можно ваши документы? Так “заведено”, — сообщает она.
Паспорт дать не проблема. Жду еще несколько минут, получаю магнитную карту и адрес внутри здания и снова начинается квест.
Сначала дождаться очереди и пройти по карте через турникет к лифтам. Их тут 6. Лифтов. Один едет до 20 этажа, другие с 21 по 40, третьи с 41 по 69. Но это я понимаю не сразу. Теряюсь в таком непривычно огромном пространстве. Говорю же, будто другое измерение. И в глазах уже рябит от блеска.
Наконец-то, красная от стыда и злости, попадаю на нужный этаж.
Благо, здесь администратор уже в курсе и в спешке ведет меня к кабинету, но войти не успеваю. Антон выходит сам.
Злой, как черт.
— Я сказал, двадцать минут, Лера! – рычит он, а я отхожу в сторонку, чтобы прохожих скандалом не привлекать.
— Метро быстрее не может, а вертолета у меня нет. Бежала, как могла! — сообщаю ему, когда хочется послать на три буквы.
Ну ничего, как только Варю прооперирует, заговорю с ним иначе. Фиктивный брак ведь долгим будет. Успею зубки показать, если продолжит рычать на меня. А сейчас надо молча терпеть.
— Если бы на звонок ответила раньше, то была бы тут вовремя. Я отпустил юриста, но он скоро вернется. Подпишешь заявление в ЗАГС и каждый пункт договора.
— Мы ведь уже все подписали. — не понимаю я.
— Брачного договора. Или ты надеешься, отжать у меня что-то после развода?
Хам! Какой же хам!
— Подпишу!
— Вот и отлично. Садись и жди.
— Долго?
— Сколько надо.
— Антон, я не против, но мне вообще-то на работу потом еще надо.
— Какую нахрен работу? Я, кажется, тебе доступно объяснил, что твоя работа – я. — давит гневным взглядом.
— Мы с тобой только про операцию договаривались. На еду мне тоже зарабатывать надо. Моя смена в кафе начнется через три часа. Я успею?
— Лера, у тебя, явно, не все дома. Моя невеста не будет носиться в официантах. — чуть ли не брызжет слюной. Но это вовсе не благородный порыв. Тогда что? — Ты сейчас же бросаешь свое гребаное кафе и не позоришь меня, тебе ясно?
— Позорю? С каких это пор честный труд кого-то позорит?
— Носиться на побегушках и обслуживать всякий сброд – позор! Если ты забыла, то в договоре есть пункт “не подвергать мою репутацию риску”. И ты, я надеюсь, помнишь, про неустойку?
Помню. Как про нее забыть, черт подери?!
— Один твой неверный шаг, одно пятно, поставленное тобой на моей репутации, и тебе крышка. Ясно?
Снова в горле собирается ком. Я ненавижу этого типа всеми фибрами души.
— И куда я должна, по-твоему, пойти? — выдавливаю из себя. — Думаешь, кто-то примет на работу человека без опыта и диплома о высшем образовании? Или мне дома носки вязать?
— Сиди и вяжи. — рычит, давит взглядом. — Сколько тебе еще надо, чтобы ты успокоилась?
— Что?
— Какая у тебя зарплата? Я тебе дам копейка в копейку, а ты из своей халупы и носа без моего разрешения не высунешь.
Кровь в венах так закипает, что меня передергивает. Он реально думает, что мне нужны его деньги? Мне нужна только операция для Вари, больше я ничего от этого гада не приму, даже если с голода помирать буду!
— Прости, но нет. На сколько я помню, сделка у нас временная, и по ее окончанию я не хочу оказаться вне рынка труда с брешью в трудовой. На свою жизнь я буду зарабатывать сама! Честным трудом!
— Лера, ты пиздец какой-то! — выдает он мне. — Работу хочешь. Будет тебе работа!
Рычит так, будто я напрашиваюсь, а я просто хочу защитить свое.
— Степан! — рявкает так, что я вздрагиваю.
К нам тут же подбегает какой-то обеспокоенный мужчина лет тридцати. Весь какой-то зажатый, будто хочет испариться. — Знакомься. Невеста моя. Скучно ей. Работу хочет. Найди что-нибудь ей по навыкам.
— Что? — охаем мы со Степаном одновременно.
— Оглох? — косится на Степана, и тот сжимается. Но не от страха, скорее от неприязни, которую не может показать перед лицом начальства.
— Нет. Я все понял. Будет сделано в лучшем виде.
— Антон, погоди, — хочу отозвать Соколова и поговорить по этому поводу наедине.
— Лера, что еще тебя не устраивает? Работать хотела – работай и не высовывайся. Хоть одно пятно на моей репутации из-за тебя, и ты потеряешь все. Ясно? — жалит словами, а я ловлю на себе непонимающий жалостливый взгляд Степана.