Одинокие сердца (СИ)

«Да пропади ты пропадом!» — подумала Полина, выливая черную жижу в раковину.
Этим вечером Полина смотрела новости, смотрела на Костю, который уже был в Столице и говорил серьёзные и умные вещи. Зал был полон, его внимательно слушали и высокие чины в форме, и политики. С чем-то соглашались, а с чем-то спорили, шли оживленные дебаты, а она поражалась, насколько Костя мог быть разным.
Отчего-то он напомнил ей волка. Голодного, рычащего, злого, на которого пытались надеть ошейник и вырвать клыки.
Малыш вновь толкнулся, давая понять, что поза мамы его не устраивает. Полина вздохнула и выключила телевизор, устроилась в кровати поудобней, накрываясь тонкой простынёй.
Вот так спокойно. Но до безумия холодно и одиноко.
  
Глава 22
 
В следующий раз Полина увидела Костю в разгар лета. Он постучался в её двери и едва стоял на ногах. От него разило спиртным и сигаретами.
По-дурацки улыбаясь, он пытался держаться за косяк, чтобы не упасть.
— Ты считаешь, это нормально заявляться в таком состоянии ко мне? — зло шикнула Полина, не имея никакого желания пускать его в квартиру.
— Я п-пришёл к своей жене, — слегка заикнувшись, выдал Костя, — с-самолёт прилетел слишком поздно.
Полина тяжело вздохнула.
— Надо было ехать домой.
— Я и приехал, — заявил Костя, как сама непосредственность.
— Вызови такси и езжай в свой элитный пентхаус.
Костя мотнул головой, пытаясь встряхнуться.
— Без тебя он мне не нужен.
Полина закатила глаза.
— Не начинай, — строго приказала она, — в таком состоянии я не собираюсь с тобой разговаривать, так что, будь добр, езжай домой.
С этими словами она захлопнула дверь и нервно обняла себя руками. Время уже было около двух часов ночи, но сна ни в одном глазу. Полина не следила за делами Кости, но игнорировать то, о чем кругом болтают, было сложно. Так она узнала, что с Догова сняты все обвинения, а его дело позволило раскрыть и привлечь к ответственности множество криминальных группировок и связанных с ними должностных лиц, виновных в растрате миллионов рублей из бюджета города и области.
Она была рада этому, но совсем не на такое появление бывшего мужа рассчитывала. И всё же от порога не отошла. Прислушивалась, заглянула в глазок.
Костя некоторое время стоял на месте, потом пьяно оттолкнулся от стены, вроде хотел подойти к лифту, но передумал. Шатаясь, сел на лестницу, закрывая лицо ладонями, и что-то то ли вздохнул, то ли простонал.
Полина отошла от двери. Не будет же он там сидеть всю ночь?
Она выпила успокаивающий ромашковый чай и вновь попыталась прилечь, но, ворочавшись с боку на бок, так и не смогла уснуть. Поднявшись, посмотрела в глазок и охнула: Костя всё ещё сидел на том же месте и, видимо, спал, прислонившись головой к холодной стене.
«Да что же это такое?!» — подумала она, накинув кардиган на плечи и щелкая замком.
— Костя, — толкнула Полина его в плечо.
Тот не сразу отреагировал, но после нескольких настойчивых попыток разбудить всё же соизволил открыть глаза.
— Ты что с ума сошёл спать здесь?! Вставай!
Догов в ответ невнятно промычал, что да, он останется здесь и сдохнет у ее порога. Но затем, когда Полина рявкнула: «Быстро пошёл», и, осознавая, каких трудов ей стоило его разбудить, с трудом поднялся на ноги.
Полина буквально дотолкала его до квартиры.
— Пошёл бы к своей Ксюше, — бурчала она, закрывая двери и стягивая с Кости пиджак.
— Не хочу, — услышал он её и возразил.
— А надо бы! — Полина зло расстелила ему на полу плед и кинула подушку, как нашкодившему коту. — Если бы мы тогда не развелись, развелись бы сейчас.
— Из-за того, что я пьяный?
Полина не ответила, легла на кровать и накрылась одеялом.
Костя сел на пол и снял сначала рубашку, потом брюки, стянул не спеша носки. Реально раздевался.
— Знаешь, почему тогда мы развелись?
— Потому что ты бесстыжий кобель, — огрызнулась Полина, которую начало потряхивать от всего происходившего.
— Потому что я не любил тебя.
 
— Как же мне легче стало жить от этой правды, — нервно хохотнула Полина.
Но слова эти жалили не хуже настоящих пчелиных укусов.
— И ты меня тоже не любила.
Она поднялась настолько быстро, насколько позволяло её положение.
— Не смей так говорить! — выкрикнула она. — Я-то как раз тебя и любила, всю себя отдала без остатка, а вы сожрали меня в два счета, как гиены, ноги вытерли и выкинули за ненадобностью.
— Красочная образность, — издевательски произнес Костя, поднимаясь, — но дело не в этом. Ты настолько погрузилась и замкнулась в себе, что абсолютно перестала видеть и замечать меня.
— А ты у нас эгоист и избалованный маменькин сынок, на которого нужно молиться и день и ночь?!
Костя стоял перед ней в одних трусах и, кажется, на её замечание ничего не мог ответить. Он облизнул губы, рассеяно глянув сквозь неё. Она видела шрамы на его плече и другие зажившие отметины и отвернулась.
— Я пыталась найти общий язык с твоими родственниками, я пыталась сделать так, чтобы у нас была хорошая крепкая семья. Я не хотела просить твоей помощи, боялась показаться никчемной, поскольку так и не сумела сблизиться с твоей матерью. Теперь понимаю, что ни хрена бы мои старания не увенчались успехом, я полная дура, что поверила тебе и вышла замуж, за того, кто… — Полина всплеснула руками, стараясь подобрать слово, — за того, кто меня не любил.
— Получается, мы оба облажались… — Костя присел на пол, держа голову, словно она у него болела.
— Поэтому не смей обвинять меня в чем-то, учитывая, что ты ни черта не сделал, чтобы помочь мне, ты прыгнул в постель к течной сучке, как только я начала терять свежесть. Похоже, в нашей стране не осталось ни одной домохозяйки, не мечтающей увидеть вашу свадьбу в ток-шоу.
Костя тряхнул головой.
— В бездну эти ток-шоу. Я хочу быть с тобой.
Полина возмущённо фыркнула. Её тут обжигали старые обиды и внезапные признания, а Догов менял темы разговора быстрее автоматной очереди.
— С тем же успехом мог быть и у любовницы.
Костя посмотрел на неё и поднялся к кровати, забрался, натягивая одеяла и пружиня матрац.
— Но пришёл зализывать раны я к тебе.
Если бы в Полине было меньше милосердия, она бы Догова в этот момент придушила. Потянула за одеяла, но тот не двинулся с места.
— Меня это должно как-то растрогать? — нахмурилась Полина.
Костя усмехнулся, посмотрел пронзительно долго.
— Ты очень красивая, когда злишься.
Полина насупилась. Костя уже буквально сидел на ней, опираясь на руки и заглядывая в глаза, будто мог загипнотизировать.
— Только не говори, что ты собрался меня соблазнить.
— А можно?
— Ты пьян, уверен, что получится? — спросила она с издевкой.
— Хочешь проверить? — в тон ответил Костя.
Полина не хотела проверять, но почему-то испугалась, что Костя не шутит. Внезапно она толкнула его от себя, и Догов, словно специально не удержался на кровати, а свалился на пол, сдавленно застонав.
— Господи, — хохотнул он, — и почему у нас такого не было, когда мы были женаты?
— Чего? Выяснения отношений? — процедила Полина.
— Вот такие очные ставки один на один, — Костя вытянулся на пледе, подперев голову рукой.
— Когда я наорала на тебя, застукав за изменой, что ты мне сказал? Замолкни!
Костя закашлялся, а потом положил голову на подушку и как-то рычаще застонал.
— Я был не прав, — выдал он, как будто это могло что-то изменить.
В действительности признание изменить ничего не могло, и даже осознание того, что Костя только и делает, что извиняется, не приносило никакой радости, лишь лёгкое успокоение незаживающей душевной раны.
Полина отвернулась, накрыв одеялом даже плечи.
Сон не шёл, а проверять, спит ли её бывший, она точно не собиралась.
Светало безумно рано, так что казалось, будто вчерашний день всё ещё продолжался.