Ночь в твоих глазах (СИ)
Мысли роились, а руки делали: выставленный щит должен был занять оборотня еще секунды на полторы, и у меня были все шансы успеть доплести чары. Оглушающее, парализующее и, завершающим штрихом, связывающее силы…
Удар на затылок обрушился внезапно. За ним — темнота.
Сознание возвращалось урывками. Головная боль, качка… Темно. А, это у меня глаза закрыты. Голоса. Не двигаясь и не показывая, что очнулся, я прислушался. Спеленали меня, кажется, тем самым комплексом, который я собирался применить на Янтарную, либо чем-то близким.
Хороший выбор — работает отлично, могу свидетельствовать.
Шуршание одежды, шорох сгребаемых мелких камней…
Прикосновение пальцев к шее ощутилось едва-едва, как и жест, которым кто-то бережно убрал с моего лица волосы.
— Оба живы, слава Оракулу… — это Нэйти, и в её голосе тревога.
— Ну я же сразу тебе сказала… Что ты с ними возишься, пусть лежат. Помоги, времени мало!
Шурх-шурх-шурх — снова камни. Шаги и “шурх-шурх-шурх” с удвоенной силой.
Попытка пошевелить мышцами показала, что тело меня не слушается, из ощущений пока присутствовали головная боль, слух и качка. Сознание плыло, но пока держалось.
— Какой у нас план?
— Нужно отсыпать звезду Арвила, я беру ведущие, ты вспомогательные! — голос у старшей Янтарной сосредоточенный и напряженный.
Она явно нервничает, а вот Нэйти — нет. Я достаточно изучил ее, чтобы понимать, что она сейчас слегка беспокоится обо мне, но сестре верит безоговорочно.
А старшая продолжила:
— Как только сторожевая сеть обнаружит нарушителей, в замке должны поднять тревогу. Светлые, по протоколу безопасности, обязаны полностью закрыть мир от перемещений. Но основная защита у них своя, а вот тревожная — имперская, и, с высокой долей вероятности, в момент замещения между ними возникает конфликт, это доли секунд, но в эти доли секунд в защиту теоретически можно вклиниться...
Не был бы я парализован — у меня бы волосы зашевелились на ушибленном затылке.
— “С высокой долей вероятности”, “должно”, “теоретически” ... — сдавленным писком поддержала мою оценку Нэйти. — Ты и впрямь уверена, что этим расчетам можно доверять? Тау, ты же практик!
— Знаешь, что? — вскипела Таура. — Вот ты у нас теоретик, возьми и пересчитай!
— Тау, скажи, это и был твой план?
— Нет! Мой план был — либо обуздать эту проклятую сову, либо достоверно проверить свои выкладки! И тогда уже выбрать подходящий момент и бежать! Но после того, как вы явились ко мне в гости, а потом эти уроды выкатили свое прекрасное предложение!.. Пришлось пересматривать планы и идти на риск!
— Тау, да ты могла просто послать их в Великое Ничто! Зачем было устраивать… вот это?!
— Серьезно? Дорогая, если уж кто-то, решивший завести меня как ручного монстра, достаточно беспринципен, чтобы оплатить свои планы твоей свободой, то откажись я — и следующим аргументом в переговорах стала бы твоя голова! Пока они думали, что мне на тебя плевать, я, по крайней мере, могла вывести их на нужные мне условия!
И бормотание Нэйти, смущенное:
— Тау, всё было не совсем так…
— Об этом мы позже поговорим!
Голоса сестер сплетались, и звучали то тише, то громче — восприятие не спешило восстанавливаться.
Шур-шур-шур — снова шорох мелких камней.
Голос Нэйти:
— Тау… а что это?..
— Что-что… необработанный климантил. Здесь жила выходит на поверхность, и площадка ровная, удобное место.
— Тау. Он заряженный.
— Я знаю.
— Тау, ты вменяемая?!
— Для человека, который вместо того, чтобы сидеть в Алых Башнях, поперся к темным эльфам, ты задаешь удивительно забавные вопросы!
Шур-шур-шур — сестры скандалят тихо, не прекращая сгребать камни в неизвестную мне звезду Арвила. Это что-то из имперской магической школы.
Несколько секунд тишины, разбавленной лишь дыханием шорохом одежды и камней.
— Тау… — первой подает голос Нэйти. — Его же здесь с полтонны… Как же ты справилась вообще?.. Здесь же две звезды напитать хватит!
— Ерунда, на две не хватит, — у Тауры тон нарочито-бодр, но видно, что вопрос ей неприятен. Или воспоминания? — Репутация в очередной раз выручила. Особы, которая привезла с собой ворох шелковых нарядов, даже не стирает их — чистит магией… И когда колдовать начинает — открываешься жиле, та сразу с удвоенной силой тянет. Представляешь, какая здесь у меня слава?
Смешок Нэйти:
— Сильной, но не очень умелой? Вот здесь поправь, у тебе отклонение больше допустимого…
— Угу, сейчас… Мало того, что не умелая — еще и не очень умная. И аристократку из себя строит, смотрит на всех сверху вниз… Словом, за год все привыкли, что я вечно по силе ниже десяти процентов проседаю и пару раз в обморок падала. Что либо брожу где-то с эффектным видом, либо с ним же в одиночестве сижу, тоже привыкли. Посмотрела бы я, как у них самих сил хватало бы на что-то другое: я несколько таких площадок в разных местах заряжала, на всякий случай, и чтобы к одному и тому же месту не ходить, внимание не привлекать. Высасывают такие развлечения зверски… Ты сама, кстати, как?..
— Ну… — Нэйти колеблется, но признается. — У меня — вот…
— Что-о-о?!
— Тау, не смей!
Шмяк!
Пинок, хоть и ослабленный параличом, прекрасно прочувствовался ребрами.
— Да как он посмел!.. Да я этого мерзавца!..
— Тау, не смей!
Нового “шмяк” не последовало, показывая, что Таура Роше хоть и агрессивна, но дрессируема.
— Ты его защищаешь! Не могу проверить, Нэйти! Он тебя! — голос Янтарной сорвался от избытка чувств, — Он тебя в цепи!.. А ты… а ты!
— Тау! Черти звезду!
Шипение, как будто на раскаленный камень плеснули водой, или как будто у кого-то из ушей валит пар, замысловатая фраза на гортанном языке — и шурх-шурх-шурх с удвоенной энергичностью.
Сколько я пробыл без сознания? Сколько мы уже здесь? Когда сработает эта проклятая сторожевая сеть светлых родичей?
Мысленно поторапливая девиц, я от всей души желал им удачи. Чтобы они успели. Чтобы расчеты этой сумасшедшей Янтарной не подвели.
“Нэйти здесь не место!” — звучало в голове назойливым мотивом.
Нэйти не место рядом с климантилом. Она не ее полоумная сестра. Жила выпьет ее за несчастные пару лет. Она погибнет здесь.
Поэтому если они не успеют и их схватят — я сообщу местным, что Даркнайт озаренный маг.
Озаренную светлые не обидят.
Это, конечно, замена одной клетки на другую — но девочка, по крайней мере, будет жить. И не здесь жить.
А если как следует поторгуется, возможно, сумеет выдернуть из этого де... дела свою сумасшедшую сестрицу.
А вот нам с полукровкой придется выбираться самостоятельно в любом случае.
— Тау, у меня всё! — и слова Нэйти прозвучали для меня музыкой.
— Хорошо, сбегай вниз, там под камнем, где я первый раз сидела, каменные колышки спрятаны, принеси!
Нэйти, стой! Она лжет!
Но моя девочка уже скользнула к тропе вниз… чтобы остановиться:
— Тау. Нет.
— Что — нет?
— Даже не думай об этом!
— Не понимаю, о чем ты!
Врала Янтарная вполне убедительно, если бы не чутье, я бы купился. А вот Нэйти, похоже, и впрямь неплохо знала сестру:
— Вот о том, чего ты не понимаешь — тоже не думай!
Секундное молчание — и взрыв:
— Нэйти, он подонок, и нечего оставлять подонков, тем более темных эльфов, за спиной!
Торопливые шаги Нэйти
— Я никуда не пойду! — и объявив это, моя девочка демонстративно села… На меня.
Звезды, Нэйти, там же ребра!
— Ой, да не убила бы я его! Но его черепно-мозговая травма дала бы нам дополнительное время. Или амнезия. Нам бы очень сыграла на руку его амнезия, Нэйти! — страстно убеждала ее Таура.
Но не преуспела, Даркнайт осталась непреклонна:
— Заведи своих врагов, и с ними поступай, как хочешь, а мои игрушки не трогай!
Снова молчание, и яростное: