Метка Зверя: Ассимиляция (СИ)

Не давая визитеру опомниться, Ломов вырвал букет из рук и с удовлетворением отметил верность догадки — слегка приоткрытый рот, выпученные глаза и капельки холодного пота, выступившие на лбу. Одетый в зеленоватую армейскую шинель и с красной повязкой на рукаве, тот изображал рыбу, выброшенную на берег, беззвучно хлопая ртом.
— Хотя нет, знаю — продолжил Валентин и, доверительно наклонившись, нежно, имитируя недавний голос романтика, прошептал — я тебе говорил, что с лестницы спущу?
— Н-нет — от столь великодушного предложения гость даже отступил на шаг назад.
— А я спущу — не дожидаясь ответа, жених ухватил визитера за воротник одной рукой и за пояс другой, после чего исполнил сказанное. А что? Слово надо держать, даже данное секунду назад.
Тяжелый же кабан попался — отметил студент, наблюдая, как массивное тело пересчитывает ступени. Не будь он шокирован еще неизвестно кто кому бы морду набил. Валентин подождал, пока гость потрясет головой, приходя в себя, и приподнимется на локте, прежде чем вернуться.
Если бы тот перестал шевелиться после падения, то Ломов незамедлительно вызвал скорую. Особых чувств парень к ходоку не питал, но не убивать же за это? Вопреки ожиданиям разум Валентина оставался холоден. Сегодняшние события измотали вконец, ничего не хотелось.
Закрыв за собой дверь, и вновь придя на кухню, парень уселся на старое место, где схватив вилку с нанизанным на неё последним кусочком мяса, начал крутить её в руках посматривая на притихшую Невесту.
Спросить у неё как давно? А какая разница? Хотя будь давно с цветами бы не ходили…
— Скажи, тебе правда нравятся маргаритки?
— Да.
— Надо же. Сколько знакомы, а я и не знал.
После короткого обмена репликами вновь воцарилось молчание. Валентин продолжал смотреть на стейк, не решаясь отправить его в рот. Светлана, несколько раз порывалась что-то сказать, но постоянно замолкала, не успев проронить и звука.
— Может, все-таки скажешь чего? — подбодрил её Ломов, изобразив круговые движения вилкой.
— Зря ты так с Вадимом. У нас ни…
— Избавь меня от таких душещипательных подробностей — перебил её жених, бывший жених.
Светлана горько вздохнула. Хотя, кому сейчас горче большой вопрос.
— Но ты хоть на время бы посмотрел, почти десять, а он дружинник. За прогулки в комендантский час его точно накажут.
— Знаешь, его лычки последнее, что меня беспокоит — Валентин протянул ладонь и коротко скомандовал — Кольцо.
Светлана поняла без лишних объяснений и, сняв с пальца помолвочное кольцо, доставшееся Валентину от матери, положила парню на ладонь.
— Я переночую у тебя. Завтра уйду, а потом… делай что хочешь — завершил разговор Ломов, оставляя за спиной недоеденный стейк на столе и утопившую лицо в ладонях, тихо всхлипывающую, Светлану.
***
Когда Валентин раскрыл глаза, вокруг была лишь тьма. Он лихорадочно водил головой по сторонам, вверх и вниз, но картина не менялась. Попытавшись двинуться вперед, парень с ужасом осознал, что не чувствует ни рук ни ног. Как он вообще здесь очутился?
Студент точно помнил, как лег спать на разложенном диване в квартире Светланы. Так это всего лишь сон? Осознание факта принесло Ломову умиротворение. Осознанное сновидение. Давненько ему такие не снились.
Стоило смириться с текущим положением, как рядом загорелся яркий, ослепительный свет. Рефлекторно зажмурившись и попытавшись прикрыть глаза рукой, Ломов застыл на месте, ожидая, когда боль спадет.
— Валя… — от знакомого голоса тело резко расслабилось, заставляя Валентина опустить несуществующую руку и, несмотря на боль, широко открыть глаза. Из столпа света на него смотрела стройная женщина, с длинными, каштановыми волосами и вечно молодым лицом. Именно такой он её и запомнил.
— Мама! — парню захотелось подойти и обнять её, но выставленная ладонь остановила его.
— Нет, нельзя — ответила Вероника на недоуменный взгляд сына — Опасность рядом.
— К черту опасность! — образ матери резко побледнел — Прости. Лучше скажи, кто это с тобой сделал? Ты видела его?
 
Вероника лишь прикрыла глаза, запустив калейдоскоп картинок. Гротескный замок сменился широким залом. На полу нарисован какой-то узор. Вокруг него множество людей распластались в земном поклоне. Все в однотипных одеяниях с нахлобученными на головы капюшонами.
В центре рисунка, окруженный раздетыми донага парнями и девушками стоит какой-то уродливый карлик, полностью покрытый темной шерстью. Маленькая, почти незаметная шея и лицо, больше походящее на морду собаки или доисторического птеродактиля.
Зубы создания, целиком и полностью состоящие из клыков, сейчас слегка приоткрыты, а между ними медленно курсирует длинный, мясистый язык. К горлу подступила тошнота.
— Вот же ж блорк! — с омерзением произнес студент.
Желтые глаза собакоголового неожиданно уставились на Валентина, будто заглядывая ему в душу, а мгновение спустя разинутая пасть устремилась к нему как тут наваждение исчезло.
Вновь оказавшись в темном пространстве, парень переводил дыхание. Настолько реалистичной казалась представшая перед ним картина. Ломов и подумать не мог, что когда-нибудь испытает проблемы с дыханием в собственном сне.
— Что это было? Это он те… — раздавшаяся нескончаемая трель дверного звонка прервала сновидение. Кто посмел потревожить его сон?! Да им все кости за такое переломать мало!
Звонок все никак не умолкал. Раздраженно отбросив в сторону руку обнимающей его Светланы, парень резко поднялся на ноги и взглядом нашел часы. Шесть утра! Какому идиоту пришло в голову звонить в такое время!
И вообще, что эта псевдо-невеста делает на диване? Он же ложился спать один! Впрочем, хрен с ней. Важнее, что он так и не успел извиниться перед матерью за то, что наговорил ей на рождество! — звон не ослабевал — Да заткнется он или нет?! Сейчас Ломов все ему выскажет!
Двумя быстрыми движениями открыв замок и распахнув перед нарушителем спокойствия дверь, Валентин уже хотел прокричать все, что накипело на душе, как слова застряли в горле.
За дверью ждал наряд полиции, в полном обмундировании. А с этой стороны он… в трусах, с искаженным яростью лицом и сжатым кулаком.
— Ломов Валентин Степанович? — скорее утвердительно, чем вопросительно сказал центральный мент. Одевайтесь и пройдемте с нами.
— А что собственно случилось? — поинтересовался Валентин, уж на это он имел полное право.
— Да, что? — поддержала вопрос парня Светлана, вышедшая из комнаты и укутанная в одеяло.
— Во дворах неподалеку обнаружено тело Корчагина Вадима, остальное узнаете у следователя.
— Боже! — бывшая невеста вновь окунулась в ладони, а одеяло, лишенное всякой поддержки, устремилось вниз, обнажая те немногие элементы одежды, что были под ним.
— Журавлева Светлана Алексеевна? Вы тоже — мужик сглотнул, осматривая представшую перед ним девушку, но быстро взял себя в руки и на выдохе быстро произнес — одевайтесь — а сказав, сразу отвел взгляд. Хоть кому-то хватает такта.
***
Сидя напротив дознавателя в рубашке и брюках, Валентин поражался творимому произволу. Его, в лучшем случае, свидетеля, держали в наручниках как какого-то преступника! Хотя, если следовать их логике именно таковым парень и являлся.
Хуже того, в обход всех возможных норм на допросе присутствовал отец убитого, который оказался работником управления в звании майора. Радости это не прибавляло.
— Итак, Ломов, зачем Вы бедного мальчика спустили с лестницы?
— Мальчика? Да в нем весу под центнер! Парочка таких рях с легкостью экскаватор заменят.
 
— Хватит паясничать и отвечай на вопрос! — рев офицера сопровождался громким ударом ладонями по столу.
Вначале Валентин вжал голову в плечи от резкого крика, а затем резко напрягся и посмотрел горемычному отцу прямо в глаза. Тот взгляд выдержал, а человек напротив предупредительно положил руку на резиновую дубинку, заставляя парня расслабить кулаки.