Белое на черном … (СИ)

Есть старая байка. Взяли в плен советских офицеров и требуют выдать военные тайны / тактико-технические характеристики боевых машин/. Наши молчат, день другой пытают, но наши молчат. Решили враги схитрить и посадили с нашими в камеру свою «подсадную утку». Утром вывели своего агента из камеры с нашими. Спрашивают — ну, что там было. Агент отвечает — всю ночь эти пленные бились головой о стену и кричали — говорили мне в училище учи материальную часть, учи.
Вот это и нас с Куртом ждёт. Не посмотрят ни на что и будут пытать. Вот потому, хоть и страшно до потери сознания, но мины устанавливали и позицию для пулемета готовим.
Успели всё сделать и подготовить и приготовились ждать. Даже успели поспать несмотря на весь ужас своего положения. И уже под вечер снова сидим и караулим ручей. Ждем этих разумных, мать их, земноводных. Пока ждали от нервов стали восстанавливать и домысливать процесс размножения этих земноводных. Все варианты перебрали от икры до других вариантов продолжения рода дошли.
Вот пока мы увлеклись этими разговорами и предположениями, «лизардмены» зажгли костры. Вот только они сегодня подошли не от ручья и воды. Они спустились со скалы по тропе. Снова костры и снова ползущий на нас густой дым от костров. Б-я, вот такого фокуса мы не ждали от них. Почти все мины настроены на ручей и болото. На этой тропе со скалы, только две мины. И вот что делать с этими хитро сделанными земноводными. Если дым дойдет до нашей позиции, то мы умрем.
Первым к баллону и распылителю рванул я. По правде говоря, и Курт тоже рванул. Баллонов было два. Первым стал создавать облако Курт, и я от него не отставал. Затем подожгли создавшуюся смесь. Огонь рванул сразу и очень сильно и жарко. От тумана не сталось и следа и огонь достал до костров и слизнул и сами костры и тех созданий, что не успели отскочить. Горели эти тушки очень ярко. Оставшиеся в живых рванули к тропе — огромными прыжками и обе мины хоть и проредили эти группы, но не уничтожили и оставшиеся в живых ушли за скалы.
Опять отбились. Но не смогли взять ни «языка» ни тело этого вида разумных земноводных. И что прикажете делать.
Курт и предложил — взять лодку и пойти дальше по реке. И найти это место, где живут и размножаются эти бля—е лягушки. И никаких других вменяемых вариантов у нас не было. Но этот вариант был слишком импульсивным и если поступить так как предлагал Курт, то найдя это гнездо, мы рисковали пропасть там с концами.
Я же предложил вернуться ближе к цивилизации. Примерно в ста километрах от нашего места был аэродром подскока моего маршрута контрабанды алмазов и там мы могли взять вертолет и облететь всю округу. Противоздушных средств обороны у этих земноводных мы не видели. Вот и потому сверху будем искать и затем уничтожим этих тварей. Примерно такой план у нас был.
Привести лодку в походное состояние это дело нескольких минут и затем мы полетели по воде. Стена брызг и шум мотора. Это и скорость и может крокодилов отпугнет. Крокодилы, возможно, и испугались, но вот от мысли перекусить нами не отказались. Но не смогли нас поймать. Скорость передвижения нашей моторной лодки оказалась выше, чем скорость передвижения крокодилов, и мы удрали. Ну, как удрали, почти удрали. Уже когда мы были у самого лагеря и взлетно-посадочной полосы, лодка влетела в бревно, огромное такое бревно, которое перегородило реку. И всё бы нечего, но это огромное бревно оказалось не огромным бревном. Это оказался огромный такой крокодил, который под видом огромного бревна, ждал свою добычу. Лодка взлетела вверх. Мы полетели с Куртом в разные стороны, но тоже кувырком. Пулемет улетел куда-то в омуты реки. Этот хитрый крокодил развернулся и направился к нам. Курт был уже почти на берегу. Я барахтался на стремнине и скидывал с себя рюкзак и при этом пытался достать из подсумка гранату.
Нет, можно было стрелять из автомата. Но было два «но», которые препятствовали этому. Первое — из автомата нельзя убить такого большого крокодила. Второе- в тот момент, когда я вылетел из лодки, мой автомат меня покинул. Держать надо крепче. Но все эти мысли были уже не к чему. Пасть была всё ближе. Граната никак не хотела покидать подсумок.
 
Я выдохнул и собрался с силами и на раз, два, три… На раз — скинул лямки рюкзака. На два- рванул из подсумка гранату. На три — сразу одним движением два действия. Сначала сорвал кольцо и этим же движением кинул гранату в пасть этому монстру.
Когда я кидал гранату я уже видел выражение глаз крокодила. Спокойный и уверенный в себе взгляд. Судя по размерам этого крокодила, он мог помнить ещё времена работорговли с португальцами. Но вот эта его уверенность, она же его и подвела. Таких гранат во времена его молодости не было и потому он и не стал отмахиваться от гранаты и просто проглотил её. И граната рванула внутри этой туши. Взрыв и крокодил стал гораздо короче и его глаза потухли. Вот только это были уверенные и спокойные глаза, по всей вероятности крокодил уже предвкушал, свой завтрак и вот сразу в один миг он больше ни о чем не думает. В мозг перестала поступать кровь и кислород. И само тело стало гораздо короче. Но всё равно — пасть крокодила долетела до меня, и уже мертвая пасть схватила меня за руку. Я рвался на берег, и уже мертвая пасть крокодила держала меня и тянула своим весом под воду. На берег я вскочил и упал. Рука была под водой, и я потянул и руку, и голову крокодила на берег. Из воды показалась морда крокодила, схватившая мою руку. И я услышал — крик отчаяния. Первая мысль — откуда у меня силы так кричать. Ещё и на разные тональности. Один из криков больше напоминал женский ультразвуковой визг.
Через пару ударов сердца — пришло понимание, это не мой крик. И затем облегчение — я понял, что пасть крокодила, которая держит меня — это просто пасть мертвого крокодила и меня держит не сам крокодил, его зубы сомкнулись, но не сжались. И я наконец вытянул из воды на берег реки часть крокодила, которую оторвал взрыв гранаты от основной части туши. На то, чтобы освободить руку от пасти и зубов ушло минут пять. Руки тряслись и силы меня покидали. Встать на ноги я не смог и меня отволокли подальше от воды и реки уже держа под руки. Таких приключений у меня ещё не было и надеюсь больше уже и не будет. Затем я вспомнил о земноводных и о том, что их надо найти, изловить хотя бы одну особь и предоставить заказчику. Мысли были невеселые. Но моя природная особенность — не унывать, не унывать не при каких трудностях. Уже через пятнадцать минут после всего этого ужаса я спокойно пошел в лагерь моего аэродрома.
Вертолет надо было вызывать и ждать его прилета. Пока же надо было сформировать команду охотников и решить, чем будем глушить земноводных. Бомб у меня не было. Что авиационных, что противолодочных.
Потому пришлось готовить бомбы самостоятельно. Бочка на двести литров и в неё помещается пара килограмм взрывчатки. Остальное щебень. Таких бочек в вертолет войдет примерно десять штук. Кроме бомб надо ещё иметь запас ручных гранат. И конечно пулеметы и автоматы. Приготовили и гранатомет. Выстрелов к нему было не так и много, но пара десятков нашлось.
И ещё трое бойцов. Вертолет он не резиновый и больше уже не поднимет. Теперь помыться и поспать и когда придет вертолет и будут готовы бомбы надо будет лететь и искать, и отлавливать этих земноводных. Хочется или не хочется, а надо делать. Жутко не хочется. Но надо.
Несмотря на весь ужас и страх мне очень хочется понять, что это за земноводные. А если мы с Куртом станем первооткрывателями нового вида разумных существ. Или эти земноводные вообще инопланетяне. Вот как тут уснуть при таких новостях. А может у них здесь космодром.
Или это разумный новый вид. Дадут ли нам с Куртом Нобелевскую премию или нет. Вот с такими мыслями я наконец смог уснуть.
* * *
Будет ли продолжение зависит от читателей. Жду отзывы.