34-Ежки для Кощея (СИ)

— Развеяв иллюзию, Леший забыл убрать ограничительный периметр, — поделился Князь своими наблюдениями со старейшиной и заодно со мной.
Под пальцами Кощея, прикасающегося к барьеру, пошли круги. Велимир прикрыл глаза. Воздух вспыхнул искрами, проявляя очертания невидимой перегородки. С громким хлопком преграда рассеялась, оставив после себя лёгкий дымок. Патрульные сразу среагировали на наше появление. Активировав светящиеся палки, они с суровыми лицами повернулись к нам. Агнехрон с Маяковским встретили нас со статическим спокойствием. Сергий ухмылялся.
— Отставить! — отрывисто произнёс старший опергруппы — Маяковский. — Вы каким образом здесь очутились?
На его закономерный вопрос ответил Велимир:
— Мы всё это время находились возле вас. Нас разделяла иллюзорная преграда, — сделав паузу, он кивнул на обездвиженное тело девушки. — Удалось что-нибудь новое обнаружить? —
Голубина с безмятежным видом лежала на сочной, примятой траве. Не знай, что она мертва, решила бы, что девушка прилегла отдохнуть.
Маяковский с досадой дёрнул плечом.
— Симптомы отравления полностью совпадают с симптомами других убитых девушек. На руках Голубины обнаружили небольшие царапины.
— Думаете, в отличие от других жертв Голубина сопротивлялась? — поинтересовался его мнением Велимир.
— Само собой! — вмешался в их разговор Сергий.
— Вы хорошо знали убитую? — уцепился за его ответ Маяковский.
— Кхм… — замялся Сергий, — Я боюсь, ничем не буду вам полезен. К сожалению, я не имел чести быть представленным убитой девушке. Мы иногда встречались на состязаниях отбора. Она вела себя скромно, ни с кем не вступала в конфликт. Я не представляю, кто мог желать ей смерти.
Ничего себе! Правителя Вигирии интересовал кто-то кроме Цветаны?!
— Вы за всеми участницами отбора столь бдительно следили? — уловил саму суть из его откровения Маяковский.
Проникновенный взгляд Сергия на меня и он сдержанно ответил:
— Я наблюдаю исключительно за теми, кто меня тем или иным причинам интересует.
— Чем в частности вас заинтересовала Голубина?
— Своей красотой разумеется.
— На отборе, надо полагать, много красивых девушек, — не отставал от него Маяковский. — Кто ещё вызывает у вас определённый интерес?
— Вы меня подозреваете в убийстве девушек? — перешёл в нападение правитель Вигирии.
— Пока убийца не пойман у нас всё под подозрением, — не стушевался Маяковский. Он ни капельки не опасался Сергия. Держался с ним решительно и твёрдо.
Потерпев фиаско, Сергей прожёг его пронзительным взглядом и отошёл в сторону, вызывая во мне недоумение. Обычно он отличался сдержанностью. Интересно, чем Маяковский зацепил его? До конца обдумать мысль я не успела. Колобок подвёл к нам флегматично взирающую на происходящее сваху. Увидев вблизи убитую девушку, она отчаянно взвыла:
— Это моя вина! Моя вина! Моя… вина…
— Вы признаётесь в убийстве девушки? — без крупицы жалости сухо спросил старший опергруппы.
— Ни в чём она не признаётся! Не видите, мадам Ольга не в себе? — сама от себя не ожидая, вступилась я за сваху.
— Не вмешивайся Мирослава, — уловила я довольно-таки сильное недовольство в голосе князя.
Дайте, угадаю: Велимир снова во мне разочаровался. Видимо, по его мнению, я сую нос, куда не следует.
— Вы, похоже, забыли Ваше Величество, что помимо невест вы несёте ответственность и за благополучие мадам Ольги! Сначала отведите её к лекарю, потом устраивайте свой дурацкий допрос. Вы не допускаете, что её помутнение рассудка объясняется съеденными в лесу ядовитыми ягодами или выпитой отравленной водой?
— Я виновата… Моя вина… — повторяла мадам Ольга, как заведённая, обнажая свою уязвимость. — Клянусь Луноликой… Я не думала, что девушки погибнут.
— Куда её? На допрос или к лекарю? — спросил у Князя Колобок.
— В замок! Под охрану! Потом вызови ей лекаря, — между бровями князя пролегла глубокая складка. — Сначала пускай её целитель осмотрит.
— Открывай портал! — не захотел расстраивать свой магический резерв Деян.
В вихре серебристых искорок открылась тёмная воронка портала. Не затягивая, Колобок под руку со свахой скрылся в нём.
 
— Напомните, вы у нас, чьей невестой являетесь? — «дошёл» и до меня Маяковский.
Что ему прикажете ответить? Рассказать при правителе Вигрии о нашей с Драгомиром свадьбе?
— Пожалуй, на сегодня хватит расспросов! — остановил его Велимир. Я поёжилась от стали, звеневшей в его голосе. Эдак он с патрульными быстро вдрызг разругается. Вот от кого он потом будет узнавать о ходе расследования?
Надо признать, из нас с Велимиром вышла неплохая команда. Мы отлично скрывали с ним мой новый замужний статус. Почему я это делаю понятно: я обещала Драгомиру, но зачем оно князю оставалось загадкой?
— Мирослава участница отбора. Причинить вред Голубине у неё не имелось возможности — вместе с его Величеством Сергием на момент гибели девушки находилась в зачарованном лесу, — проявил дипломатические наклонности Агнехрон.
Маяковский окинул меня цепким взглядом.
— Закругляемся ребята! — отстал он от меня.
Четверо патрульных встали по бокам от убитой девушки. Они бросили на землю шарик, активировав заклинания переноса. От них друг к другу протянулись тонкие нити, образуя чёткий прямоугольник. Фигуры патрульных охватило желтоватое свечение, и они перенеслись за пределы нашего мира. Остальной патруль, во главе с Маяковским, ушёл через тёмную вспышку портала.
Сергий дождался закрытие портала и с жёстким требованием обратился к князю:
— Правом законного опекуна дарованного мне родителями Цветаны я, правитель Вигирии, требую немедленного исполнения брачных условий между моей племянницей и Драгомиром Павловичем. Да будет исполнена моя воля!
— Ишь, чего захотел! — сам того не подозревая озвучил мои мысли Агнехрон. — Кощеям никто не указ! Хотят, женятся — хотят, нет! Вы опекун Цветаны? Вот и пекитесь о своей племяннице. Помыкать Кощеями никто вам не позволит.
В ожидания грома и молний, что обязательно должны были обрушаться, на седую голову старейшины я приготовилась прикрывать уши руками. Моему удивлению не было предела, когда никакая замшелая тучка на небе не показалась, зато комары норовили испить моей кровушки.
— Велимир, надеюсь хоть вы, понимаете двусмысленность положения, в котором находится моя племянница, — признаться примирительный тон Сергия я оценила, впрочем как и хитрость на которую он пошёл. — На участниц отбора ведётся охота. Драгомир Павлович назвал Цветану своей невестой. Гляди не сегодня-завтра и её попытаются отравить. Ей нужна защита вашего рода!
— Ой, и не говорите. От участия в отборе сплошной вред, — бесцеремонно высказалась я.
— Не рассчитывайте Мирослава, я не увезу племянницу с отбора!
— Какая забота. Сразу видно, вы очень дорожите Цветаной.
— Вопреки вашим оскорбительным намёкам Мирослава, я забочусь о племяннице, — разозлился правитель Вигирии.
Мне и дальше было, что противопоставить его грозному напору, но к нашему разговору присоединился Князь:
— Мы представим дополнительную охрану Цветане. Что касается свадьбы, о ней вам лучше переговорить с Драгомиром.
— Я со вчерашнего дня его не видел, — с упрёком произнёс Сергий.
Я выдохнула с облегчением. По крайней мере, мой супруг находился не у него в плену.
— Драгомир ненадолго отлучился по важным государственным делам, — довольно-таки уверенно сообщил ему Агнехрон. Складывалось впечатление, что перед поездкой Драгомир лично перед ним отчитался.
— Означает ли это, что он скоро вернётся? — нетерпеливо спросил его Сергий.
 
— Не сомневайтесь, — сохранял хладнокровие старейшина.
Правитель Вигирии воззрился на Агнехрона, как на самого ужасного лжеца.
— Я рассчитываю, что вы сообщите мне о его возвращении!
— Обязательно, — пообещал ему Агнехрон, подкрепив слова не скрывающей коварного замысла усмешкой.
Велимир сделал взмахи руками, мир вздрогнул и перевернулся. Безоблачное небо, деревья, бурьяны разноцветными лентами смешались перед моими глазами в калейдоскоп из цветных картинок. Меня подбросило и закрутило. Однако свалиться я никуда не успела. Магия князя перенесла меня из леса в Замковый сад. В ту часть, где обитал Евражка. Приятно журчащие фонтаны разносили в воздухе долгожданную прохладу жизненно необходимую в разгар знойного дня. Удары упругих струй об хрустальные бортики чаш заставили моё горло конвульсивно сжаться. Во рту давно пересохло и жажду не мешало утолить. Отправив метёлочку, домой в наши покои, я потянулась к ближайшему фонтану. Ловя струи губами, я жадно глотала воду. Утолив жажду, я слегка освежилась, плеснув водички на лицо. После чего почувствовала себя намного лучше. Прежде чем возвращаться к себе, я собралась дождаться Евражку. Хотела убедиться, что он в порядке. Хранитель не заставил себя долго ждать: