Два брата-психопата (СИ)
— Думаю, я имею права знать об этом, раз нахожусь с тобой в одной машине, — прикрикнула я, быстро повернув голову к, наконец, обратившему на нас внимание водителю.
— Я понимаю твою реакцию, Сонхи, но ты не хочешь дослушать до конца. У меня нет маниакального психоза, как у моего брата. Меня пугает лишь статистика, что если у одного из однояйцевых близнецов есть это заболевание, то, по большей вероятности, оно есть и у второго, — я видела его лёгкую раздражённость из-за моей резкой реакции и постаралась выглядеть не такой напряжённой. Из-за Джунёна я стала жутким параноиком и ругала себя за такую панику, ведь Боён ещё ни разу не вёл себя так, как брат.
— Значит, это было у вашего отца, — прошептала я через несколько минут молчания, в которое парень с робким ожиданием смотрел на меня, пока я переваривала услышанное в голове. — То есть… ваша мать бросила вас из-за его психоза и того, что он наследственный? — уточнила я, но не получила ответа, так как мой взгляд был уставлен на небольшое одинокое здание у редкого леса.
Оно могло бы показаться мне загородным домом, но, когда мы подъехали к воротам, я успела прочитать табличку, на которой большими буквами было написано, что это частная клиника для психически больных.
— Вот мы и здесь, — проговорил Боён, который волновался не меньше меня.
И теперь я постепенно понимала, почему он за целый год ни разу не приехал. Не потому что не хотел навещать брата, а потому что боялся оказаться пациентом этой лечебницы. Выйдя из машины и проводив взглядом такси, я почувствовала себя беспомощной, ведь обратного пути уже не было. Мы реально приехали в психиатрическую больницу. На ум приходили триллеры, которые Кэти любила смотреть в комнате общежития, и не раз психушки были главной темой тех фильмов. Я пыталась не думать о том, что все эти люди в белых халатах так же не совсем здоровы, и доверилась Боёну, который, на моё удивление, уверенным шагом шёл к приёмной. У меня не получалось унять дрожание рук, и парень заметил этого, когда отошёл от стойки.
— Надеюсь, не я причина твоего волнения? — спросил он, взяв меня за ладонь, и нежно погладил её большим пальцем.
— Не надо, — я слишком грубо убрала руку и, увидев его разочарованный взгляд, попыталась быстро оправдаться. — Джунёну не понравится.
— Не знал, что ты такая послушная, — проговорил он холодным тоном, и мне меня обидели его слова.
Я всё ещё плохо знала своего соседа, и надеялась, что это не какое-то проявление его наследственного расстройства, так как мой сосед никогда не произнёс бы подобных слов.
— Ты всё понял, — ответила я, окинув его недовольным взглядом, и его ледяное выражение лица опять стало виноватым.
— Прости, Сонхи, я просто не знаю, как себя вести… здесь. С ним.
— Просто будь настоящим Квон Боёном. Хоть кто-то должен им быть, — произнесла я утомлённым голосом и быстрым шагом последовала за медсестрой, которая предложила проводить нас до комнаты встреч.
И вся короткая дорога от приёмной до большой комнаты со стеклянными стенами заставляла меня жалеть о своём приезде сюда. Пациенты, гуляющие и даже бегающие по зданию лечебницы, запах лекарств, и одна плачущая по дороге к выходу женщина — из-за всего этого я покрывалась мурашками, отчего уже дрожало всё тело. Я не боялась пациентов, которые были одеты в пижаму светлых пастельных цветов, что, наоборот внушало приятное впечатление. Я боялась увидеть Джунёна таким.
— Присядьте внутри, мы позовём его, — сказала медсестра, указывая рукой к двери, чтобы мы вошли в стеклянную комнату, внутри которой было несколько столов и стульев.
Но я не сдвинулась с места, продолжая следить за пациентами, которые своим внешним видом и поведением совсем не отличались от обычных людей. У них не было ярких причёсок и цвет формы каждого пациента был разного оттенка. Они общались между собой, некоторые смотрели телевизор, кто-то читал газету.
— Сонхи, давай подождём внутри, — Боён несильно потянул меня за локоть, пока я словно заворожённая смотрела на всех этих людей, представляя Джунёна одним из них.
— Ён! — низкий голос через весь зал заставил меня повернуться к нему и сразу заметить подбегающего к нам радостно улыбающегося парня. — Ты вернулся! Всё утро говорили об этом, но я не мог поверить в это. Вот он ты, — незнакомец громко захохотал, из-за чего я неосознанно прижалась к руке парня. Этот парень определённо говорил про Джунёна, и Боён не спешил сообщать ему, что тот обознался. — Ты не узнал меня? Это ж я, Темпо. Джунки. Твой лучший друг и, — он перешёл на шёпот, — самый адекватный среди этих психопатов.
23. Алкоголь
Мы сидели с парнем в комнате для встреч, и я ждала, когда кто-то скажет хоть слово. Мне не верилось, что передо мной находится тот самый Темпо, в честь которого был назван пёс Джунёна, и поэтому мне казалось, что мы с ним уже знакомы. Повернув голову к Боёну, я заметила его недовольный и немного безразличный взгляд, уставленный на серый стол, и тяжело вздохнула. На контакт он идти не собирается.
— Джунки, — проговорила я, — привет. Мы пришли к твоему другу — Квон Джунёну, — улыбнулась я, совсем не зная, как общаться с такими людьми.
Парень смотрел притуплённым взглядом, часто хлопая ресницами, словно ожидал от нас какого-то подарка.
— Не надо говорить со мной, как с больным, — усмехнулся он и поудобнее уселся на стуле, сплетя ладони в замок на животе. — Я тут по собственной воле, — на этих словах он многозначно взглянул на Квона, который не проигнорировал этого и резко поднял на него глаза. — Ён часто говорил о своём брате. Я и не думал, что вы настолько одинаковые внешне. А вот про тебя, Сонхи, я ни разу не слышал.
— И что же он говорил Вам про меня? — спросил Боён с вежливой улыбкой и крепко сжал мою ладонь.
Повернув на него голову, я заметила, что он с трудом держит спокойное выражение лица. А его уважительное обращение говорило о том, словно он сейчас общается не с другом своего брата, а с простым пациентом больницы, которой собирается оказать благотворительную помощь. Я чувствовала фальшь и недоверие в его улыбке, поэтому убрала ладонь под стол, неуверенно взглянув на ухмыляющегося Джунки.
— В основном, только хорошее, — ответ парня, кажется, удивил Боёна, и его улыбка резко спала с лица, заменяясь настороженностью. — Он говорил, что ты с друзьями мечтал учредить маленькую благотворительную организацию. У тебя получилось? — спросил он с неподдельной заинтересованностью в глазах, подсаживаясь ближе к столу.
Но Боён молчал, опустив виноватый взгляд на свои ладони, схватившие трясущиеся коленки. Мне казалось, что сейчас он чувствует угрызение совести. Я бы чувствовала. Тяжело вздохнув, я положил руку на его ладонь, останавливая трясение коленки, и сама ответила Темпо:
— Да. И ты не представляешь, за целый год маленькая организация так расширила свои границы, что сейчас они сотрудничают со спонсорами из самой Австрии, — проговорила я с особым энтузиазмом, только сейчас осознавая, как много смог добиться этот человек всего лишь за один год.
— Джунён, наверное, гордится тобой, — мои слова подействовали на Джунки, и он чуть было не захлопал в ладоши, радуясь за совсем чужого ему человека. — Ты не представляешь, как он желал быть рядом с тобой в этот момент твоей жизни. Но обещал, что вмешается в неё лишь после полного излечения. Что же…
— Сонхи, пожалуйста, давай уйдём, — шёпотом перебил его Боён и, не замечая моего удивлённого взгляда, встал на ноги, крепко держа меня за ладонь.
— Что случилось? Я утомил вас? — обиженно спросил Темпо, вставая вслед, и стал бить себя ладонью по лбу. — Простите, я иногда бываю приставучим. Но мне здесь, откровенно говоря, скучновато. Раньше, когда я периодически оставался в больнице, со мной был Джунён. И, когда мне пришлось снова приехать неделю назад, мне сказали, что его выписали.
— А зачем ты опять вернулся сюда? Разве тут нехорошо лечат? — поинтересовалась я, так и не вставая с места, пока Боён еле стоял на одном месте, не решаясь потянуть меня за руку.