Посмотри на меня (СИ)

Скорее всего, его жизнь не была похожа на лёгкое порхание — с такими личными предпочтениями в нашей стране жить очень тяжело. Поэтому меня не удивляет его первоначальная агрессия в мою сторону. Защитный механизм.
— Хорошо, Витя, если ты захочешь поговорить со мной о себе — я тебя выслушаю, но сейчас мне крайне важно узнать: ты знаешь, что произошло сутки назад с Матвеем? Ты был рядом в тот момент?
— Я, — сначала он хотел что-то сказать, но передумал, — да, был.
— Тогда расскажи, что ты видел, пожалуйста, — попросила его.
Он опустился на пол там же, где стоял, откинувшись головой на край кровати. И это действие показало его таким потерянным и беззащитным, что мне стало очень жаль его. Ещё не зная истории этого парня, я уже чувствовала, как слёзы подступают к глазам — думаю, что она очень грустная.
— Я почти всегда рядом, — начал рассказывать, — и мне так часто хотелось, чтобы он меня услышал. Чтобы перестал так жить.
— Так — это как?
— Прожигать свои дни, сливая их в канализацию. Когда-то я думал, что Матвей может стать большим человеком, ведь он далеко не дурак, деньги и возможности есть, но прошло столько лет, а он опускался всё ниже. Спросите его отца о зависимости Матвея, — призрак посмотрел на Юрия Михайловича, таким образом, через меня, вовлекая его в наш разговор.
— Зависимость? — я сразу подумала о наркотиках. — Какая ещё зависимость?
Мой вопрос был обращён к Антропову, который буквально застыл от него, и отвечать не спешил. Тогда впервые напрямую со мной заговорила его супруга:
— Матвей — очень хороший мальчик, — конечно, мать будет защищать сына до последнего. — Просто, он немного потерялся, — ещё бы, столько денег иметь, при этом ничего не делая. — Мы пытались его вылечить, но не уследили — он снова сорвался. И как только находит эти казино.
Игромания? Можно предположить, что, когда есть такие огромные денежные ресурсы, намного сложнее остановиться и понять, что не можешь жить без ставок и азарта. Даже потеря денег приносит своеобразный кайф.
— И как его зависимость может быть связана со случившимся? — спросила, ожидая, что хоть кто-то мне ответит.
— Кое-что случилось незадолго до аварии, — севшим голосом произнёс Антропов. — Но мы с этим разобрались.
— Значит, не до конца. Нам нужно знать, что случилось, — Макс нашёл зацепку и теперь не отстанет от нанимателя, пока тот всё не расскажет.
Антропов недовольно сверкнул глазами, понимая, что теряет свою позицию в нашем общении, и некоторое время боролся с собой, сомневаясь, стоит ли что-то рассказывать. Хорошо, что у этого человека присутствует здравый смысл, и он всё же решил пролить свет на сказанное.
— Я перекрыл Матвею доступ к счетам, когда мы поняли, что его потребности в игре перешли все границы. Он и раньше искал адреналин: гонял, пробовал наркотики, начинал общаться с какими-то отбросами, но я всегда держал руку на пульсе. Да и не заходило всё это слишком далеко. Молодость: пока я позволяю — пусть гуляет. Но, в какой-то момент, он подсел на покер, потом добавилась рулетка, после ещё чёрт знает что. Матвей перестал интересоваться хоть чем-то помимо того, где можно играть и выигрывать. Сначала я думал, что это временно, выслал его из страны, потом ограничил в деньгах, но он постоянно находил возможности снова вернуться к играм. Пришлось привлекать специалиста. Полгода лечения обеспечили три месяца спокойствия, затем всё снова полетело коту под хвост.
— Сами мы не заметили, что он вернулся к этим своим играм, — подхватила его рассказ жена, когда Юрий Михайлович ненадолго умолк. — Приняв во внимание свои прошлые ошибки, сын сумел обвести нас вокруг пальца. Но, в итоге, все равно пришёл за деньгами: забылся и проиграл в разы больше, чем мог себе позволить.
— Говнюк, — выругался бизнесмен, — знал бы, кто его свёл с теми отморозками — убил бы своими руками.
Смотря сейчас на этого известного человека, я могла поверить, что он действительно не побоялся бы замарать руки.
— Тише, Юр, — наверное, его жена как никто другой понимала, на что способен её муж, поэтому и начала успокаивать. — Матвей решил поиграть с хозяевами непростого подпольного казино. Они постоянно меняли места, адрес сообщали за несколько часов до открытия, отправляя его сообщением вместе с паролем. Новички туда могли попасть только при поручительстве одного из проверенных клиентов.
 
— Да, эта секретность ещё больше раззадоривала игроков, они готовы были играть по чужим правилам, лишь бы участвовать во всём этом. После того, как проигрался и его поставили на счётчик, изрядно припугнув, сын пришёл ко мне. Естественно, никаких денег я давать не собирался, но и закрыть глаза не мог. Толя со своими ребятами с помощью телефона Матвея смогли накрыть этот клоповник. Нужные люди всех повязали и закрыли за решёткой. Мы считали, что на этом проблема исчерпана.
— Своими действиями они разворошили осиное гнездо, — подал голос Витя, и я жестом показала, что остальным стоит помолчать. — Настоящие хозяева быстро вычислили, кто им так подгадил, настучав ментам.
— То есть, — уточнила я, — это была месть?
— Ещё и предупреждение его папаше, что бывает, когда лезешь туда, куда тебя не приглашали.
— Не думаю, что есть много людей, которые не побоялись бы ответить таким образом, — у меня аж волосы на голове зашевелились. — Это довольно рискованно.
— Я не знаю, кто за этим стоит, — призрак пересел на кровать и прикоснулся к руке больного. — Но не думаю, что они почти убили Матвея, не понимая, кому дорогу переходят.
Я пересказала его слова остальным живым в этой комнате, из-за чего в палате повисла гнетущая тишина. Похоже, того, что нам придётся столкнуться с кем-то подобным Антропову, никто не предполагал. И это могло серьёзно затруднить нашу работу.
— Вы знаете кого-то, кто может стоять за организацией подпольного казино? — поинтересовалась у Антропова. — Из серьёзных людей.
— Не знаю, кто этим промышляет, — без раздумий ответил отец Матвея, — среди информации, которая у меня есть на конкурентов и союзников, подобного не мелькало.
— В таком случае, мы выясним это самостоятельно, — Скиф не казался расстроенным. — Расспроси этого призрака про саму аварию и, пожалуй, на этом мы и закончим, — дал мне указание.
— Ты слышал, — пожала плечами, обратившись к Вите.
— За ним точно следили, — призрак не стал строить из себя глухого, — потому что момент, когда Матвей без тачки, нужно ловить. Вам же ещё не сообщили: его сбили на переходе возле дома. Он вышел-то ненадолго, до магазина и обратно, чтобы сигареты купить. Там его на полной скорости чуть не убили. Это было жутко, смотреть, как его тело после удара несколько раз перекувыркнулось в воздухе, а после тот, кто вёл автомобиль ещё и проехал по лежащему на асфальте парню.
— Какой кошмар, как только ещё дышит, — у меня мурашки по спине пробежали от того, насколько должен быть бесчеловечным этот водитель. — Машина приметная?
— Нет, — сокрушённо покачал головой Виктор, — полностью тонированная легковушка, номера заляпаны чем-то. Да и не думаю, что обнаружение машины, если случится такое чудо, что-то даст. Я бы на их месте не использовал тачку, которая на исполнителей выведет.
— Тут ты прав, судя по всему, у тех, кто это организовал, достаточно денег, чтобы замести следы подобным образом. Больше ничем помочь не можешь?
— Нет, я тогда совсем не думал о том, чтобы рассматривать машину.
— Ясно, но почему ты связал эту аварию именно с тем случаем? — этого я пока не могла понять.
— Когда Матвея переезжали, кто-то с пассажирского сидения приоткрыл окно и бросил рядом фишку. А эти, — кивнул в сторону Антропова-старшего, подумали, что это из кармана Матвея выпало при столкновении.
— Понятно. — Я ожидала большего, но, что поделать? — Если вдруг вспомнишь что-то ещё — найди меня.
— Если вдруг, — согласился призрак.
— Можем идти, — приблизилась к Максу. — До свидания, — попрощалась с супружеской парой, желая больше не встречаться.