Безумный зов небес (СИ)

— Тебе же не больно, чего ты киснешь⁈ — донёсся до меня недовольный голос Милы, но ответа Маэстуса я не разобрал.
Здесь была не только она, но и Ронан О’Брайен — они оба отправлялись в путешествие на месяц, и как оказались у Церкви, я понятия не имел. Двое автоматонов стояли на боевом дежурстве у края скалы, а Юки вместе с Уиллом сидели у костра и что-то объясняли группе оборотней из бывшей стаи Мэйв. Народу было так много, что я сперва не заметил окружения, а как заметил — похолодел.
Скала вокруг Церкви была выщерблена так, словно её обстреливали из катапульт. Весь край скалы окрасился бурым — видимо, от крови гулей и прочих тварей. Но хуже всего было то, что виднелось за краем. Некогда густой лес теперь стоял в проплешинах, то ли сгоревших, то ли вырубленных. Между деревьями лежали две громадных туши, которые нельзя было перепутать ни с чем — скальные «тролли», больше похожие на чудовищных крабов с каменными панцирями. Что они-то здесь забыли? Похоже, что несмотря на возросшую численность защитников Церкви, атаки тоже стали гораздо жёстче.
С новым мечом и новыми возможностями я бы мог здорово помочь. Мог бы держать оборону, чтобы ребята немного передохнули, выиграть время, чтобы… чтобы…
Я тихо отступил от окна — кажется, в наступающих сумерках никто меня не заметил. Чем скорее я разберусь с Обителью, богами и судилищем, тем быстрее смогу вернуться сюда. А там уже все силы преисподней не смогут нас остановить.
Я положил руку на алтарь в центре Церкви и закрыл глаза.
Места, где я ожидал оказаться: комната Лии, комната Пенни, внешняя Обитель, на худой конец — зал суда.
Место, где я не ожидал оказаться: посреди бегового трека в тот самый момент, когда по нему на всех парах несётся богиня Надежды.
Эймей Аурелия-Веста Селестина врезалась в меня со скоростью разогнавшегося гоночного болида, и мы не то что покатились, полетели дальше в виде единого существа с восемью конечностями и двумя головами, пока не врезались в «силовое поле» вокруг стадиона. Я потерял сознание, понимая, что сломал как минимум пару рёбер, но почему-то не слишком об этом переживая.
— Макс! Очнись! Ардор, Ар! Открывай глаза, ну!
— Выбери… уже что-то одно, — проворчал я, разлепляя глаза.
Лицо Эми прямо-таки засветилось от облегчения, и я даже не стал возражать, когда она схватила меня за руку и рывком подняла на ноги. На удивление, ничего не болело, да и полоска здоровья была в полном порядке. Видимо, она догадалась влить в меня зелье из сумки, пока я лежал в отключке.
— Пошли, пошли! — поторопила она, и я вспомнил, что времени и правда было в обрез.
— Извини, что появился на дороге, — сказал я, пока мы шли к зданию университета, в единственную аудиторию которого можно было попасть через верёвку из окна четвёртого этажа. — Ты в порядке?
— Да мне-то что будет. Сам, главное, живой?
— Теперь да, — сказал я, ещё раз для надёжности ощупывая рёбра. — Я просто перенёсся из Церкви. Понятия не имею, как это произошло.
— Есть такая система… Если посланника благословляет кто-то из богов, он появляется в его или её комнате.
— Но последней меня благословляла Пенни, — задумчиво сказал я.
— Да нет, как раз-таки я.
Я с удивлением посмотрел на Эми и обнаружил на её щеках лёгкий румянец. Через секунду пришло осознание, и я сам почувствовал, как краснею. Так, погодите…
— Я не смогла тебя разбудить! Ты спал, как убитый, а мне надо было выйти наружу. А моя «комната» сейчас не в лучшей форме, и я боялась, что когда я уйду, она может, ну…
— Схлопнуться на мне? — мрачно завершил я.
— Именно. Пришлось активировать благословение Лии, чтобы оно перетащило тебя к ней, но перед этим… обновить своё. На всякий случай.
— Я не сержусь.
— Ещё бы ты сердился!
Подъём по канату на этот раз оказался проще. Дыра во внешнюю Обитель, которую мы проделали совместными усилиями, была небрежно прикрыта фанерой. Эми оттащила её в сторону, и мы по очереди выбрались наружу — лишь чтобы также по очереди ошеломлённо застыть.
 
Если в прошлый раз Обитель лишь слегка помрачнела, сейчас в ней творилось нечто ужасное. Пустота вокруг больше не казалась такой уж пустой. Теперь она целиком состояла из клубящегося чёрного-фиолетового тумана, сквозь который там и тут проскакивали грозовые разряды. И платформы, и связывающие их лестницы с мостами раз в пару минут содрогались, там и тут из них вылетали куски и ступени, которые тут же подхватывала и жадно пожирала масса тумана.
Это выглядело, как локальный конец света. Жуткое, но странным образом завораживающее зрелище.
— Ар, — прошептала Эми. — Это что, из-за нас? Из-за пробитой стены?
— Не думаю, — прошептал я в ответ. — Но если спросят, мы ничего не ломали, оно само.
Обитель пока держалась, хотя местами нам приходилось перепрыгивать через отсутствующие ступени и обходить дыры в полу. У Эми это получалось значительно лучше моего — вплоть до того, что пару раз она подхватывала меня, когда я терял равновесие. Но я не мог полагаться на неё всё время — вскоре мы достигли места, которое она окрестила, как «центр».
— Зал суда в эту сторону, Санитарий — вон в ту, — быстро обозначила она направления. — Мне надо кое-куда заскочить перед судом, так что увидимся уже там. Забыла спросить, как там с адвокатами?
— Без больших успехов, — признался я. — Но мне тоже надо заскочить, и не куда-то, а в Санитарий. Надеялся, что ты разок побудешь моим проводником.
— Ага, если бы. Официально осуждённые лишаются почти всех божественных прав. Но мы можем…
Эми вдруг замолчала, не успев закончить, что мы могли, а что нет. Вокруг резко похолодало, а грозовые разряды в тумане вокруг утихли. Стало очень тихо — осталось слышно лишь наше дыхание, и, если хорошенько прислушаться, стук наших сердец. Эми обернулась на меня, приложив палец к губам, я медленно кивнул. В воздухе нарастало ощущение чужого присутствия, а потом из сгустившейся пустоты со всех сторон начали выползать ловчие отростки твари небытия. Сейчас, когда они не видели нас, их можно было рассмотреть — насколько вообще реально было рассмотреть то, что меняло размер и текстуру через пару секунд. Щупальца слепо качались вокруг нас, не в силах обнаружить, и спустя минуту начали неохотно втягиваться назад. Пронесло.
И в этот же момент край платформы, на котором я стоял, откололся и осыпался в пустоту.
Я нелепо взмахнул руками, стараясь не издавать звуков, но ловчим отросткам было достаточно и треска камня. Ближайшая пара рванулась вниз, и один из них нашёл свою цель, перехватив меня поперёк туловища и потащив за собой. Мастерский «Язык саламандры» пережёг его посередине, но это не изменило ситуацию к лучшему. Из пустотного тумана, совершенно не скрываясь, выплыла тварь небытия размером с трёхэтажный дом. Её полупрозрачное тело, похожее на экзотическую медузу, колыхалось в предвкушении, а десятки ловчих отростков приготовились схватить сразу два живых блюда. Мы с Эми встали рядом, готовые сражаться до конца, я положил руку на рукоять Феникса. Как только тварь снова пойдёт в атаку, ей придётся несладко, несмотря на размеры.
Секунда, за ней другая — и тварь не выдержала. Извивающиеся отростки потянулись к добыче… и бессильно разбились о прозрачный купол, словно сплетённый из струй чистой воды. Сзади нас послышались чьи-то размеренные шаги, и вперёд вышел незнакомый смуглый мужчина в восточной одежде поверх боевого облачения, сжимающий в руках ярко сияющую тончайшую голубую нить. Нить тянулась к щиту-куполу, укрывшему нас от атаки. Тварь небытия на миг замешкалась, и это стало её последней ошибкой. Воин потянул за нить так, что купол обратился в сплошную линию, уходящую снизу вверх дотуда, куда хватало глаз. Он рубанул ладонью вперёд — и линия упала, разрезая желеобразное тело чудовища на две идеально симметричные половинки. Те дёрнулись в агонии и распались в ничто.