ПТУшник-2

Таким же рисковым парнем, готовым поставить свою свободу на кон ради хорошей прибыли.
Сегодня торговля идет так себе, так и товар у меня дорогой весь, продаю за час две книги и туалетную воду за девяносто рублей, когда вижу, что на толкучке наконец-то появились мои конкуренты. Это те мужики с книгами, с которыми я еще не познакомился.
Они по очереди подходят ко мне, изучают мой ассортимент, спрашивают цены, не пытаясь притвориться случайными покупателями, тем более, что здороваются с тем же Вагифом, как старые знакомые.
Я говорю ценники на книги повыше, чтобы не расстраивать мужиков недобросовестной конкуренцией, однако, слежу за ними пристально, понимая, что они точно не мои друзья. А вот с конкурентами с Рижского проспекта они раньше мило общались, как хорошие старые знакомые.
Через десять минут один из них исчезает на пять минут, только, до этого обходит несколько знакомых и спрашивает у них, как я понимаю, наблюдая издалека, какую-то мелочь. Один из мужиков достает ее горсть из кармана, встряхивает ее понятным жестом, после чего конкурент поднимает с его ладони пару монеток.
– Ну, точно, звонить пошел, – понимаю я.
Вопрос только в том, кому он звонит?
Сразу в милицию, в местное отделение или все же сначала моим конкурентам? Появляется настойчивая мысль пойти за ним следом и я, прихватив свое добро, выхожу из двора и на улице около ближайшей телефонной кабинки вижу этого дядьку, ожидающего в очереди.
Он постоянно крутит головой, высматривая сотрудников в форме, как мне хорошо видно, только подойти к нему и послушать у меня точно не получится.
Спалит меня сразу.
Впрочем, дождавшись и дозвонившись куда-то, он терпеливо ждет, пока абонента позовут к телефону, я пока приближаюсь к нему на пять метров со спины, останавливаясь около прохода во двор.
Чего мне стесняться своего интереса, я могу так же ждать в очереди к уличному телефону, как и всякий другой гражданин.
Приближаюсь еще на пару метров и слышу, что вызываемый абонент поднял трубку.
– Сергей, ваш молокосос появился на туче! Стоит рядом с Вагифом! – слышу я слова мужика, которому приходится говорить громко из-за шума проезжающих в это время уборочных машин.
– Хорошо, присмотрим за ним! – опять хорошо расслышал я и мужик кладет трубку, поднимает голову, потом оборачивается и видит меня в трех метрах от себя.
Сначала он немного опешил, нервно дернул головой, потом взял себя в руки и вызывающе уставился на меня.
Мол, чего ты мне сделаешь?
Ну, сделать бы стоило, только, это они между собой приятели, а им я всем чужой. Что тут можно требовать с посторонних для меня мужиков? У них ко мне претензий никаких нет, кроме того, что я им прямой конкурент. Зато, у приятелей точно есть, хотя бы за собранные книги или пострадавшего от меня серьезно соседа.
Которого они, получается, подставили не по-детски под какого злобного маньяка, избивающего первых встречных огромным колом.
Мужик уходит, не дождавшись от меня никаких враждебных действий или слов, я не хочу плодить лишних врагов на толкучке, да и не по рангу мне самому нападать на взрослого мужика. Пусть и с дрыном в руке, который пока остался стоять около Вагифа.
Так получилось, что я уже немало где наследил и все по серьезному.
Придется свои желания и порывы держать в узде и сначала посмотреть, что предпримут предупрежденные о том, что я здесь появился, конкуренты.
Сразу же вызовут знакомого милиционера или побитого гопника, или все же сначала проверят сами, чьими книгами я сейчас торгую.
И нельзя ли с меня получить отступного?
Поэтому я возвращаюсь на прежнее место, стою там еще десять минут, торгуя без результата. Потом, дождавшись, когда оба конкурента оказались заняты с покупателями, я скользнул за дверь подъезда, шепнув Вагифу, что отойду на минутку.
Там опять же занял наблюдательную позицию на площадке между этажами, ожидая всяких сюрпризов после звонка о моем появлении.
Так, после того памятного дня облавы у меня накопилось двадцать восемь книг, сейчас я продал уже пятнадцать из них, получается, что уже больше половины.
 
Это – отличный результат, тем более, еще два флакона туалетной воды принесли чистыми сорок рублей прибыли.
Так что за два с половиной торговых дня я продал большую половину книг, теперь можно снова взять передышку в опасной деятельности.
Еще через двадцать минут, я засек по наручным часам, появились оба мужика с Рижского проспекта, похоже, они часть дороги бежали бегом. Вон, встали за пристройкой и пытаются отдышаться, держась за саму пристройку.
Вот они сейчас обломаются, когда поймут, что меня здесь уже нет.
И приятели им не смогут помочь, не заметили они, занятые своей торговлей, куда я делся. Вагифа я предупредил, что не стоит никому рассказывать, что я спрятался в подъезде.
Только, спуститься все равно придется, наверняка и те, и другие решат, что я ушел в подъезд. Этот, в котором я стою, точно проверят до самого чердака.
А чего мне прятаться? Совесть моя кристально чиста, во всяком случае, по отношению именно к ним.
Хорошо бы услышать, о чем хотят переговорить со мной бывшие компаньоны по нашему нелегкому бизнесу.
Может, ничего такого особенного?
Глава 6 СНОВА ВОЮЮ НА РИМСКОГО-КОРСАКОВА
Поэтому я еще раз просматриваю книги в своей сумке, нахожу последнюю из трофейных и быстро перелистываю именно ее. Ищу какие-то знаки, по которым конкуренты могут опознать свою собственность, ничего не вижу, но, решаю все же не рисковать с ней, даже знакомая обложка возбудит мужиков еще сильнее, начнут с удвоенной силой требовать возмещения.
Поэтому оставляю книгу лежать на чердаке, выдернув и вставив обратно для этого один из дверных штырей.
Сто процентов, что они ее узнают, тогда начнут горячо доказывать, что это их собственность, что книга принадлежала раньше им.
А зачем мне это нужно? Давать лишние козыри и поводы с споре, где больше решается на голосе?
Придется на попу сажать интеллигентов с Огородникова. Не так и плохо для репутации, однако, а торговой среде это ни к чему, сразу побегут в отделение заяву писать.
Совсем не это нужно, лишние крики и еще более испорченные отношения с известными на толкучке людьми. Авторитета они здесь никакого особого не имеют, только и я, в своем еще юном возрасте, его тоже не имею.
Да и вообще, эта толпа во дворе еще не сплотилась в устойчивое сообщество, хотя, задатки к этому уже имеются. Разгоняют ее слишком часто, очень уж тут место удобное для облавы, соседнее отделение милиции квартирует на проспекте Декабристов, всего в пятистах метрах от народно собрания активных спекулянтов.
Да, умело большевики приписали к своим предшественникам и соратникам обычных дворян, никоим образом не задумывавшихся о союзе с трудовым крестьянством и передовым пролетариатом. Которого тогда еще и в помине особо не имелось. Нашли себе союзников и предтечей, эту мантру про то, кто кого там разбудил, я усердно учил еще в школе.
Если только я сам авторитет заработал у самих конкурентов, когда они разглядели пострадавшую голову своего гопника. На нем могу спокойно с ними поговорить.
После этого я выглядываю в окно, вижу, как немного растерянно топчутся около Вагифа мои конкуренты, рассчитывающие сразу же встретить меня, быстро спускаюсь вниз, открываю дверь и встаю на свое торговое место, не спеша вытаскивать книги из сумки.
Стоило бы спровоцировать мужиков на какие-то действия, чтобы проверить, чем мне это лично угрожает по максимуму.
Дрын ставлю себе за спину, как бы со значением, тем более, мужики уже хорошо знакомы с последствиями его работы на своем знакомом пацане.
Увидев меня, выскочившего с невозмутимым видом из подъезда и не обращающего на них внимания, оба мужика зримо обрадовались, сразу приступили ко мне с суровыми, как им кажется, лицами.
Правда, по присущей им врожденной интеллигентности, сначала поздоровались с потенциальным похитителем своей собственности: