"Один из..." - "100 миллиардов солнц". Компиляция. Книги 1-6 (СИ)

Иван зачеркнул все фамилии из списка, кроме трех.
- И вот, кто остался на базе, - мрачно продемонстрировал он. - Мэтт Стовер, Руди Клатт и Вэй Тьяо. Каково?
- Остальных можно даже не перечислять, - высказался Орлов. - Уже понятно, что часть ваших друзей отправили подальше, но непонятен критерий. Можете кратко дать этой Восьмерке характеристику, в плане отношений лично с вами?
- Не факт, что получится кратко, - вздохнул Иван. - Но я попробую. Одновременно буду выводить на экран их портреты.
- Замечательно, - одобрил Верховный. - Начинайте.
Иван чуть собрался с мыслями и начал не спеша рассказывать.
- Первый номер, Варвара Нартова. Насколько знаю, родилась в 1860 году в семье крепостных. Ходят слухи, что она вообще самая первая из нас и у нее особые отношения с Рьялхи. Проницательна до дрожи в коленках, но не злоупотребляет своим статусом «живой богини». Мы все для нее как дети, а я не так много с ней общался, она панибратство не любит. В манерах и в одежде скромна, носит крестик на груди.
- Дальше, - тихо сказал Орлов, пристально рассмотрев фото и ставя галочку напротив фамилии.
- Стовер и Клатт, - продолжил Иван. - Рыцари, как мне кажется, до мозга костей, еще той породы. Точного возраста не знаю, но моложе Нартовой, судя по всему. Благородные, но себе на уме, я никогда не был с ними дружен, но и не ругался. Работали вместе всего пару раз, не больше. Это, пожалуй, все.
- Дальше, - Орлов пометил Стовера и Клатта плюсиками, а про себя отметил спортивную внешность обоих фигурантов. Эта парочка почему-то напомнила ему гимнастов-олимпийцев.
- Четвертый номер, - улыбнулся Иван. - Это немного личное, уж извините. Альбина Барсова, 1907-го года рождения.
- Ровесница Королева, кстати, - добавил Мельников, с улыбкой разглядывая уже виденный им фотопортрет Альбины.
- Я в курсе, - хмыкнул Иван. - А еще, ровесница группенфюрера Олендорфа. И моего любимого писателя Ефремова. Ладно, вернемся к Альбине. Беспризорница, пережила Гражданскую, интервентов и прочие прелести, но при этом рано начала учиться и показала исключительные способности. После войны окончила школу всего за три года, поступила в Одесский университет. Среди наблюдателей стала всего лишь пятой, а позже вошла в Четверку. Про отношения со мной лично тут уже все, похоже, знают.
- Да, не будем повторяться, - неуловимо улыбнулся Орлов, сохраняя деловой тон. - Дальше.
- Пятый номер, Саша Кроун. Примерно ровесник Стовера и Клатта, точной даты не знаю. Парень из низов, мастер ножевого боя, при этом гениальный механик-самоучка. Продолжил образование, но перспектив не имел, пока не попал к нам. Был в Четверке, но потом сам отказался, стал вечным номером пять.
- Ты про это не говорил, - упрекнул его Мельников. - Как так получилось?
- Когда мы с тобой беседовали, - объяснил Иван, - Эти подробности были не нужны. Короче, Саня пошел добровольцем на фронт, в сорок первом. Не смог остаться в стороне, потребовал вывести его из Четверки и отпустить воевать. Альбина рассказывала, что особенно эффектно это смотрелось на фоне каменных рож англичанина Стовера и немца Клатта. Саше отключили импланты, но до конца не растворили, дали шанс. И что удивительно, провоевал от звонка до звонка, четыре ранения, живого места нет, но дожил до Победы и вернулся. Мне кажется, это самое главное в его характере. А со мной и с Альбиной он очень дружен, никогда даже не посмотрел косо.
- Отличная история, - оценил Верховный и пометил фамилию Кроуна галочкой. - Шестой у нас Вэй Тьяо, но про него мы уже знаем. Давайте дальше.
- Седьмой номер, Рита Ярвич, - объявил Иван, проецируя фото. - Одна тысяча девятьсот шестнадцатого года рождения, хорватка. Кличка «Пирра», рыжая убийца, адская стерва и куча подобных эпитетов. И огромное, потрясающее сердце, с которым мало кого сравнишь. Мы с ней немного на ножах были, отчасти из-за Альбины, отчасти из-за того, что она вообще была против нашего набора. Считала тех, кто был родом из второй половины двадцатого века, изнеженными хлюпиками. Пришлось доказывать.
 
- Потрясающая тетка, - оценил Мельников, разглядывая картинку. - Эту ты мне раньше не показывал.
- Если я начну про всех рассказывать, – усмехнулся Иван. – Николаю Витальевичу придется отпуск брать. Я и так стараюсь сократить свой рассказ до минимума.
- Все ясно, давай дальше, - согласился Борис, все еще про себя восхищаясь образом Риты Ярвич.
- Наконец, восьмой номер, - стал закругляться Иван. - Тони Марано, бывший начинающий мафиози, отказавшийся пройти «крещение». Сколько он при этом замочил народу из числа своих бывших дружков, я даже не знаю, еео не это главное. Тони у нас самый главный по финансам. Ну, по нашим подпольным финансам, которые нужны наблюдателям для операций по всему миру. По слухам, Нартова имеет доступ к этим деньгам, но больше, похоже, никто. Что касается меня, то ничего плохого про Тони не могу сказать. Итальянец в самом лучшем смысле слова. Если при разговоре не машет руками, значит, в этот момент держится за чью-нибудь талию.
- Исчерпывающе, - подвел итог Орлов. - Спасибо, я теперь немного лучше понимаю и вас, и ваших бывших коллег.
- Понятно, что кто-то отправляет подальше тех, кто может чему-то помешать, - предположил Мельников. - Но чему именно и кто за этим стоит?
- Есть сведения о том, кто из отосланных должен вернуться первым? - уточнил Орлов. - Это может быть важно.
- Это Альбина и Альварес, - ответил Иван. - У них обратный рейс через три дня.
- Ну, в таком случае, вот мое предположение, - начал рассуждать Верховный. - Хотел бы ошибиться, но мне кажется, что Альбина Барсова потеряла доверие Четверки и ее хотят заменить. А для этого, отсылают подальше всех, кто мог бы за нее вступиться хотя бы теоретически.
- Вот те раз, - почесал в затылке Иван. - Я даже подумать о таком не мог. А ведь логично, черт возьми! Ну, спасибо вам, Николай Витальевич! Вот, что значит свежий взгляд профессионала.
- Получается, что Стовер и Клатт пытаются выдавить твою Альбину из Четверки, - более уверенно перешел на личности Мельников. - Но кем они ее заменят?
- А разве не понятно? - хмыкнул Иван. - Вэя Тьяо никуда не отправили, его сейчас к приезду Альбины обработают и все будет в лучшем виде. Черт побери! Она тут вообще не при делах, зачем устраивать ей обструкцию, если я уже покойник?
- Это может быть ловушкой для тебя, - предупредил Мельников. - Может, «они» не совсем уверены в твоей гибели. И теперь ставят Барсову под угрозу, чтобы ты кинулся на выручку.
- Это маловероятно, - ответил Иван, обдумав и взвесив такое предположение. - Для начала, мое нынешнее отношение к Альбине для них величина неизвестная. Могу и не кинуться никуда. Мы с ней были близки очень давно и расстались без шума и скандала. А еще, вряд ли они рассчитывают, что я способен вскрыть такой план, не имея доступа к графику наблюдателей. Но я в любом случае буду осторожен, это без вопросов.
- Остается главная интрига, - добавил Орлов. - Зачем это им вообще надо?
- Как насчет простой перестраховки? - предложил вариант Иван. - Вэй под подозрением, Сарги для наших «небожителей» это вовсе не пустой звук. Теперь Вэй в Четверке, там за ним будет легче приглядеть, а сам он вместе со Стовером и Клаттом будет думать, что очень ловко все провернул. И одновременно Альбину на всякий случай отодвигают от всего интересного и вкусного. Вдруг, я не такой уж и покойник?
- Скорее всего, - согласился Орлов. - Но мы не владеем всей информацией.
- Я боюсь, что когда Альбине скажут о такой комбинации, будет скандал, - мрачно усмехнулся Иван. - Она не станет молчать, получив такой удар в спину. В принципе, у меня есть задумка, как предупредить ее, не засветившись самому. Нам нужно получить хоть и жиденький, но инсайд. И есть еще один интересный вопрос.
- Одни вопросы и почти без ответов, - прокомментировал Мельников.
- Тут ничего не поделаешь, - пожал плечами Иван. - Но вопрос и вправду интересный. Как эту новенькую ввели в состав наблюдателей всего за три дня? Понятно, что имплантов она пока не получит, тут может пройти еще несколько лет. Но как быть с испытанием?