"Один из..." - "100 миллиардов солнц". Компиляция. Книги 1-6 (СИ)
- Спасибо, - тихо сказала Эла, а темноглазка в ответ бесцеремонно обхватила ладонями и тихонько, почти ласково, сжала её многострадальное правое бедро, отчего терзавшая её боль в повреждённой кости почти мгновенно отступила, пусть и не исчезнув полностью. Зато теперь вышли на первый план порезы и ушибы, побывавшие в морской воде, и от нестерпимого жжения Эла чуть не взвыла в голос. Ладони, держащие её, вдруг стали горячими, почти обжигающими, жар распространился по всей поверхности тела, а глаза хищницы ещё сильнее потемнели, до полной черноты. В этот момент Эла реально запаниковала, заподозрив, что рыбку все-таки решили зажарить и съесть, но её жалкие трепыхания не оказали никакого воздействия на огромную силу обжигающих рук. Как это выглядит со стороны, остается только догадываться, но через несколько секунд безнадежной борьбы «рыбка» вдруг сообразила, что ей совсем не больно! Жарко, это да, но никакого дискомфорта, кроме, пожалуй, направленного на нее взгляда: изучающего, оценивающего, даже смакующего! Хотя, вид у нее сейчас, должно быть, весьма жалкий и растрёпанный, а от любимого легкого комбинезона, «гордости полевого историка», осталась пара лохмотьев...
И вот, наконец, хищница с усмешкой отпустила её и демонстративно повернулась спиной, словно утратив интерес к своей добыче. Ну, или чтобы дать ей успокоиться и оглянуться по сторонам... И только теперь, перестав глазеть на темноглазку, Эла заметила вполне живого Теннея, неподвижно лежащего с закрытыми глазами в полутора метрах справа от нее, у другого борта. Дышит сам, хвала Богине! А над ним склонился спортивный молодой парень, явно оказывающий ему первую помощь.
«Ну, он хотя бы в плавках», - со смешком подумала Эла, радуясь тому, что напарника тоже вытащили. И кто же этот второй спаситель?
Парень что-то проворчал, не оборачиваясь, и Эла не поняла ни слова. Темноглазка, что-то коротко бросила в ответ и уселась на край плота, свесив ноги в воду, а Эла почувствовала нестерпимый зуд по всей коже. Регенерация, вот что это такое! Захотелось вскочить на ноги и чесаться, чесаться до полного стачивания ногтей, но нельзя! Потому что они смотрят и оценивают, хоть и не говорят ничего. А у самой Элы не осталось ничего, ни глиссера, ни оружия, ни даже нормальной одежды. Осталась только она сама, милостиво вытащенная из воды и подлеченная, поэтому...
Эла осторожно села, стараясь не напрягать больную ногу. Пусть она уже не так болит, но всё равно чувствуется, зато располосованная шкурка быстро срастается. Как же всё тело зудит и чешется! Ей и раньше приходилось испытать на себе регенерацию, но не настолько мощную и быструю. Она поморщилась и принялась стягивать с себя несчастный комбинезон, чтобы хоть как-то отвлечься от зуда во всем теле. И в самом деле, лохмотья. Эла с сожалением повертела в руках когда-то красивую и функциональную вещь, и раздражённо швырнула за борт бесполезный комок ткани. Ладно, на ней хотя бы исподнее есть, в отличие от некоторых! С этими мыслями она немного взъерошила подсохшие волосы и с облегчением улеглась обратно на свой ложемент. Пусть смотрят!
Темноглазка никак не отреагировала на её раздевание, равнодушно и непередаваемо изящно болтая ногами в воде, а парень усмехнулся, хоть и смотрел, по идее, в другую сторону. Интересно, он тоже оттуда? Спохватившись, Эла вызвала «узор» и прочитала гостеприимно раскрытые сигнатуры своих спасителей. Айван, клан Росс. Аль-Бина, клан Росс. Ну, вот и встретились...
Теперь сероглазый повернулся и сел напротив, и взгляд у него не менее цепкий, чем у его подруги. Опасная парочка, аж дух захватывает! Темноглазка лениво потянулась, но глаза опасно сверкнули. Сероглазый Айван же усмехнулся и положил на колени знакомый карабин, благодаря которому Тенней и сама Эла всё ещё живы.
- Вот ваш карамультук, - непонятно выругался Айван. - Двух снарядов нет, два выстрела мы слышали, потом взрыв. Запись есть?
Эла почему-то мгновенно поняла, что врать и уворачиваться не рекомендуется, иначе бешеная темноглазка просто возьмет её за шею и утянет на дно, откуда взяла. К тому же, по слухам, эта парочка в неплохих отношениях с Советом, а с этим органом ссориться, тем более, не с руки.
Она молча вздохнула, и передала алый кубик архива, куда положила полную запись, начиная с момента попытки абордажа. Айван тут же углубился в просмотр, усевшись на бортик рядом со своей спутницей, а его рука совершенно машинально обняла её за талию, отчего та зажмурилась от явного удовольствия. Впрочем, лёгкий полупрозрачный купальник на ней всё же появился, причём мгновенно, как и положено проекции.
- Коллекционер, - непонятно фыркнула темноглазка, скосив глаза на Элу, эффектно растянувшуюся совсем рядом.
Так прошло минут пять, после чего Айван переместился вглубь плота и уселся напротив Элы, поджав под себя ноги крест-накрест. Спокойный, как змей морской! И такой же хитрый, судя по всему. Как будто мало бешеной темноглазки, которая умудряется делать вид, что ей всё равно. А может, так оно и есть... Эла ещё раз вчиталась в сигнатуры и постаралась вспомнить всё, что слышала про этих пришельцев с планеты-матери, а это не так много. То есть, по объёму много, а по сути почти ничего.
Точно известно, что он инженер и у него был необычный древний корабль, который не пережил войну с Копателями. Но после войны прошло уже почти два года, но с тех пор никакой новой информации не появилось. Гораздо больше всяких слухов о его сердечных делах с госпожой Эл и госпожой Наара, но ведь это явная ерунда! Бешеная темноглазка давно бы его придушила, будь в этих слухах хоть доля правды...
- Значит, вы оба из Нератского университета, - вдруг сказал сероглазый, вновь переключив внимание на неё. - И вы здесь из-за некоторой находки на морском дне, о которой мы сообщили ранее. Вы прибыли для установления контакта с нашедшими, то есть, с нами, и для начала подготовки большой экспедиции.
И это не вопрос, а утверждение, с которым бесполезно спорить.
- Интересно, кому вы понадобились в качестве заложников?
А это уже вопрос, но ответа на него нет. И в самом деле, убить учёных могли запросто, но вместо этого устроили абордаж.
- Кто-то сильно интересуется судьбой этого корабля, - продолжил Айван. - И судьбой тех, кто может его найти и узнать что-то... лишнее.
- Это и в самом деле он? - решилась на вопрос Эла. - Корабль самой Тамиэлы? Мы даже не знаем, как он назывался...
- «Ривьенна» он назывался, - вдруг выдала темноглазка, не оборачиваясь. - Тысяча тонн, двести человек команды. Построен за пять лет до того боя, на верфи Ивари. Мастер Шегрос выкупил его во время ярмарки у купца Толвина Ринкеш, когда того повязали в Нерате за контрабанду. И это решило все проблемы: купец смог откупиться от обвинения, а Шегрос получил лучший корабль в этой части Океана.
Что-то не дало Эле от души посмеяться над хорошей шуткой, наоборот, её сильно придавил тот факт, что прозвучавшая версия совершенно не противоречит известным деталям. И нечистый на руку купец Толвин хорошо известен, и верфь Ивари на слуху, и вечная контрабанда в Нерате... Но факты эти известны только историкам! Нельзя такое придумать, не владея исторической информацией в хорошем университетском объёме!
- Интересная версия, - вынужденно признала она. - Но откуда вы всё это узнали? Мы до сих пор не уверены, что сама Тамиэла была на борту корабля в тот день...
- К сожалению, была, - коротко выдал Айван, явно ничуть не сомневаясь в своих словах, и замолчал.
Но Эла, всю жизнь словно блуждавшая в потёмках, от его слов буквально окрылилась!
- Значит, мы сможем хоть что-то узнать про её судьбу?!
И встретила два мрачных взгляда, серый и карий, почти чёрный. И никакого в них просвета, ни малейшей надежды.
- Многие не задумываются, поминая всуе какую-то Богиню, - невесело заметил Айван, снисходительно глядя, как угасает энтузиазм молодой золотоглазки. - Воплощение красоты, любви и доброты, о котором никакой достоверной памяти не сохранилось, кроме слухов и нескольких статуй сомнительной достоверности. А ведь это она, наша Тамиэла! Умела лечить, умела снимать боль, умела видеть то, что другие не замечают. Благословляла влюблённых, разоблачала обманщиков...