"Один из..." - "100 миллиардов солнц". Компиляция. Книги 1-6 (СИ)
В таком состоянии даже моргать страшно, чтобы вдруг не уснуть прямо на ходу. Дайте точку опоры, и можно будет приять горизонтальное положение, как и подобает уважающей себя рыбе. Иван выключил воду, тщательно просушил себя и наспех выполосканное белье, переоделся и на остатках выносливости преодолел три метра, отделявшие его от кровати, отметив, что свет уже выключен. Он неуклюже забрался под одеяло, бережно отодвинув от края находящуюся в глубокой отключке Лину, и наконец-то примостил голову на подушку. Сон, почти лишивший его сознания, отступил на несколько коротких мгновений. Обрывки мыслей налетели серым роем, не задерживаясь и не принимая четких форм.
Теоретически, у них есть шанс не проснуться. Или проснуться и понять, что шансов нет. Или понадеяться на что-то, и не успеть. Лина многое рассказала ему о сестре и ее телохранительнице Зое, ставшей близкой подругой, но что они за люди на самом деле? Примут ли они помощь от Лины и ее неизвестно откуда взявшегося «напарника»? Что скажут? Можно ли им доверять? И самый главный вопрос: стоило ли во все это ввязываться?
Все-таки Лина молодец, и нервы у нее стальные. Сделала все, что требовалось в данной ситуации, и моментально уснула. В комнате совершенно темно, но на тепловой картинке видно, как ровно она дышит, лежа на спине. Она часто засыпает именно так, и только после полного расслабления позволяет себе свернуться калачиком или уткнуться носом в подушку. Как ребенок! Но пора спать, хватит думать о том, что уже много раз обдумано. И хватит смотреть на то, что уже много раз видано…
Лина словно бы почувствовала его появление, тихо вздохнула, повернулась на бок и совершенно естественным жестом прижалась к его боку, не просыпаясь ни на секунду. В точности, как делала это раньше, в другое время, в другой жизни. А если так, то и мысли прочь, и сон приходит, наваливается и стирает из головы всякое беспокойство.
Иркутск, ОКБ «Спираль», ноябрь 2060 года
Сергей Кораблев, новоявленный Главный конструктор новоявленного ОКБ «Спираль» решил никак не проявлять того факта, что сейчас он по-настоящему взбешен. Его вытащили из лаборатории, оторвали от всех дел, чтобы познакомить с какой-то залетной шишкой! И это притом, что дела сами, конечно, не делаются, и без его личного внимания всегда есть шанс, что что-то пойдет не так! Впрочем, и с ним тоже…
Впрочем, сейчас Сергей не проявляет внешне никаких эмоций, потому что прекрасно знает, что без политической поддержки в таком деле и прыщ не вскочит. Лишь бы человек попался понимающий! Как объяснить всем этим важным людям, что лезть в технические вопросы не стоит, иначе настоящего конфликта точно не избежать! Назначая его Главным, все должны были понимать, что кланяться всем подряд и говорить комплименты он не умеет. Не тот характер! Бывший беспризорник, дитя войны, самоучка, ставший блестящим инженером со своим выстраданным мнением о том, как нужно делать дела. И даже по возрасту далеко не мальчик, в свои пятьдесят лет. Ни купить, ни запугать, ни перехвалить такого «неудобного» человека нельзя.
Сергей вернулся в свой кабинет, проверил защиту помещения, взял у секретаря чашку чаю и сел в кресло, поглядывая на светящуюся настенную панель, где крупными кислотно-зелеными цифрами горят часы. Может, галстук нацепить? Обойдутся, если уж сами искали встречи…
Вошедший в кабинет человек не попал ни в одну из теорий, придуманных Сергеем. Бодрый старикан лет семидесяти с аккуратной бородкой и в огромных старомодных очках на слегка припухшем носу никак не походит на высокопоставленного функционера или ревизора от промышленного контроля. Чистый, но явно не новый джинсовый костюм довершает картину, и Сергей начал слегка нервничать. Вот ради этого все и затеяно?!
- Здравствуйте, Сергей Петрович, - с порога начал гость, и Кораблеву в этом образе вдруг почудилось что-то знакомое. – Прежде чем я вам представлюсь, вспомните бумаги о неразглашении, которые вы уже подписали.
Как же, помним! Тайна Особой Государственной Важности! Формулировки о сути тайны предельно обобщенные, меры наказания за разглашение предельно драконовские. Конструктор молча кивнул, и этого оказалось достаточно.
- Отлично, спасибо за понимание! - улыбнулся гость и зачем-то полез во внутренний карман. – Теперь еще немного о моих полномочиях, чтобы не было сомнений.
Красная корочка, орел и чип с двузначным серийным номером. Личный порученец Верховного Главнокомандующего Борис Сергеевич Мельников, покойный академик и якобы автор «открытия века», по которому до сих пор льет крокодиловые слезы «научное сообщество».
- Однако, - пробормотал Сергей, решительно протягивая руку. – Удивили вы меня, Борис Сергеевич. Долго жить будете. Но зато теперь я понимаю, почему такая секретность.
- Пока не понимаете, - загадочно ответил академик и тепло пожал руку конструктора. – Если позволите, я навешу на вашу защиту еще и свою. Мне рисковать нельзя.
Он произвел какие-то быстрые манипуляции с небольшим планшетом и снял с плеч небольшой рюкзачок, который Сергей как-то сразу и не заметил.
- Готово, - сказал академик и с облегчением присел в кресло. – Давайте я кратко скажу, чем я занимаюсь. Я действительно возглавляю научную «группу прорыва», и обычно сижу далеко от глаз и сам ни с кем не встречаюсь. Но в вашем случае я во второй раз за короткое время вылез на свет и устроил эту встречу, потому что мне нужно лично узнать того, кто воплощает наши задумки.
- Мы их только используем, - развел руками Сергей, чувствуя легкое раздражение от того, что тайной с ним никто не поделился. – Я до сих пор не знаю, кто поставляет нам двигатели. И как они работают…
- Это не так важно, - прервал его Мельников. – Формулы вам пока никто не скажет. Гораздо важнее знать не их, а принципиальные вещи, доступные новой технике. Вы получили неплохо проработанные электронные чертежи «Спирали» и сумели меньше чем за полтора года довести дело до полетов. Вам же не помешало незнание принципа?
- Помешало, - усмехнулся Кораблев. – Приходилось все время напоминать себе, что не сплю, и мне все это не снится.
- Прекрасно, - кивнул в ответ Мельников. – Пытливый ум не остановится перед неизвестностью. Я сейчас не пытаюсь вам льстить, не хмурьтесь, это от души. Вам придется закладывать в новые машины очень много непривычных концепций, и я хочу, чтобы вы были к этому готовы. И «Спираль» в следующей итерации изменится довольно сильно.
- Да, следующие корпуса мы строим по измененному проекту, - согласился конструктор. – Долой ТРД и их обвес, другое крыло, другая центровка. А начинка…
- Я знаю, - усмехнулся Мельников. – Эти чертежи тоже моя группа готовит. Мы полностью избавляемся не только от ТРД, но и от «вонючки» в системе ориентации, остаются только новые движки. Все схемы давно посчитаны, продуты и утверждены, что сэкономит вам месяцы и годы труда. «Ступу» мы сразу делаем по такому проекту, потому что теперь факт наличия новых технологий уже не скрывается.
Кажется, подозрительный конструктор так и не мог заметить никакой фальши в глазах и голосе академика. А если разговор получается равный и честный, то можно копнуть немного глубже.
- Так зачем вы решили мне открыться? – осторожно спросил Кораблев. – Я, грешным делом, ждал в гости какого-нибудь дуболома с большими полномочиями, и даже настроился на скандал…
- С полномочиями вы угадали! – негромко, но от души расхохотался академик. – А дуболомов, извините, не держим, и водку с ними не пьянствуем. Итак, о нашем деле. Понимаю ваше желание скандалить, особенно прошлой зимой, в феврале, когда у вас без объяснения причин забрали группу специалистов. Правда, их потом вернули, но вам полгода пришлось выкручиваться, так?
- Как вспомню, так вздрогну, - помрачнел Кораблев, неосознанно повышая голос. – Неужели трудно было объяснить, зачем у меня забрали лучших людей? Да еще и запугали их подписками так, что они до сих пор делают страшные глаза и отворачиваются!