"Один из..." - "100 миллиардов солнц". Компиляция. Книги 1-6 (СИ)
«Максимальный скоростной напор».
А еще, подумал адмирал, Америка любит вызовы. Запланировали облет Луны, объявили заранее, и теперь не можем отказаться. Особенно после новостей из-за океана.
Ракета еще хорошо видна, пусть в виде яркой точки, чуть размазанной по горизонтали. Скоро боковые блоки отделятся, но этого мы отсюда не увидим из-за висящей над океаном дымки. Но какой эффектный вышел пуск!
- И все равно, возвращаемся к Луне первыми, - довольно сказал Дорман после минутного молчания. – Правда, сами не знаем, что там делать, и заранее готовимся к астрономическим тратам, но удила уже закусили.
- Примерно так, - усмехнулся Гровс. – Но кто знает, может быть этого пинка нам и не хватало?
«Есть отделение боковых блоков. Центральный блок выведен на полную тягу».
- А потянем с такой форой? – Адмирал и сам не уверен, имеет ли право на такие сомнения.
- Должны, – пожал плечами Гровс. – Нас что, кто-то спрашивает, не надорвемся ли? Должны, и весь сказ. И тем более хорошо, что ты приехал. Узнаешь все, что тебе нужно знать, от меня, а не от Ника. Кое-чего он и сам пока не знает.
ВИП-трибуна опустела, зрители разошлись, хоть полет еще продолжается. Но зато теперь можно поговорить без свидетелей.
- Что-то новое раскопали? – спросил адмирал. – Извини, что лезу, просто до брифинга еще надо долететь…
- Самолет через час, успеем, - успокоил его Гровс. – Я сам тебя ждал, чтобы поговорить.
Дорман давно знал, чем занимается Гровс, пусть и в самых общих чертах. Сначала это был закрытый научный проект, целью которого было понять загадочные явления, названные «чистыми» взрывами. Теперь, когда стало ясно, что новая технология реально существует, этот прорывной коллектив пущен по новому следу. Команда Гровса превратилась в поводыря, направляющего усилия Америки в новой технологической гонке. Но не проиграли ли они заранее?
- У вас есть хоть что-нибудь? – спросил Дорман. – Хотя бы самое общее представление о том, как они это сделали?
Вот интересно, будет ли ответ? Хотя, вряд ли от него будут скрывать такую информацию. Если что-то нашли, но обязательно скажут. А если нет… Тем более, да и попросят удвоить усилия, как будто и так землю не роем. Но генерал не стал спешить с ответом, словно требуя от собеседника более веского обоснования.
- Понимаю, - не дождавшись, кивнул Дорман. – Жаль, конечно. Очень хочется иметь хоть малейшую надежду на то, что все это не безнадежно.
Острый и прямой взгляд генерала застал его врасплох.
- Ты знаешь, в чем был главный секрет атомной бомбы? – резко спросил он. – Я про «Манхэттэн» и все, что было потом. Не гадай, я так скажу. Главным секретом стало то, что ее вообще можно создать. После первых взрывов о существовании Бомбы узнал весь мир, и повторение этого достижения стало лишь вопросом времени. У нас тогда случилось определенное головокружение от успехов, мы сами поверили в «полвека ядерной монополии». А Советы догнали нас за четыре года.
- И сейчас мы знаем, что ЭТО возможно, - Дорман почувствовал предательское воодушевление. – Но разве мы знаем, где искать? Я примерно представляю, что общие знания, нужные для создания Бомбы, были разработаны еще до войны. Основную проблему представляла прикладная, инженерная реализация, то есть, производство делящегося вещества и конструкция самой Бомбы. А сейчас в каком направлении искать?
- В единственно возможном, - уверенно выдал генерал. – Область высоких энергий, недоступных всем прежним ускорителям частиц. Если мы найдем что-то новое, то только там. Никакой конкретики, но поверь, надежда есть. У некоторых она даже переходит в уверенность.
- Стэнфорд? – коротко спросил Дорман, и внутренне возликовал, увидев ответный кивок генерала.
Он не раз думал об этом, пытаясь представить, где может быть выход. Стэнфорд! Именно там когда-то работал первый и пока единственный в истории линейный ускоритель частиц. Был еще международный проект, оставшийся на бумаге из-за войны, и теперь о нем мало кто помнит… А идея интересная, хоть и не новая! Если сталкивать не протоны, как в кольцевых ускорителях, а протон и электрон, то можно получить, в теории, более «чистое» столкновение, которое проще анализировать. Если умники придумали еще что-нибудь новенькое и смогут серьезно нарастить энергию…
- Спасибо, - усмехнулся он. – Думаю, для собственного воодушевления этого достаточно. А вам понадобится большая удача, чтобы не искать вслепую.
- Мы ищем не совсем вслепую, - медленно сказал генерал. – Все, что русские рассказывают об этих источниках энергии и двигателях, есть абсолютная и святая правда. Материал и конструкция сопел, рабочее тело, скорости истечения - это все вторично. Главное это очень компактный и простой источник энергии, который и нагревает газовую струю. Это точно не реакция деления или синтеза, таких следов не скроешь. Они придумали что-то новенькое и очень простое. Поэтому мы до сих пор не знаем, кто эти движки делает. Мы знаем даже изготовителя камеры и сопел, но кто делает остальную начинку…
- Значит, это небольшая лаборатория, - кивнул Дорман. – К которой мы вряд ли подберемся.
- Научную зацепку мы обсудили, - продолжил излагать генерал. – Скорее всего, покойный Мельников имел к этому отношение. Мы пытаемся найти следы каких-нибудь необычных публикаций, но тщетно. Ускорителей они не строили, а без них…
- Значит, получили в подарок, - кивнул адмирал. – Или украли. Второе более вероятно.
- Неважно, - отмахнулся генерал. – Просто они тоже знали, что принцип действует, и нашли способ, грубо говоря, разработать теорию и воплотить все в «железе». Мы надеемся, что и у нас это получится.
«Отсечка главного двигателя. Есть отделение центрального блока. Есть запуск двигателя второй ступени!»
- А это все еще имеет смысл? – Дорман кивнул в направлении улетевшей ракеты. – Облет Луны «на чем получится», тяжелая ракета… Если будет новая технология…
- Если будет, - кивнул генерал. – Ты сам все правильно сказал. А если не будет, будем гоняться за ними на том, что имеем. Правда, пока не очень понятно, что они задумали, но очень похоже на освоение нашей системы с постепенным смещением фокуса от Луны к Марсу.
- А мы уже решили доказывать любой ценой, что Марс наш?
Генерал не поддался на эту небольшую провокацию и даже изобразил добродушную улыбку.
- Пока не решили, - спокойно ответил он. – Остался еще один важный вопрос. Точнее, их целая куча, но сформулирую как один. Какие еще возможности потенциально дает это открытие, помимо энергетики и собственно полетов?
- Десяток назову сразу, - уверенно заявил Дорман. – Сверхсветовые перемещения и связь, например. Шпионаж и наблюдение. Управление погодой…
- Ты хочешь сказать, климатическое оружие, - поправил генерал.
- Без разницы, как это назвать, - огорченно отмахнулся Дорман. – А применение в качестве оружия непременно будет, даже не сомневайся. Одни «чистые бомбы» чего стоят…
«Отсечка двигателя. Готовность к отделению корабля».
- Не будь таким пессимистом, - упрекнул генерал. – Мы пока не уверены, что «подарки» позволяют русским делать подобные фокусы. Время покажет.
«Есть отделение корабля от второй ступени»!
- Ну вот, теперь ребятам нужно отработать как надо, - чуть веселее сказал адмирал.
- Совсем не переживаешь за них? – без какого-либо ехидства спросил Гровс.
- Переживаю, - пояснил Дорман. – Но почти уверен, что у них все получится. Если не считать стыковки с буксиром, то это, по сути, повторение пройденного. Мы знаем, что облет Луны возможен, правда? И мы даже знаем, что на нее можно высадиться. Так что я за ребят почти спокоен.
- Тогда что тебя беспокоит?
В самом деле, что? Корабль на орбите, самая рискованная часть, старт с Земли, позади. Что еще может отравить добрые ожидания?
- Звезды, - коротко ответил Дорман.
Гровс или все понял с полуслова, или просто дал адмиралу время собраться с мыслями. Как уложить в несколько слов все, о чем он так долго думал?