"Один из..." - "100 миллиардов солнц". Компиляция. Книги 1-6 (СИ)
Карантин! Для этого неприятного дела Совет оборудовал километровую станцию с изолированными доками для кораблей в виде огромного двустороннего «гребня». Каждый зубчик этого «гребня» – приемный док, способный принять почти любой корабль. Движение оказалось довольно интенсивным, половина доков оказалась занята, но Иван легко загнал корабль в свободную «ячейку», указанную автоматической системой. В принципе, на этой станции все автоматическое, никаких людей здесь нет, и это правильное решение.
Корабль фиксируется в доке, за ним закрывается завеса силового поля, и начинаются «процедуры»… Гальюны задраены, собранные отходы отправлены в сжигатель, корабль воняет антисептиком, запасы провизии опечатаны. Замена микрофлоры в организме это болезненный и крайне неприятный процесс, но выхода, по сути, нет. Мало ли, какой «подарок» можно в себе привезти… Двое суток поста не красят человека, но все когда-нибудь заканчивается, и удаленный биоконтроль дает «добро».
Все это время Иван, испытывая себя, продолжал тренироваться, хоть иногда ему очень хотелось отвлечься и переключить перегруженные пилотированием мозги на что-нибудь другое. Это не обязательно должна быть какая-то вселенская проблема, вовсе нет! Пусть это будет даже развлечение, но какие развлечения на карантинной станции? Сейчас не стоит забивать себе голову и сосредоточиться на Рьяле, где придется провести много времени, прежде чем отправиться куда-то еще. Карантин закончился, и настало время спуска на планету.
В открытом космосе, совершая заранее просчитанные маневры, вполне можно управлять кораблем «мысленно», неторопливо исполняя цепочку команд и контролируя результат. Но спуск, полет по воздушному коридору и посадка требуют оперативной реакции и минимальных задержек при отдаче команд. Поэтому альтернативы механическим органам управления в виде обычных джойстиков просто нет!
А спуск с орбиты сам по себе нетривиален. Хоть корабль на это вполне рассчитан, все же не хочется «честно» тормозить брюхом об атмосферу, подвергая теплозащиту и корпус лишним нагрузкам. С другой стороны, нырять в атмосферу слишком отвесно тоже нельзя, поэтому приходится постоянно подрабатывать двигателями, не давая машине разгоняться. Пока не перевалили через трансзвук и не перешли в горизонтальный полет, Иван даже почти не смотрел по сторонам. Сейчас, выровняв машину примерно на девяти километрах, он снова увидел своих «сторожей», следующих за ним классическим строем «пеленг». Должно быть, со стороны этот полет выглядит красиво, нужно потом отыскать это видео в местных новостях. Первый контакт, о котором никто и не догадывается!
Первый у нас не только контакт, если подумать! Сколько уникальных достижений уже произошло или должно произойти в этом полете? Первый дальний Прыжок земного корабля, в пояс Койпера, к Плутону. Первая посадка на карликовую планету, и сразу с экипажем. Первый выход на поверхность, первый взлет оттуда же. Первый сверхдальний Прыжок по звездной сетке навигации, и почти точный. Первое прибытие земного аппарата в другую систему, первый выход на орбиту планеты там же. Первая стыковка на орбите экзопланеты, первый спуск в атмосфере, первая посадка. Можно легко сбиться со счета, но эта статистика потом будет проанализирована более дотошными людьми и останется в истории. Но пока никто и ничего не знает!
Машину прилично тряхнуло из-за пересечения высотного турбулентного потока, и пилоту пришлось энергично парировать, чтобы не выскочить из «коридора». Внизу почти сплошные облака, четких ориентиров нет, но местная навигация работает, и Иван совершил аккуратный правый разворот, небольшим увеличением угла атаки не давая машине потерять высоту. Теперь его курс, включающий небольшие боковые маневры, лежит примерно на юг с довольно энергичным снижением. Нырнули в облака, и по стеклам ударили капли конденсата, разлетаясь прозрачными нитями.
Такой корабль это не одномоторная «жужжалка», на которой Иван когда-то учился летать, но грешно не справиться с управлением, имея такую автоматизацию. Пробив облачность, корабль снова повернул влево, облетая новую застройку и города-спутники, оседлавшие течение реки, протекающей к северу. Вот он, многострадальный Даррен, или просто Старый Город! А почему он многострадальный? Это хорошо видно по ленте реки, там сейчас торчит цепочка пологих холмов, словно оттесняющих реку дальше от города. Изучив хронику, Иван теперь знает, что это, на самом деле, вал кратера, образовавшегося после удара «запрещенным оружием». У клана Дорсо давняя репутация отморозков…
После того бессмысленного удара северная часть города, по сути, исчезла, но центр и юг пострадали намного меньше. Из-за дымки сложно рассмотреть подробности, но ясно, что города-спутники невелики и на удивление малоэтажны. Разумеется, из этого правила есть исключения, и Иван вскоре в этом убедился.
«Сторожа» немного отстали, давая ему больше пространства для маневра. Еще один, последний правый разворот, и теперь остается только посадить машину. Хочется посмотреть по сторонам, но взгляд устремлен только вперед. На полутора километрах от среза полосы выскочила виртуальная подсказка, и Иван поспешно дернул рукоятку выпуска шасси. И ведь какой молодец, что подстраховался, а то сейчас бы брюхом на бетон, опозорился бы! Судя по тряске и увеличенному сопротивлению, стойки вышли, но зафиксировались ли? Судя по индикации, все в норме, и можно готовиться к касанию.
Полоса уже видна вполне отчетливо, и пусть это не совсем честно, но при наличии мощных корректирующих движков можно не уповать только на аэродинамику. От прежней бетонки сохранилось не более километра, здесь большая скорость ни к чему, она только во вред, да покрышки при контакте изнашиваются. Подняв клубы пыли, Иван произвел мягчайшее касание всеми четырьмя опорами на смешной скорости в сто двадцать километров в час, и плавно покатился вперед, к стоянке, где сверкают крыльями и хвостами экспонаты музея. Почти как в Жуковском, если не присматриваться…
Слегка расслабившись, Иван не выдержал искушения и включил громкую связь.
- Уважаемые пассажиры, наш лайнер совершил посадку на аэродроме кластера Льеис, квартала Эл, управы Даррен. Температура за бортом плюс двадцать два градуса Цельсия, атмосферное давление восемьсот восемьдесят миллиметров ртутного столба. До кучи, ускорение свободного падения девять целых три десятых метра на секунду в квадрате. Командир корабля не прощается с вами, даже не надейтесь. Никто не будет подавать вам трап, поэтому можете не оставаться на своих местах до полной остановки.
Хочется представить реакцию пассажирок, но бдительность терять нельзя. Над полосой почти беззвучно пронеслись «сторожа» и быстро исчезли вдали. Все, теперь этот корабль и его экипаж целиком на совести клана Эл. На поле перед кораблем выскочила небольшая машина, включив все габариты и фары на максимум, и Иван понял, что это «поводырь». Пристально рассмотрев приземистую и широкую машину, он понял, что она не имеет колес, а левитирует над самой поверхностью. Что же, очень удобно и практично, и теперь нужно не отставать. Иван взялся за небольшой штурвал, управляющий поворотом передних стоек, и вслед за «поводырем» свернул на старую рулежку, очень аккуратно поддерживая минимальную тягу, чтобы случайно ничего не «сдуть» реактивными струями.
Теперь можно и осмотреться. Высокие мачты освещения сейчас выключены, все-таки день на дворе. Стоянка забита слегка непривычными летательными аппаратами на любой вкус и размер. Часть из них напоминает земные аналоги, а часть вообще ни на что не похожа. Как, например, огромный транспортник размером с советский «Антей», но при этом биплан! Жаль, на пилонах между крыльями не сохранились двигатели. А рядом стоит столь же огромный конвертоплан, судя по плоскому фюзеляжу и высоким стойкам шасси предназначенный для перевозки груза на внешней подвеске. Дальше идет всякая мелочь, небольшие одномоторные самолеты, похожие на первые послевоенные реактивные машины Земли. И огромное количество вертолетов всех возможных схем! Ничего удивительного, что при пониженной гравитации и повышенном атмосферном давлении вертолеты здесь были популярны.