"Один из..." - "100 миллиардов солнц". Компиляция. Книги 1-6 (СИ)

- То ли еще будет, - кивнул офицер. - Американцы уже хотят купить. У них вообще наша техника сейчас популярна.
Про себя Орлов подумал, что ему крупно везет с административным ресурсом. Оценить эту машину с точки зрения пилота могут пока совсем немногие, и в основном это испытатели фирмы Миля. Тот факт, что едва закончившую испытания «стрекозу» доверили первому лицу для личного пользования, говорит лишь о ее высочайшей надежности.
Сам Орлов лишь недавно начал восстанавливать навыки управления вертолетом, беззастенчиво пользуясь служебным положением. Это позволяет ему быть намного мобильнее и экономить массу времени, которого у президента по определению не может быть в избытке. Но есть и сложности, куда без них! То, что Орлов не летал самостоятельно почти 15 лет, и то, что эта машина довольно сильно отличается от классических моделей, на которых он когда-то учился, вынуждает осваивать эту премудрость почти с нуля. К счастью, насквозь компьютеризированная «стрекоза» в управлении не только не сложнее, но даже сильно проще прежних машин.
А вот странное послание в виде ярких красных букв никак не укладывается в картинку надежности и безопасности. Вряд ли это какое-то покушение, иначе их обоих сейчас собирали бы в небольшие черные пакетики по всей Ленинградке.
- Вы ничего необычного на стекле шлема не видели? - спросил Верховный, чуть отстраненно глядя на колокольню. - Только что, во время полета?
- Нет, ничего, - твердо ответил офицер. - А разве были неполадки?
- Нет, не было, - прищурившись, Орлов почему-то не смог оторвать глаз от золота куполов. Странно, что у него не возникло ощущения реальной опасности, а этот инстинкт у бывшего разведчика весьма силен.
- Анатолий Иванович, у меня к вам поручение, - наконец, принял решение президент. - Пока я буду на приеме, нужно, не задавая никаких вопросов, разобрать нашу «стрекозу» до винтика и сегодня до двадцати часов доложить, было ли постороннее вмешательство в «железку» или компьютерную систему. Любое, включая сущие мелочи. Все понятно?
- Сделаем, - просто ответил офицер, и прозвучало это совершенно серьезно. Приказ есть приказ.
Рядом, взбивая тонкую пыль, уже садится вертолет сопровождения. Пусть это и потомок знаменитых камовских машин, но гонять наперегонки с «насекомыми» им не дано, скорость-то почти на 150 километров меньше!
На краю лужайки уже выстроился почетный караул. Выслушав обычный доклад начальника смены, Орлов просто сказал «вольно» и двинулся к дверям корпуса. Он не так часто появляется в Кремле, такой необходимости нет, а резиденций, гораздо лучше приспособленных для работы, у президента немало. Но сегодня его очень просили встретиться с новым послом из Штатов, и отказать нельзя, потому что дружественная страна, как ни странно это звучит. Вот что значит, ребята занялись своими проблемами и перестали лезть в наши дела. Сразу же стали с бывшим гегемоном чуть ли не лучшими друзьями! Тут главное, спиной не поворачиваться, и не спать на посту.
Этот «публичный» день прошел для президента почти незаметно. Прием оказался как всегда пышным, позолота кремлевских залов блестела, начищенный паркет сиял, массивные канделябры сверкали, колокола Ивана Великого звонили в срок. Шампанского и икры, опять же, перевели немало.
Новый посол, отставной четырехзвездный генерал Николас Фаррел, всех расположил к себе с первого взгляда. Кадровых дипломатов «старой» закваски в Штатах почти не остается, и к высокой политике их теперь практически не подпускают, помня, к чему привела их «работа» пару десятилетий назад. Как почти во всех областях, бал правят военные, пытаясь вырастить дипломатический корпус новой формации, на котором теперь должно быть поменьше жирных нефтяных пятен с кровавым отливом.
С этой точки зрения Фаррел - идеальный посол. Опытный руководитель, в меру хитрый и осторожный. В свое время, он воевал только на американском континенте, и в нынешней Европе не вызывает никаких эмоций. А еще, он прекрасный и весьма харизматичный оратор, не читает по бумажке, с блеском отвечает на вопросы, в том числе и каверзные. Короче, он приятно удивил пишущую братию. Без позерства, как офицер офицеру, пожал Орлову руку, выразил надежду на сотрудничество. Все как обычно, но всегда намного приятнее иметь дело с человеком, в котором сидит военная косточка, нежели с какой-нибудь скользкой хитрожопой бездарью из «престижного» университета.
 
Когда прием закончился, Орлов покинул фуршет и заперся в кабинете, запретив любые контакты, кроме личного доклада офицера связи. Выглянув перед этим в окно, он лично убедился, что «стрекозы» на месте нет. Молодцы, работают. Вечером, ровно без десяти восемь, раздался сигнал, и в кабинет вошел все тот же капитан с планшетом и тонкой папкой в руке.
- Докладывайте, - приказал Орлов, мысленно радуясь пунктуальности, с которой исполнено задание.
- Сразу перегнали аппарат в Томилино, - начал офицер, протягивая президенту папку и продолжая доклад по памяти. - Не в Кремле же этим заниматься. Всех поставили на уши, «стрекозу» разобрали, как вы велели, по винтику, нашли всякие мелочи. Маленькая течь в переднем редукторе, ни на что не влияет. Пара деформированных панелей. Один пиропатрон на отстрел лопасти неисправен, но там их три на каждую. В задней кабине немного барахлит правый экран, а ручка корректора мощности идет чуть туже, чем надо. Радар и система связи были выключены, но это нормально, мы в пассивном режиме шли. Никаких сеансов связи не было, обмена данными тоже. В бортовой электронике тоже все чисто, никаких аномалий. Автопилот нас провел и посадил идеально.
- По медицинским параметрам есть данные с нашего полета? - спросил Орлов, бегло просматривая бумаги.
- Есть, - не моргнув глазом, ответил офицер. - Подключили НИИ военной медицины, анализировали всю телеметрию со шлемов и костюмов. Оба здоровы и в здравом уме. Никаких аномалий не зафиксировано.
- Хорошо, что сообразили. Аппарат сейчас где? Если все исправно, будем дальше летать.
- Где взяли, туда и вернем, - почти неуловимо улыбнулся офицер. - Разобрали быстро, а обратно собирать будут особо тщательно. Завтра в это же время будет стоять у четырнадцатого, на лужайке. 
- Спасибо, Анатолий Иванович, - поблагодарил Орлов, захлопывая папку. - Ваша вахта через час заканчивается?
- Так точно.
- Тогда на этом все. - Орлов быстро черкнул что-то на крохотной бумажке, вложил ее обратно в папку и встал из-за стола. - Я сегодня остаюсь здесь. Спасибо за службу. Отдыхайте.
С этими словами он вручил папку офицеру. Тот молча козырнул и вышел, а президент вернулся в покинутое кресло, вновь обдумывая принятое решение. Орлов не из тех людей, которые могут себе позволить слишком долгие сомнения. Для человека, занимающего такую должность, сомнение и самокопание смерти подобно, причем смерти не своей, а тех многих тысяч людей, чья жизнь зависит от вовремя принятых решений.
Ведь несмотря на относительное спокойствие в городах, страна продолжает воевать, хоть и не с таким напряжением, как всего десяток-другой лет назад.
Зажженный больше полувека американцами и позже брошенный на произвол судьбы гигантский костер Афганистана и Пакистана все еще приходится сдерживать, не давая расползаться на север. Воюем по-взрослому, потому что на таджикских пограничников надежды мало, и это каждый год уносит десятки жизней наших солдат.
На Балканах не прекращается спорадическая резня, в основном с участием албанских боевиков, осатаневших от безнаказанности за десятилетия поддержки со стороны «цивилизованного мира». Успешнее всего с албанскими бандами традиционно борются сербы и, как ни странно, венгры. Поэтому Москва им помогает оружием, советниками, а иногда и поддержкой с воздуха, чтобы не допустить этот бич всей Европы на север, в Белоруссию и Украину.
Западная Европа, едва пришедшая в себя от 25-летней войны местных с «понаехавшими», все еще постреливает. Уже второе поколение обнищавшей в кризис молодежи охотно сбивается в банды, пытаясь исправить такую несправедливость за счет более успешных соплеменников. Однако, наиболее устойчивые государства вроде Германии и Франции, избавившись от груза «общечеловеческих ценностей», восстанавливаются вполне неплохо, особенно на фоне прочих соседей.