Больше чем страсть
Пенелопа усмехнулась, склонив голову набок:
– От мистера Вейна не было известий?
Абигайль слегка покачала головой, по-прежнему любуясь розами, и промолвила:
– Я и не ждала. Он не спрашивал, можно ли писать мне. В любом случае он уехал ненадолго.
– Ну да, – сказала Пенелопа спустя мгновение. – Две недели еще не истекли.
Абигайль точно знала, сколько прошло времени: неделя и пять дней. И пусть она не ждала известий от Себастьяна, но была бы раза получить хоть короткую весточку. Очень рада! Ей не хватало его истинно английского юмора, сдержанных улыбок и того, как он смотрел на нее. Конечно, ничего этого не могло быть в письме, но Абигайль стало бы теплее на сердце, если бы она знала, что мистер Вейн думает о ней. Лорд Атертон был приятным средством от скуки, но стоило ему уйти, как мысли Абигайль возвращались к Себастьяну.
К сожалению, не имея никаких заверений или обещаний с его стороны, Абигайль не представляла, что сказать в ответ на неизбежную реакцию ее близких на поведение лорда Атертона. Пенелопа была не единственной, кто был убежден, что виконт ухаживает за ней.
– Узнаю мою девочку, – ласково сказал отец прошлым вечером, когда они встретились в гостиной перед обедом. – Подцепить будущего графа, это надо уметь!
Абигайль нахмурилась:
– Папа, прошу тебя!
– А что, нет? – Мистер Уэстон приподнял брови, что не сделало его широкую ухмылку менее сияющей. – В таком случае он, наверное, решил сбежать с твоей матерью. У меня сложилось впечатление, что он проводит в нашем доме больше времени, чем я.
Абигайль одарила его раздраженным взглядом:
– Это всего лишь цветы! Неужели мужчина не может преподнести девушке скромный букет, не будучи приговорен жениться на ней?
– Приговорен! – Отец рассмеялся. – Не сердись, Эбби. У меня и в мыслях нет поддразнивать тебя! Наоборот, моя дорогая, я не могу быть более доволен. Виконт, сын и наследник графа! И весьма привлекательный джентльмен к тому же.
– Но он ничего мне не говорил, – возразила Абигайль. – Или, может, его сиятельство попросил у тебя разрешения ухаживать за мной, а ты просто забыл упомянуть об этом?
– Пока еще нет, – невозмутимо отозвался отец. – Но я не удивлюсь, если попросит. Разве ты не рада, Эбби? – поинтересовался он, заметив наконец ее расстроенное выражение лица.
Эго был непростой вопрос. Абигайль покривила бы душой, если бы сказала, что ее раздражает присутствие лорда Атертона. Он был красив, обаятелен, и Абигайль искренне радовалась его визитам. Виконт рассказывал забавные истории и, похоже, интересовался ее мнением. И нельзя сказать, что ей было неприятно получить цветы. Если бы только…
Если бы только это был Себастьян, демонстрирующий подобное отношение.
– Мы совсем недавно познакомились, – сказала наконец Абигайль, не в состоянии дать прямой ответ. – Тебе не кажется, что пока еще рановато делать выводы о его намерениях?
– Пожалуй, – согласился отец. – Но, поверь моему слову, Эбби, джентльмены ранга Атертона не расточают свое внимание просто так. Он явно увлечен тобой, и я не удивлюсь, если это ведет к большему. – Мистер Уэстон помолчал, глядя на взволнованное лицо дочери. – Дело в мистере Вейне, да?
Абигайль открыла рот и закрыла его снова, осознав вдруг, что она не знает, что сказать.
– Ладно, – заключил мистер Уэстон. – Все как-нибудь образуется. Если чувства виконта Атертона затронуты, он не исчезнет потихоньку со сцены. Кроме того, ничто так не распаляет мужчину, как наличие соперника. Время покажет, да? – Он ущипнул Абигайль за щеку, притворно вздохнув. – Не могу поверить, что я обсуждаю это с тобой! Кажется, еще вчера я качал тебя на колене. А теперь моя дочь – прелестная молодая женщина, способная вскружить голову любому бедолаге, как твоя мать когда-то вскружила мне.
– Все было совсем не так, – возразила она. – По ее версии, это ты преследовал ее с признаниями в вечной любви, пока она не согласилась выйти за тебя замуж только для того, чтобы обрести хоть немного покоя.
– Точно. И не жалею об этом. – Мистер Уэстон подмигнул ей. – Я знаю, что говорю, когда советую держать ухажеров на расстоянии. Пусть побегают за тобой!
Абигайль фыркнула:
– Похоже, все только тем и заняты, что приписывают мне поклонников. Неужели тебе так не терпится выдать меня замуж? Надеюсь, Джейми тоже от тебя достается!
– Если твой брат когда-нибудь обратит внимание на женщину, ему достанется, – пообещал отец. – Пенелопа позаботится об этом. Кстати… – Он повернулся к младшей дочери: – Пенелопа! Иди сюда, проказница. Мне нужно поговорить с тобой. Как, скажи на милость, эта собака оказалась в моем кабинете?
– Шел дождь, папа, и я не могла выпустить Майло наружу, – отвечала Пенелопа с невинным видом. – Ему нужна новая территория для исследований.
– И новая ножка стола, чтобы грызть! – Он погрозил ей пальцем. – Надо бы заставить вас, мисс, вывести пятна с ковра…
Они направились в столовую, продолжая добродушную перепалку. Абигайль двинулась следом. Что же делать? Ей хотелось снова увидеть Себастьяна и узнать, на что он намекал, когда упомянул о разговоре с ее отцом. Ей хотелось бродить с ним по лесу, и она бы не возражала, если бы он снова поцеловал так, как в прошлый раз, словно он располагает всем временем мира и собирается потратить его, занимаясь с ней любовью.
С другой стороны, она искренне наслаждалась обществом лорда Атертона. Ей льстило его внимание, каковы бы ни были его намерения, а ее родители были очень довольны. Даже слишком, подумала Абигайль с оттенком тревоги. Сегодня вечером отец пребывал в чрезвычайно приподнятом настроении, и частые улыбки, которыми он ее одаривал, не оставляли сомнений, что тому причиной. Он никогда не скрывал своего желания, чтобы обе его дочери удачно вышли замуж. Лорд Атертон идеально вписывался в его планы: богатый, знатный, красивый и обаятельный. Хотя отец не запретил Абигайль общаться с Себастьяном, он пришел бы в восторг, если бы она предпочла лорда Атертона.
На мгновение Абигайль прикрыла глаза, пораженная новой мыслью. Вот будет забавно, если окажется, что лорд Атертон всего лишь любитель флирта и посылает букеты не только ей, но и другим дамам! Возможно, он у них больше никогда не появится. Наверняка в Лондоне полно повес, которые сбивают женщин с толку своими ухаживаниями, а потом резко переключаются на другую особу, без всяких извинений и объяснений. Возможно, через неделю виконт потеряет к ней интерес, и она напрасно терзается по этому поводу.
В любом случае это не так уж важно. Абигайль знала, что отец прислушается к ее мнению. Если она скажет ему, что ее сердце принадлежит другому мужчине – скажем, Себастьяну – и тот хочет жениться на ней, отец даст свое согласие. Кого бы она ни предпочла в качестве его зятя, он примет ее выбор.
Абигайль чуть не рассмеялась вслух, осознав, как глупо себя вела. Пока еще никто не сделал ей предложения – и даже не попросил разрешения ухаживать за ней, – а она уже вся извелась, не зная, кого выбрать. Как же, соперники! Ни один из них даже не заикнулся о своих притязаниях на ее руку! Покачав головой, Абигайль подняла свой бокал, присоединившись к шутливому тосту Пенелопы в честь Джеймса, который только что вернулся из короткого путешествия в Лондон, опоздав к обеду.
Но визиты лорда Атертона не прекратились, как и знаки его внимания. И по-прежнему не было никаких известий от Себастьяна.
Глава 16
– Наконец-то свободный день!
Абигайль невольно рассмеялась, услышав эмоциональное заявление Пенелопы. Они приехали в Ричмонд вместе с Джейми, но без какой-либо цели. Сегодня утром в Харт-Хаусе не было посетителей, и к середине дня даже Абигайль почувствовала себя достаточно неприкаянно, чтобы захотеть выбраться из дома. Просто поразительно, как легко она привыкла к непрерывному присутствию гостей.
– Свободный от чего? От визитеров или развлечений?
– Просто свободный, – беззаботно отозвалась сестра. – Разве не приятно обрести наконец покой?