Развод. Мы больше не твои (СИ)
– А дети, – только и могу, что глупо сказать.
– Да, действительно, не подумала, – озадачивается на секунду тетя. – Но они могут спать! – придумывает она на ходу. – Ладно, ты меня пускать будешь, или там все–таки Егор?
– Ах да, конечно, – делаю шаг назад, пропуская тетю, – извини, я рассеянная с утра.
Зато тетя, кажется, полна энергии, потому что она заскакивает в квартиру с непривычной для нее прытью, разувается и молнией забегает на кухню. Я на это лишь пожимаю плечами и молча закрываю дверь. По крайней мере, у тети сегодня хорошее самочувствие и настроение, это не может не радовать.
– Никиточка, Сонечка, еще не ели, – тетя всплескивает руками. – Сейчас бабушка вас покормит. А мама пусть сама поест, а то лица на вашей маме нет. Ты чего такая? Плохо себя чувствуешь? В магазин вчера дошла?
– Н–нет, – подавляю зевок, – не дошла.
Как только я увидела с утра тетю, приняла решение не беспокоить пожилого человека нашим с Егором и детьми опасным приключением.
– Вот и хорошо! – говорит она неожиданно. – Я как новости сейчас посмотрела, так мне чуть дурно не стало. Наши, местные посмотрела, естественно. От других регулярно может дурно стать, а у нас в городе обычно спокойно, но вчера настоящий ужас случился!
– Да? И что же? – спрашиваю, вяло ковыряясь в омлете, прекрасно догадываясь, что за новости так взбудоражили тетю.
– Ограбление, представляешь! В маленьком магазинчике на углу недалеко от нас, тебе там еще кондитерка нравится, – поясняет тетя.
– И что говорят по новостям? – пытаюсь беспристрастно жевать, ничем не выдавая себя.
– Что человека ранили! Он в одиночку скрутил одного из мерзавцев, но самому не удалось уйти от пули, – восхищенно рассказывает тетя.
Как ее зацепило, однако. Правда, все же не совсем один, моя банка с горошком тоже помогла. Но да ладно, я не против, пусть все лавры достанутся Егору, он заслужил.
– Какой герой, – качаю головой, – я и не представляла, что такие еще бывают, – вяло восхищаюсь.
Нет, я действительно считаю одноклассника героем, но натурально изображать удивление, когда сама участвовала во вчерашней заварушке, довольно утомительно.
– Именно! – с готовностью кивает тетя. – Я думаю, надо навестить человека в больнице, фруктов ему принести, – на этом моменте я давлюсь куском омлета. – Не торопись, – тетя стучит по моей спине и продолжает свое рассуждение. – По телевизору сказали, что парень неместный, проездом в нашем городе. Значит, ему некому даже фруктов принести!
Представляю, как тетя приходит в больницу и видит там Егора, а потом складывает два плюс два.
– К незнакомому человеку не пускают посторонних, нужно быть родственником! – поспешно возражаю.
– Ой, – тетя лишь отмахивается от меня, – пока я там лежала с ногой, со столькими медсестрами познакомилась, меня точно пустят. Не вспомнят меня, мою шарлотку вспомнят. Мы с тобой, как вернулись, я напекла, отвозила в большой коробке, может, помнишь?
Что–то смутное с ароматно–пахнущей коробкой всплывает в моей голове. Это что, получается, нас все равно сдадут тете? Вот тебе и минусы небольшого городка.
– Дашь мне свою шарлотку, я сама отнесу, – предлагаю вслух.
«Все равно идти собиралась», – добавляю про себя.
62
62
С двумя пакетами для персонала и для Егора трясусь на автобусе до больницы. Утомляет меня этот общественный транспорт, вернусь домой и куплю билеты в родной город. Нужно забрать машину, пока и она не сгорела. И на дом нужно посмотреть. Может быть, удастся очистить участок, да и продать его. Земли там много, будет хоть что–то.
Но не прямо сейчас, люди боятся пожаров. Одни слишком суеверные, а другие решат, что можно купить за бесценок, продавить продавца, оказавшегося в затруднительном положении.
Чертов Глеб, чтоб он сейчас споткнулся и стукнулся лбом о пол. Лишил собственных детей имущества! Видимо, чем с более перспективным парнем заключаешь брак, тем меньше он оставляет при разводе.
– Ааа, – зло ударяю в стекло кулаком.
– Женщина, не буяньте! – тут же возмущается моя соседка по месту, бабуля в летах.
– Не в вас же прилетело, – замечаю резонно и поднимаюсь на ноги.
К счастью, моя остановка следующая.
– Такая молодая и такая наглая! – доносится сзади.
«То я женщина, то молодая и наглая. Повысили меньше, чем за минуту», – проносится в голове раздраженно.
Спрыгиваю со ступеньки и едва не падаю. Сегодня точно не мой день. В очередной раз одолевает злость на неопределенность и неустроенность. И это мне грех жаловаться! С квартирой и тетей под боком!
Еще есть Егор…
И алименты, которые нужно получить.
– Здравствуйте, мне бы навестить Егора Леонидовича Горского, – прошу у девушки за регистрационной стойкой. – Он к вам поступил с пулевым ранением, – уточняю.
– Да, есть такой, – отвечает девушка, не отрываясь от работы. – А вы ему кто?
Лихорадочно думаю несколько секунд, а потом ляпаю:
– Жена.
В конце концов, вчера нас приняли за супругов.
– Вы уверены? – девушка отрывается от монитора и поднимает на меня глаза, полные презрения.
– Уверена! – твердо говорю. – А еще у меня для вас подарок от тети, она у вас лежала как–то, и вам всем понравилась ее шарлотка, – поднимаю один из пакетов, чувствуя, что запахло жаренным.
– Что ж вы сразу не сказали, – лицо девушки смягчается, она берет подарок и с наслаждением вдыхает. – Аромат божественный! За это спасибо, тете привет, но вы в следующий раз не обманывайте про семейное положение, мы бы вас с таким подарком и так пустили навестить пациента. Люди все свои, понимаем, что хочется поблагодарить героя. Да и законная жена как раз сейчас находится у Горского, так что конфуз получился бы. Он в триста первой палате, это на третьем этаже. Вы аккуратненько загляните, может, она уже ушла. Не будем создавать лишних проблем нашему герою, да? – весело подмигивает мне сотрудница больницы.
– Ага, конечно, – заторможенно киваю, не понимая, что я только что услышала. – Подождите, – мой мозг снова начинает работать, – так, может, та девушка тоже просто так представилась! – цепляюсь за единственно разумное решение.
– Ой, нет, – отрицательно качает головой девица за стойкой, – она мне свой паспорт со штампом показала. Марь Иванна, Света, ставьте чайник! И дежурных медсестричек зовите! У нас тут три пирога! – кричит она своим.
«Штамп, – эхом отзывается в моей голове, – она показала паспорт со штампом».
А ведь Егор мне ничего не обещал, фактически я все сама начала между нами…
63
63
– Э, ладно, я пойду, спасибо, – делаю шаг назад, пытаясь как–то справиться с охватившей меня растерянностью, – приятного чаепития.
– И тете большое–большое спасибо! Она у вас чудо–женщина! – искренне восхищается сотрудница больницы напоследок.
– Да–да, вы правы, – с трудом разворачиваюсь и прохожу дальше по коридору.
Если бы не шарлотка тети, меня бы к Егору даже не пустили, ведь законная супруга к нему уже пришла. Хм.
Нет, ну бред ведь! Как Егор может быть женат, он все время в разъездах! У него другая философия!
Да он сам говорил, что потому ничего серьезного и не заводит, все равно жизнь кочевая на первом месте. Да у него только одни отношения длились долго! И девушка не захотела с ним уезжать, выбрала свою работу.
«А кто сказал, что они не могли пожениться?» – ехидно спрашивает мой внутренний голос.
Останавливаюсь посреди больничного холла, снова впадая в ступор.
Действительно, не все обязаны жить так, как мы с Глебом жили. Не каждая девица следует за своим супругом, бывает и такое, что она требует следовать за ней.
А еще люди разбегаются и не всегда оформляют развод. Забывают, откладывают, лень, не считают нужным! Не стоит паниковать раньше времени.