Монгрелова Соната. Прелюдия к циклу (СИ)

Орк-коротышка привел пленницу прямиком к искомому алтарю, и Аделаида невольно усмехнулась такому исходу. Поляна была освещена светом множества факелов и костров, у которых стояли десятка два орков в лохмотьях с самодельными копьями и луками в руках. Алтарь, построенный из гладкого серого камня, был выполнен в примитивном стиле и состоял из ступеней, лобного места и небольшого прямоугольного жертвенника. Вокруг алтаря располагались столбы, украшенные всевозможными военными трофеями. На вершине каменного сооружения женщина заметила зеленого великана, охраняющего эту важную для своего племени реликвию. Рядом с ним стоял невысокий, коренастый, гротескного вида орк с самым надменным видом на широком клыкастом лице — по-видимому, вождь.
— То есть как, — не унимался все тот же пожилой человек в фетровой шапке, — Вас схватили орки, кровожадные существа, поклоняющиеся адскому пламени, и вот Вы здесь, живая и невредимая, держите перед нами слово?!
Надзиратель перевел взгляд с возмущенного человека на пленницу и с вызовом посмотрел ей в глаза.
— Я сумела с ними договориться, — наивно ответила женщина и рассказала, как получилось так, что она, вторгнувшаяся на территорию кровожадных существ, смогла уйти от них без малейшего для себя последствия.
— Ты вторженец! — орк толстым пальцем ткнул возвышающуюся над ним женщину в живот.
— Нет, я путешественница, — спокойно начала объяснять Аделаида. — Я думаю, что ваше поселение очень интересно, и хотела бы описать вашу жизнь в своей книге.
Слово «книга» явно понравилось орку. Примитивным гуманоидам, вообще-то, книги не нравятся, потому что являются для них чем-то сложным и унижающим их грубую сущность. Но этот орк явно получил удовольствие от мысли, что его племя сможет стать историей, увековеченной на белоснежных страницах, переплетенных бархатом и золотыми нитями. Он сладко задумался и даже стал легонько причмокивать толстыми губами.
— Я Бурай, вождь Турек, — произнес он, размахивая руками. — Мы самый великий племя орк. Земли королевства Турек! — обвел он руками поляну, на которой они стояли.
— Так и напишу, что храбрый вождь Бурай возглавляет воинов племени Турек и что все окружающие земли принадлежат оркам племени Турек, — торжественным тоном произнесла Аделаида, собираясь тут же и распрощаться с новыми знакомыми, но тут орк увидел выступающий из походной сумки эльфийской женщины листок бумаги.
Указав на интересовавший его предмет, Бурай сказал:
— Написать нам память. Мудрый слова! — и с вожделением покосился на пленницу.
Аделаида послушно достала блокнот, аккуратно вырвала белый плотный лист и написала только что сказанные ею слова аккуратным печатным шрифтом. После этого довольный Бурай с важным видом понес этот серьезный документ к алтарю и прибил гвоздями к одному из деревянных постаментов, на которых покоились всевозможные трофеи. Он стоял и любовался содеянным, а шаман переводил остальным поселенцам написанное на бумаге сообщение.
— А кто тот огромный орк, что охраняет ваш алтарь? — воспользовавшись моментом, поинтересовалась любопытная женщина у Бурая.
— Он Чертуба. Чертуба — великий воин. Начальник Чертуба — главный воин.
Аделаида сразу поняла, что Чертуба являлся главным оружием племени Турек: тупой, большой и сильный.
— Теперь ты уходить и сказать всем, что Турек — самый сильный, самый могуч, — снова ткнул Аделаиду в живот Бурай, вспомнив о своем положении вождя.
Та лишь пожала плечами и направилась прочь из лагеря, попутно прихватив из-под куста с колючками дрожащего от страха волчонка.
Когда Аделаида выбралась из орочьего леса, осенний рассвет уже раскрасил небосклон на востоке всеми оттенками розового и желтого. А на западе шумело, разбиваясь гигантскими волнами о берег, неспокойное темное море. Почувствовав себя неимоверно уставшей, Аделаида решила искать место для стоянки. Она когда-то слышала, что на самом западном мысе континента находятся Ветряные Холмы и что эти холмы заселены удивительными волшебными существами. Желая проверить эти слухи, а заодно поискать себе местечко для недолгого отдыха, она двинулась вдоль продуваемого всеми ветрами голого скалистого побережья. Скоро дорога увела путницу в низину, и, спустившись с холма, Аделаида обнаружила поле, все усыпанное прозрачными парящими созданиями — духами воздуха, спокойными и мирными. Тихо перелетали они с места на место, издавая едва различимые звуки, перекликающиеся с криками пташек и пением ветра. В состоянии блаженства Аделаида бродила между покачивающимися в такт ветру существами, даже и не думая их тревожить. В один момент ей казалось, что они переговариваются друг с другом, используя высокочастотные звуки, пускаемые в потоки ветра, но затем эти звуки начинали меняться от плача до дикого смеха. В конец уставшая, она даже не стала пытаться разобраться в их секретах, тем более что, как только она приближалась к ним, духи просто проходили сквозь ее тело, словно бы вовсе ее не замечая. Может, в их тихом мире невидимым духом являюсь я… С этой мыслью Аделаида побрела дальше в поисках пристанища.
 
Наконец на самом берегу женщина заметила заброшенный домик. И хотя в нем отсутствовала стена, она все же решила, что это великолепное место, где можно отдохнуть под тихий шум прибоя и песни духов. Две луны — красная, появившаяся на небе около четырех лет назад, и белая, с незапамятных времен освещающая ночную землю, — уже почти исчезли с небосклона, а проступающие сквозь туман лучи восходящего солнца плавно осветили береговую линию Острова Душ, виднеющегося на горизонте. Аделаида, не раз бывавшая там, знала, что на таинственном острове обитали странные человекоподобные существа. Плавая с шайкой наемников по морям, она часто бывала в порту Острова Душ, но ни разу не видела ни одного из них. Поговаривали, что это были дикие племена, поклоняющиеся ложным богам. Аделаиде также было известно, что эти существа состояли в хороших отношениях с гномами, выменивая добываемые ими в пещерах острова полезные ископаемые на провизию и одежду с большой земли. А вся остальная информация, касающаяся внезапно всплывшего с морских глубин кусочка суши, держалась в строжайшем секрете.
Аделаида сидела возле костра, слушая нежный шум моря, вылавливая ленивым ухом трели сверчков в высокой траве. Вольный ветер пел свои песни, скулил во сне волчонок… И ей тогда пришло на ум, что счастье — это когда просто можно забыть все проблемы и увидеть вещи такими, какие они есть на самом деле. Странный заброшенный домик в ветреной живописной долине… Интересно, а каковой будет обитель моей души, когда она, оторвавшись от тела, полетит в неизвестный неведомый край?.. С этой мыслью глаза ее закрылись, а разум заснул.
— Допустим, все, что Вы рассказываете, правда, — дождавшись паузы в повествовании, обратилась к подсудимой женщина средних лет в изысканной миниатюрной шляпке на черных, уложенных в пышную прическу волосах. Ее полноватую фигуру облегало голубое атласное платье с широкими рукавами, в руке она держала белоснежный перьевой веер. Женщина занимала почетное место в задних рядах между молодым молчаливым священником и капитаном охраны, и Аделаида про себя отметила, что тон дамы хоть и был пронизан лукавством, но тем не менее женщина смотрела на пленницу без всякого осуждения — лишь неподдельный интерес читался в ее бледных зеленых глазах. — Но, покинув лагерь орков, — продолжила женщина, отложив свой прекрасный веер, — Вы должны были сразу оказаться на распутье дорог. И тут-то Вы направились на север, в Темный Лес, не так ли?
 
— Благодарю Вас за то, что внимательно слушаете мой рассказ, — обратилась Аделаида к наряженной даме. — Вы абсолютно правы, заметив, что я оказалась на распутье дорог. Но вынуждена признаться, что была не готова тогда направиться в деревню, откуда был родом отец, к которому я не испытывала ни единого положительного чувства.
— Попросту говоря, Вы струсили? — усмехнулся белокурый молодой человек в красном камзоле.