Монгрелова Соната. Прелюдия к циклу (СИ)

— Сэдрика! Позовите срочно мастера Сэдрика! — прокричала пленница.
Великий мастер вскоре вернулся.
— Мастер Сэдрик, — спросила его Аделаида, — а что же мастер Ангус, неужели и он ответил отказом?
— Вообще-то, нет, — мужчина слегка замялся. — Нет. Видишь ли, мастер Ангус вообще ничего не ответил, и я счел, что его молчание означает отказ.
Немного подумав, Аделаида попросила рыцаря о еще одном одолжении: позволить ей поговорить с мастером Олтлином.
— Я сомневаюсь, что теперь к тебе кого-либо допустят, — задумался он, но добавил вскоре, что попытается устроить подсудимой эту встречу, если она так важна.
— Чрезвычайно важна, — подтвердила Аделаида, и Сэдрик, кивнув на прощание, снова оставил ее одну.
Принесли обед, но кусок не лез в горло. Весь день она прождала мастера Сэдрика, пытаясь не нафантазировать себе нереальный исход событий. И вот, ближе к вечеру, тяжелый засов заскрипел, и легкой походкой в дверь вошел мастер Олтлин, все такой же невозмутимый и сосредоточенный, каким он показался Аделаиде в первую их встречу.
Значит, Сэдрик договорился-таки! Ах… Как же я ему теперь обязана…
— Дитя мое, — мастер Олтлин начал разговор, и пленница нашла его голос весьма взволнованным. — Медлить нельзя, — продолжал он, — произошло недоразумение. Ну почему же ты сразу мне не сказала тогда, что прибыла в столицу по указанию моего друга Ангуса? Тогда мне и в голову бы не пришло отсылать тебя в военную гильдию…
— Простите… — начала Аделаида оправдываться, осознавая, что сама отчасти виновата во всей этой грустной истории, но тут же опомнилась. — Мастер Олтлин, — вскричала она, — а Вам известно, что донес на меня один из членов вашей гильдии?
Олтлин поднял брови, изобразив подобие изумления, но тут же снова стал похож на статую. — Говори дальше… — попросил он. — Расскажи все, что тебе известно.
— Мне почти ничего не известно, — призналась Аделаида. — Мастер Сэдрик лишь упомянул о том, что некая Ноктис из вашей гильдии рассказала стражам о своем видении, о возможной атаке на приграничный пост, после чего у меня нашли то странное письмо, свидетельство заговора. Но его явно кто-то подложил. Возможно, сама колдунья, или в гильдии воинов у нее есть сподвижники. Вы должны непременно сообщить Его Высокопреосвященству об этом ложном доносе.
— Дитя! — сурово покачал головой мастер Олтлин. — Это невозможно.
— Почему? — Аделаида глядела на темного эльфа во все глаза и ничего не понимала.
— Потому что, — начал объяснять тот, — большой отряд был отправлен сегодня ночью на защиту приграничного поста, и они действительно отбили тщательно спланированное нападение Танатоса и его орды мертвецов. Видение Ноктис сбылось.
Аделаида трясла головой, не веря его словам:
— Но я клянусь, что не имею к этому ни малейшего отношения. Это письмо…
— Это уже все не важно, — Олтлин дотронулся до ладони женщины в попытке успокоить. — Это просто жестокая игра неведомых нам сил. Ноктис принадлежит к одному радикальному содружеству личностей, именующих себя «Ночные Стражи». Я полагаю, что, как мастер Ангус пытался помочь тебе овладеть умениями, положенными тебе по праву наследования, с такой же силой эта группа фанатиков пытается помешать этому.
— Но почему?
— Они следят за тобой давно: с тех пор, наверное, как ты говорила с иерархом в Деревне Темных Эльфов. Они не допустят, чтобы кто-то получил такую силу просто так, ведь большинству приходится этому учиться годами и даже десятилетиями. А тут появляешься ты, наполовину человек, и иерарх сразу посвящает тебя в темные рыцари, словно какую-то избранную. Это злит их. Это не дает им покоя. К сожалению, я не очень близок с членами этой группы — я не могу на них воздействовать, но я могу помочь тебе.
Аделаида уныло села на постель, вспоминая озлобленные взгляды темных эльфов в деревне под горой, но тут еще одна стройная фигура в темном плаще проникла в едва освещенную единственной свечой келью. Вошедший скинул капюшон, и Аделаида, завидев пытливый свирепый взгляд, тотчас вскочила с кровати.
 
— Мастер Ангус! Я… — Аделаида растерянно раскрывала рот, подбирая слова, но тот начал сам, грубо и прямо:
— Нам не пришлось бы помогать тебе, рискуя поставить под угрозу наши жизни и репутацию, если бы ты следовала всем моим указаниям. Еще в Орене тобой было получено мое письмо с четким наказом следовать прямиком к Великому Мастеру Олтлину в Аден. А что делаешь ты?
Аделаида скукожилась, мечтая провалиться сквозь пол, а мастер Ангус сам и ответил на поставленный им вопрос:
— Ты любезничаешь с темными эльфами в гильдии Орена, этими радикальными личностями, желающими подчинить себе весь мир, делишься с ними своими планами остаться на службе у людей. Кто-то из них, наверняка, посадил шпиона тебе на хвост и лишь ждал твоей ошибки. Но дальше — больше! — мастер Ангус заходил по комнате, не поднимая на пленницу глаза. — Ты бежишь зачем-то в Башню Баюма, наводишь там шороху. Все это на руку нашим недоброжелателям. Ведь как только ты ввязалась в эту историю с демонами, у них тут же и созрел план, как от тебя избавиться.
— Вы хотите сказать, — робко спросила Аделаида, — что в этом замешены мастера из темной гильдии Орена?
— Да! — вскричал мастер Ангус. — Понимаешь, это все один большой заговор!
Он остановился прямо напротив пленницы, и его черные глаза, казалось, пытались просверлить ее насквозь, так что еще мгновение — и лопнут жилы на лице.
— И после всего того, что ты натворила, — проговорил мастер Ангус внезапно спокойно и медленно, — я все же пришел помочь тебе.
— Но зачем? — прошептала Аделаида, сглатывая слезы.
И Ангус ответил, почти презрительно:
— Не добровольно и не от чистого сердца, поверь. Если бы не иерарх Митраэл, я палец о палец бы не ударил ради такой своенравной девчонки. Нет, я даже посмотрел бы, как тебя вздернут на виселице на потеху толпе. Но иерарх считает, что ты важная часть пророчества. И я исполняю его волю, выручая твою шкуру. Но как только ты покинешь королевство Аден, я умываю руки, так и знай.
Аделаиде было стыдно и обидно одновременно. Вина сковала ее сердце, и она сама готова была сдаться на растерзание, лишь бы не жить с этим бременем самобичевания. Сделав несколько глубоких вдохов, она, однако, пришла в себя после первого шока, что произвели на нее слова темного мастера.
— Как вас сюда впустили? — спросила она тихим голосом, так как едва могла выдавить хоть слово от скопившегося в горле кома.
— А ты погляди, — эльфийский мастер кивнул на дверь.
Аделаида выглянула. Стражники стояли неподвижно по обе стороны от двери.
— Но они же придут в себя и тут же сообразят, что их усыпили, — заволновалась она.
— Они в трансе, — прозвучал ответ. — Старый маг тоже кое на что способен. Когда они очнутся, то даже не поймут, что их заколдовали, а когда утром обнаружат, что тебя и след простыл, то хотел бы я увидеть глаза капитана охраны…
— Значит, это побег… — Аделаида подняла на Ангуса виноватый взгляд.
— Скорее, загадочное исчезновение, — довольно поправил ее магистр, протягивая ей сверток, в котором оказался невзрачный серый костюм из плотной материи. — Но они устроят обыск — в городе оставаться нельзя, — продолжал темный эльф, отвернувшись, пока Аделаида переодевалась. — Как только заметят твою пропажу, все силы города будут пущены на твою поимку. У нас времени до утра. На север, юг и запад бежать бессмысленно — все будет окружено. Единственный путь к спасению ведет на восток. И я бы отправил тебя прямиком в Годдард, если бы отряд одного из лордов не раскинул свой лагерь на равнинах неподалеку от города. Это перекрывает нам всякий путь к отступлению. Они обыщут каждый уголок. Все пограничные посты поднимутся по тревоге. Деревня Охотников и Орен также выделят людей на твои поиски. Единственный наш шанс… — Ангус замолчал.
 
И тут к Аделаиде вернулась жажда жить. Не важно, чем это закончится, важно — никогда не останавливаться. Вот и случилось то, чего она так ждала: выбор был сделан за нее. Она вдруг почувствовала всю силу иерарха и своего рода, которая, подобно ветру, толкала ее навстречу любой опасности.