Монгрелова Соната. Прелюдия к циклу (СИ)

Около часа Аделаида прождала на ступеньках, пока тетрарх обсуждал что-то с Алхеной и Кридом, высоким темнокожим мужчиной в мешковатом сером костюме и с такими же серыми прилизанными волосами. Затем они появились на пороге.
— Не знаю, чем ты заслужила такую милость, — тщательно скрывая презрение, обратилась к странной эльфийке Алхена, — но воля Тифиэла — это и наша воля. Следуй за Кридом. Он отведет тебя к иерарху.
Крид, явно не разделяющий миролюбие старшего тетрарха и Алхены, резко крутанул головой и двинулся вниз по ступенькам.
— Иди за ним, — приказала Алхена и исчезла в дверях дворца.
Аделаида поспешила за высоким эльфом. Он шел так быстро, что она едва успевала смотреть по сторонам. Деревня Темных Эльфов была устроена в пещере под скалой, которую эльфы называли Черной Горой. Вся деревня покоилась под землей в жерле потухшего тысячелетия назад вулкана. Купол ее поддерживали колоссальные колонны. Все здания и сооружения в городе были построены из крепчайшего черного гранита и вулканического стекла — обсидиана. В самом центре деревни виднелась огромная рука, поднимающаяся в темноту пещеры. Проходя мимо, Аделаида на секунду задержалась у края обрыва, прикрытого плотной решеткой, и, к своему величайшему изумлению, обнаружила, что рука принадлежала гигантской статуе прекрасной женщины, скрытой в глубоком колодце. И лишь ее устремленная вверх ладонь возвышалась над центральной площадью деревни, испуская постоянный разряд молний, накапливающийся под сводом пещеры в виде сферического сгустка и создающий вокруг себя воронку из светящейся пыли и тумана. По сравнению с эльфийскими трюками, которым обучилась Аделаида за годы своих странствий, занимаясь с темным ассасином, эта магия показалась ей чем-то действительно запредельным и даже сакральным.
Вскоре, провожаемые любопытными взорами немногочисленных прохожих, два темных эльфа добрели до края деревни, где кривая уходящая вверх лента дороги вела к выходу из подземелья. Как только Аделаида вышла наружу, у самого входа в пещеру она заметила часовых, схвативших ее вчера.
— Кель! — крикнула она Криду с просьбой подождать, а затем подбежала к одному из часовых и спросила, не видел ли он вчера волчонка, когда схватил ее.
Но часовой лишь непонимающе посмотрел на незнакомку и гордо отвел глаза. Аделаида не сдавалась и попыталась объясниться ломаной смесью слов, которые помнила:
— Дрог. Уста. Инфуль.
Часовой еще раз посмотрел на нее впритык, что-то рявкнул и отрицательно помотал головой.
Аделаида поняла, что, скорее всего, телепорт магического зверя сработал лишь на нее.
— Алю, — поторопил Крид.
Они пошли по протоптанной дороге мимо заброшенного высохшего сада к огромному храму, от которого исходил такой поток энергии, что Аделаида начала невольно шататься из стороны в сторону. Кое-как, с тяжелой головой она ступила на порог, и внезапно весь дискомфорт ушел. В голове зашептались сотни голосов на непонятном языке. Аделаида знала, что они пытаются ей сказать что-то очень важное, но не могла выловить из бесконечного потока ни единого слова. Она долго стояла у порога, вслушиваясь в голоса, но внезапно ей на плечо упала чья-то тяжелая рука. Крид протягивал пленнице ее дорожную сумку и оружие. Потом он легонько кивнул головой и вышел.
Храм Шилен, где очутилась Аделаида, представлял собой внутри огромное по площади помещение с высоченными потолками и древним убранством. Центром храма являлась гигантская статуя богини Шилен в виде ужасного змееподобного демона, символизирующая ее изгнание и заточение.
В центре залы путницу встретил сам иерарх Митраэл, мудрый из мудрейших, который вот уже несколько веков не мог покинуть стен этого храма из-за наложенной на него магической печати.
— Тетрарх Тифиэл посоветовал мне поговорить с Вами. Он сказал, что я могу получить от Вас ценный совет, — с ходу выпалила Аделаида.
— Ты пришла не только за знаниями, ты пришла за правдой, за историей… — начал Митраэл свой длинный рассказ, и Аделаида приготовилась внимательно его слушать.
 
Долго-долго Митраэл рассказывал ей о великом чародее Даспарионе, пришедшем к нему столетия назад с предложением о сделке, о войне между эльфами, о предательстве людей и о пророчестве Шилен, которая открыла темным эльфам истины бытия.
Из длинного спутанного рассказа Аделаида поняла, что иерарх Митраэл являлся правителем пещерных эльфов. Будучи талантливым чародеем, он учился темной магии у могущественного колдуна Даспариона в обмен на секрет долголетия, даже не предполагая, какую цену ему и всему его народу придется заплатить за эти знания в будущем. Едва пещерные эльфы заполучили в свое распоряжение основы черной магии, они немедленно заявили о своем превосходстве над древесными, и разразилась война. Тогда люди встали на защиту древесных эльфов и использовали сильнейшее заклятие против самого Митраэла. Из-за потери правителя моральный дух пещерных эльфов был подорван, и им пришлось отступить, хотя до победы оставалось уже недолго. Из-за злых козней Даспариона заклинания черной магии, которыми последователи Митраэла наносили удары, уничтожили многовековые эльфийские леса. Погибая, древни прокляли пещерных эльфов со всей оставшейся в них магической силой, в результате чего высох окружающий их поселение прекрасный лес, а тела их потемнели. Лучи дневного светила стали для них смертельной пыткой, и сотню лет они жили, скрываясь под землей от его света. Не так давно проклятье с них было снято, поэтому некоторые смельчаки постепенно начали переселяться на поверхность. Священная негласная война велась темными эльфами против расы людей в надежде отомстить за предательство колдуна Даспариона, а также против светлых эльфов, преследовавших и угнетавших своих собратьев долгие века. Иерарх, исполненный уверенности, долгое время размышлял о том, что, прожив сотню лет во мраке, темные эльфы, как никто другой, сумели познать истину, сокрытую в тенях. Он выразил убеждение, что эта истина позволит им в будущем захватить материк и стать правителями земли. Он сказал, что многие эльфы, проникая в мир людей, медленно, но верно копят силы и распространяют свое влияние, готовясь к последней священной битве.
Когда рассказ Митраэла был окончен, Аделаида, размышляя над всем сказанным и сопоставляя все это с тем, что уже было ей известно, собралась уходить, но иерарх вдруг остановил ее и сказал:
— Ты дочь темного эльфа и человеческого клирика. Ты результат весьма нежеланного для нас союза. Но тебя я не могу упрекнуть в этом. Дети не должны страдать из-за ошибок своих родителей. Великая Шилен сама тому пример. Я вижу, ты уже где-то училась темному искусству. Но ты училась не тому. В тебе течет кровь Хаэла. Ты должна пойти по его стопам и обучиться искусству темного танца, чтобы нести это умение в будущее своего рода.
Аделаида открыла уже рот, чтобы возразить. Ей была крайне неприятна мысль о том, что она может стать похожей на своего отца. Но жажда знаний бросила ей небывалый до этого вызов. Мастерство, которое предлагал ей освоить лидер темных эльфов, было недоступно простым воинам — то были секреты одного из древнейших эльфийских родов.
— Как я могу этому обучиться? — спросила она, поборов свою гордость и обиду.
— Каждому эльфу при рождении дается специальная метка в соответствии с его родовыми умениями и способностями. Думаю, ты наконец-то можешь получить свою, — с этими словами иерарх протянул Аделаиде свою бледную сморщенную ладонь, на которой лежала маленькая блестящая монетка с изображенными на ней мечом и щитом. Аделаида завороженно протянула к ней руку, но как только коснулась ее одним лишь указательным пальцем, та исчезла, словно бы растворилась внутри ее ладони.
 
— Теперь ты воин, как твой отец и его великие предки, — торжественно заявил иерарх.
— Но я ничего не чувствую, — неуверенно заметила Аделаида.
— Это лишь начало, — сурово заметил Митраэл. — Найди в Гиране Великого Магистра Ангуса. Он скажет тебе, что делать, чтобы научиться управлять танцующими лезвиями. Теперь иди. В деревню тебе нельзя. Обойди гору с северной стороны и продолжай свой путь. Удачи, дитя тьмы.