Птица обрела крылья (СИ)

— Увы, мисс Бэкли чересчур дорожит своим здоровьем и не желает открывать окна, — с иронией сказала Вивиан. — Признаться, я не прочь покинуть этот дом хоть прямо сейчас.
— Да, да, такая духота тебе сейчас ни к чему! — тихо рассмеялся Энтони и с наслаждением пригубил бокал пунша. — Вивиан, я хотел спросить тебя… Возможно, этот вопрос покажется тебе неуместным и странным, но не знаешь ли ты о том, что случилось с Эмили?
— Эмили? — вскинула брови Вивиан. — Я знакома лишь с одной Эмили — той, что работает горничной в доме твоей матушки… Но не думаю, что тебе интересна ее скромная особа.
— Она вдруг исчезла из Гринхолла, и никто не знает, что стало причиной ее загадочного исчезновения и о том, где она сейчас, — тихо сказал Энтони.
— О? — Миссис Уингтон искренне удивилась. — Она просто исчезла?
— Просто исчезла, — повторил ее слова кузен. — Возможно, твоя Джейн владеет информацией о судьбе этой бедной девушки?
— Право, не думаю… Но я спрошу ее об этом. — Вивиан хитро взглянула в глаза Энтони. — Но зачем тебе эта информация? Эмили всего лишь горничная твоей матушки!
— Мне интересна ее судьба, — пожал плечами молодой Крэнфорд. — Только и всего.
Но Энтони лукавил: таинственное исчезновение его любовницы, которая до этого шантажировала его и вымогала мистера Крэнфорда сделать ее своей содержанкой, радовало его тем, что проблема в лице этой девушки испарилась. Но что-то было не так, что-то беспокоило его. Ведь Эмили не могла просто так пропасть. Если она покинула Гринхолл по собственному желанию, то по какой причине? Неужели она сдалась и решила отказаться от своего шантажа?
— Я спрошу Джейн, — вновь сказала Вивиан и лишь сейчас поняла, что Энтони прибыл один, без Шарлотты, которую обещал сопроводить на сегодняшний бал. — Но почему с тобой нет нашей дорогой Шарлотты? Я так ждала ее приезда!
— Мисс Сэлтон неважно себя чувствует, — нахмурился Энтони. — Но она передала тебе свои извинения за то, что в этот вечер оставляет тебя одну среди волков…. А вот и твой супруг. — Он широко улыбнулся, увидев приближающегося к ним Джереми. — Что за выражение лица, Уингтон? Неужели ты объелся лимонов?
— Добрый вечер, Крэнфорд, — угрюмо бросил в ответ Джереми, а затем, довольно грубо взяв супругу за локоть, обратился к ней просто ледяным тоном: — Мы едем домой.
— Уже? — удивилась та. — Но разве это не будет дурным тоном? С нашего приезда прошло не более часа.
— Я знаю. Но нам пора ехать. Тебе нужен воздух, а в этом роскошном хлеву он отсутствует напрочь.
— Как скажешь, любовь моя… Но что с тобой? Кажется, ты чем-то расстроен? — осторожно спросила Вивиан.
— Доброй ночи, Крэнфорд. Увидимся завтра, — вместо того, чтобы дать ответ своей супруге, бросил Джереми другу и потянул Вивиан к дверям.
— И вам не скучать, голубки, — изумленно приподняв брови, сказал им вслед Энтони: он был изумлен странным грубым поведением Джереми не менее своей кузины.
Настроение молодого Крэнфорда было испорчено: Уингтоны сбежали, его возлюбленная мисс Сэлтон приболела. Поэтому, проведя на балу не более полутора часов, Энтони принес свои извинения хозяевам бала и с равнодушием и облегчением поехал домой.
В карете царила тишина, и был слышен лишь цокот копыт белых лошадей, тянущих новенькую карету Уингтонов.
Вивиан, укутанная в свой теплый подбитый мехом плащ, с беспокойством смотрела на своего супруга, молчаливо ожидая, когда он заговорит с ней и объяснит свое решение покинуть бал так скоро. Но Джереми был в таком дурном расположении духа что не желал ни смотреть на жену, ни разговаривать с ней: он отвернул лицо к окну и не повернул его к Вивиан даже тогда, когда карета остановилась во дворе Уингтон-холла.
— Любовь моя, что с тобой? — ласково спросила Вивиан: ледяное молчание Джереми и его строгий неприступный вид пугали ее, ведь она помнила тот вечер, когда он побил ее ладони хлыстом.
— Поговорим в спальне, — было ей ответом.
Кожа девушки покрылась мурашками: Боже, только не это! Вновь разговор в спальне, вновь его желание «проучить» ее, Вивиан! Но ведь она беременна его ребенком! Он не сможет ударить ее… Не сможет? Как она может быть уверена в этом?
 
Зайдя в дом и отдав лакею плащи, супруги направились в спальню Вивиан, и, едва дверь за спиной мистера Уингтона закрылась, он схватил жену за локоть, притянул к себе и положил ладонь на ее шею.
— Чей это ребенок? — тихо, но голосом, полным мрака, спросил он, заставив кровь Вивиан застыть в жилах от ужаса.
  
Глава 12
 
— Господи… Что ты такое говоришь? — изумленно прошептала девушка. Она не могла поверить в только что услышанные ею слова.
Джереми сомневается в том, что отец мнимого ребенка — он? Откуда в его голове взялась эта совершенно нелепая мысль о том, что она изменяла ему? Что ребенок, которого носит в своей утробе его законная супруга — не его?
— Я задал тебе вопрос и жду признания! — рявкнул Джереми, и его пальцы впились в нежную кожу шеи супруги.
— Что за чушь? Ты сошел с ума? — гневно воскликнула Вивиан: страх перед ним исчез, и все существо девушки наполнила ярость, которая, как оказалась, только и ждала своего часа, чтобы выйти наружу. Она откинула от своей шеи ладонь Джереми и направилась к своему туалетному столику.
— Спятил ли я? Возможно. Но, должно быть, все эти месяцы я был слеп, как новорожденный котенок! — с холодной улыбкой парировал Джереми, идя за супругой. Но он не попытался вновь причинить ей боль, а остановился в нескольких шагах от нее.
«Та же сцена, только в этот раз в его руках отсутствует проклятый хлыст!» — раздраженно отметила про себя Вивиан, присаживаясь на мягкий пуф перед туалетным столиком.
— Нет, это просто невообразимо! — с насмешкой бросила она, пытаясь снять со своей шеи драгоценное ожерелье. — Мой собственный супруг обвиняет меня в грехе адюльтера! Какой, не побоюсь выразиться, идиот нашептал тебе эту ложь, эту… Эту чушь!
— Тебя и герцога Найтингейла видели вместе. Да, да, не смотри на меня взглядом оскорбленной невинности! — вскинул голову мистер Уингтон.
— Меня и герцога Найтингейла? — насмешливо приподняв брови, повторила Вивиан. — Как занимательно! И кто же меня с ним видел? И когда?
— Одна мисс, желающая остаться анонимом, поделилась со мной своими наблюдениями. Она видела вас своими глазами и не единожды, — решительным тоном и будучи уверенным в честности этой дамы, сказал Джереми.
— Я, кажется, даже знаю, кто эта таинственная доброжелательница! Это была мадемуазель де Круа, не так ли? — с иронией в голосе спросила Вивиан. Сложная застежка ожерелья никак не поддавалась, и после безрезультатной борьбы девушка решила дождаться прихода Джейн. Попросить помощи у Джереми она не решалась: а вдруг он, в своем жестоком заблуждении и полный ревности, задушит ее этим самым ожерельем?
— Я не собираюсь раскрывать ее имя, — бросил Джереми.
— И она утверждает, что видела меня и герцога вместе? Когда и где? Как я могла изменять тебе с герцогом, когда все время проводила дома и прятала ото всех синяки, которые ты оставлял на мне каждую ночь? — все с той же иронией в голосе продолжала свой расспрос миссис Уингтон.
Несмотря на то, что ее супруг молчал о личности, нашептавшей ему эту ложь, она была уверена в том, что этой особой была никто иная, как ее старый враг «французская крыса». Должно быть, эта француженка была полна зависти к тому, что она, Вивиан сделала такую великолепную партию, в то время как ни один знатный или даже просто богатый джентльмен не попросил ее руки.
«Она решила настроить моего супруга против меня? И как ловко у нее это вышло! С тех пор, как я связала свою жизнь с Джереми, эта француженка затаилась и не высовывала свой длинный нос, но сегодня вечером она сделала очередную попытку оскорбить и унизить меня. Но к чему все это? Мы обе проиграли битву за герцога Найтингейла, и он женится на мисс Бэкли! — размышляла девушка, схватив щетку для волос и машинально проводя ею по закрученным локонам, украшающим ее высокую прическу. — И все же: я вышла замуж, а она осталась ни с чем. И за это она мстит мне! Да еще и таким подлым бессердечным способом!»