Алчущий силы - 3 (СИ)

Метаморф поднял руку и из нее вылетал костяной шип, ударившийся прямиком в шею одного из раненных. Тело эльфа дернулось, мгновенно обмякнув.
«Почти ничего не почувствовал». — мрачно заключил Макс, двигаясь дальше: «Хорошо».
Одно из тел резко попыталось встать, вытаскивая из-под спины спрятанный клинок, но, резко удлинившись, пальцы Безумного вошли в грудь и лицо ушастого.
Зимин громко скрипнув многочисленными клыками, рывком оторвал руку, оставив костяные пальцы внутри. Хоть он и убрал большую часть самых энергозатратных модификаций, за человека его все еще было трудно признать.
Жажда вновь вернулась. Как оказалось, ей требовался прямой контакт для своего пробуждения.
«Морф, ты можешь что-то с этим сделать?»
«Нет, босс». — пришел удивленный ответ симбионта: «Эта жажда часть меня. Я всегда с нею жил. Это что-то столь естественное, вроде дыхания. Я порождение глубин, и мы были созданы для того, чтобы убивать. Босс, тебе придется самому научиться бороться с этими позывами».
Макс на это лишь тяжело вздохнул.
«Кстати, босс». — внезапно Морф вновь заговорил.
«Да?»
«У меня были проблемы с этим чувством, когда я только родился. А это значит, что сейчас, как монстр, вы моложе меня».
«Научил на свою голову, юмору». — улыбнулся Макс, чувствуя внутри довольство симбионта.
Очередной раненный эльф, чья жизнь была безжалостно оборвана, а покрывающая руки кровь впитана, питая существо, которое шаг за шагом все дальше отходило от человеческих ограничений, но и стандартов.
Да, Максу Зимину не нравилось то, что он сейчас делал, но он смирился, понимая их пользу.
Оставь он в живых этих эльфов и они немедленно ударили бы им в спину. Но от этого было немногим легче.
Полгода сражений с Вульфсом медленно, но верно меняли Макса. Не спасало и то, что они не так уж и часто спускались в глубины. Никто из них никуда не торопился, проводя учебные спарринги и уча теорию магии.
Морф тоже изменил свой подход. Получив столь ожидаемую передышку, он сконцентрировался не на количестве, а на качестве.
К примеру, за все сражения Зимина в их теле накопился значительный багаж знаний биологии монстров и работы с плотью.
Симбионт тратил время и силы, чтобы связать все это в единую, стройную систему. В долгосрочной перспективе подобный подход имел куда больше смысла.
Если представить их тело и знания за броню, то ранее это был конгломерат множество отдельных кусков стали, которые сварили вместе.
Теперь же он переплавлял все куски в единый лист, который был несоизмеримо крепче.
— Эй, Безумный, — Гор привлек внимание, задумавшегося мужчины.
— Не думай об этом слишком много. Мой род знает, что такое ярость берсеркера. Такие орки иногда рождаются и ничто кроме ярости битвы не способно их накормить и напоить. Им не нужны женщины, семья или власть. Они сходят с ума, когда чувствуют запах крови, и при этом, их невероятно трудно убить.
— И к чему ты их вспомнил?
— К чему? А, ну да, — Гор отбросил воспоминания. — Жажду крови можно контролировать, и опытные берсеркеры так и делают. Поэтому я думаю, что у тебя получится это подавить.
— Спасибо, Упрямый.
— Единственное, они все равно долго не живут. Убивают их быстро.
— Еще раз спасибо, что бы я делал без этого уточнения.
— Зачем еще нужны друзья, чтобы не напомнить о неминуемой и кровавой смерти, которая порадует духов твоих предков?
— И впрямь, зачем? — скривился Макс, но настроение, что примечательно, медленно поползло вверх.
Орочье отношение к жизни иной раз до боли напоминало земных японцев. Те тоже были заядлыми самоубийцами и фаталистами. Но нельзя было отбрасывать, что с таким подходом иной раз живется куда как легче.
Правда словно всего случившегося было мало, чтобы восстановить потраченную в сражении энергию, Максу волей-неволей приходилось поглощать при ударах ближайшую органику.
И если пожирание разумных было просто плохо, то вот приходящее за этим ощущения сытости было за гранью добра и зла.
Как оказалось, плоть темных эльфов, как ярких долгожителей, имела в своей основе куда больше жизни, сравнившись с особо сильными монстрами.
 
Единственное чем Макс мог себя утешать, это то, что он не поглощал мясо обычным способом, через желудок, а использовал измененные лапы.
Весь процесс стал последней соломинкой, от чего, когда он все же закончил, то был явно не в духе. Поглядевший на него чернокнижник даже не стал шутить на эту тему.
— Так, слушай вводную, — Алекс отошел на несколько шагов от готовой пентаграммы, которая заняла добрых пять метров в диаметре.
В ключевых точках круга лежали пять эльфийских жриц.
— Изначально я собирался использовать обычных эльфов воинов, но твой демарш позволил обзавестись куда лучшими жертвами. А это значит, что и призовется сюда что-то реально сильное и необычное.
— Ты что, сам не знаешь, что это будет? — недоверчиво уточнил Макс. С демонами он не сталкивался из-за чего был легкий мандраж. Все же знание того, что души вполне себе существуют, как и многосотлетняя пытка в животах адских тварей, не прибавляло ему уверенности.
Одно дело просто умереть, другое расплачиваться за это по ощущениям целую вечность.
Алекс Вульфс находил извращенное удовольствие просвещать своего компаньона о том, почему же порождения хаоса так стремятся попасть в миры порядка.
Как оказалось, хоть демоны и не могут пожрать искру души, они могут ее переваривать на протяжении веков, увеличивая таким образом свою силу. Те же высшие демоны обладают тысячами, а иногда и десятками тысяч душ в своих бездонных утробах.
А так как через какое-то время искра души в любом случае отправится на перерождение, то демонам постоянно требуются новые души.
— Очень уж скрытный вид, — пожал плечами чернокнижник, попутно проверяя все ли мелочи ритуала готовы правильно. — Это как обычно бывает. Или никто не видел, или все, кто видел, уже мертвы. Так, правила безопасности я тебе говорил, но повторю еще раз. В пентаграмму ни ногой, что бы ты там не увидел. Будет красивая баба голыми сиськами трясти, не ведись. Родственников увидишь, та же петрушка.
— Пф-ф, какой идиот полезет в работающую пентаграмму, когда в ней появляется голая баба? — закатил глаза Безумный.
— Ты удивишься, но таких идиотов гребанная бесконечность, — усмехнулся чернокнижник. — Ну, поехали!
Пентаграмма вспыхнула, порождая пронзительный гул и бросая во все стороны мечущиеся тени.
Активация ритуала происходила постепенно. Первым заработал самый маленький внутренний круг, сформировав бешено вертящийся огненный провал, который спустя пару секунд начал крутиться еще и вверх, создав огненную сферу.
Чем-то это напоминало бешеную шутиху, которую засунули в стакан и пустили на Новый год. Она вертится, визжит и пытается вырваться наружу.
Следом от своеобразного демонического двигателя по нарисованным энергетическим дорожкам потекли расплавленные ручейки камня и чистого хаоса, активировав второй круг.
  
Глава 8
 
Макс инстинктивно сделал шаг назад, когда вверх рванула гудящая стена пламени. Второй шаг назад он сделал, когда увидел в этом огне искаженные, кривящиеся лица. Десятки, нет, сотни морд жадно смотрели из-за грани, следя за каждым его движением.
Их было так много, что они буквально наслаивались друг на друга, сливаясь в сумасшедший дрожащий круговорот.
— Всегда происходит такая иллюминация? — Стараясь успокоиться, уточнил он у стоявшего рядом Алекса. Гор вообще отошел им за спину. Зеленый сын степей как-то не оценил творившуюся магию, а тем более жутких демонов. Для него была куда ближе добрая сталь, а не темнейшая магия.
 
— Не всегда, но часто. — ответил Вульфс, внимательно следя за разворачивающимся действом. Кинжал у него в руке то и дело немного двигался, подправляя текущие потоки силы. — Не мешай. Демонология не приемлет ошибок. Ты же не хочешь внезапно оказаться прямиком в чистом хаосе между мирами…