Ледащий (СИ)

«Если этот юноша — сын Михаила, ему должно быть восемнадцать, — подумал адмирал. — На вид ему не больше. Но где он научился волхованию? В восемнадцать лет владеть умениями четырех разрядов? Даже у меня тогда их было два. Или у парня сильный дар или же он гораздо старше. В последнем случае он мне не внук. Но все же — как похож!..»
Князь снял трубку телефона и пробежался пальцами по кнопкам. Аппарат у него стоял новейший — без дискового номеронабирателя.
— Серафим Аркадьевич? — спросил откликнувшегося абонента. — Добрый вечер! Несвицкий беспокоит. Не отвлек от дел?
— Ну что вы, Николай Иванович, — ответил начальник канцелярии царя. — Всегда рад слышать. Чем могу быть вам полезен?
— Хочу спросить вас: сколько у меня осталось неиспользованного отпуска?
— Хм… Точно не скажу, — задумался начальник канцелярии, — но не менее полгода. Не бережете вы себя, Николай Иванович.
— Мне нужен месяц.
— Понял, — ответил собеседник. — Где хотите отдохнуть? Санаторий? Апартаменты класса «люкс»? Гурзуф, Ливадия, Мисхор?
— Я полечу в Царицыно.
— Зачем тогда вам отпуск? Выпишем командировку.
— Личные дела.
— Как пожелаете. Я позвоню Верховному правителю республики, в Царицыно вас примут как дорогого гостя.
— Вот этого прошу не делать. Сказал же: дело личное.
— Но штаб корпуса уведомить придется. Вы все же вице-адмирал.
— Я сам им позвоню. Как мне туда добраться?
— Самолетом до Ростова-на-Дону, а дальше только на машине. Царицыно гражданские борта не принимает из-за опасения быть сбитыми –случались неприятности. У противника появились новейшие системы ПВО, Германия поставила. Обслуживают сами немцы.
— Спасибо, Серафим Аркадьевич, — поблагодарил Несвицкий. — В министерство обороны сам позвоню. Прошение об отпуске направлю вам по почте.
— Удачи, Николай Иванович, в делах!..
* * *
Николай серьезно опасался, что славы пустятся в погоню. Следы прорыва налицо — убитые солдаты и взорванный блиндаж, «ежи» растащены… Козе понятно, что ДРГ ушла к Царицыно. Поэтому, отъехав с километр от поста, он свернул к посадке и спрятал внедорожник за деревьями. Переоделся в черное, зашвырнув мундир Притулы за деревья — не пригодится больше. Взял трофейный автомат, прихваченный на разгромленном блокпосте, разгрузку с магазинами и перелетел к пригорку, на полпути между посадкой и постом. Он устроит здесь засаду и попытается остановить погоню или хотя бы задержать ее.
— Услышишь звуки боя, садись за руль и поезжай к Царицыно, — сказал напарнику. — У террикона ополченский пост. Не подъезжай к ним сразу — могут обстрелять. Остановись неподалеку, переоденься и лети в Царицыно. Звони на коммутатор ГУКа и попроси соединить с майором Яровым. Представься моим именем. Майору объяснишь, что произошло.
— А ты? — спросил напарник.
— Я в засаду. Будет погоня — задержу. Возможно, придется уходить другим путем, поэтому действуешь как я прошу. Если погони не случится — поедем дальше вместе.
— Опять ты без меня! — обиделся Касаткин-Ростовской.
— Борис! — Несвицкий глубоко вздохнул. — Ты знаешь, как в одиночку остановить взвод на машинах, имея только автомат? И главное — сумеешь ли при этом уцелеть?
— Нет, — признался князь.
— Тогда не спорь и делай, что прошу.
… В погоню славы не решились. Приехали на двух машинах, осмотрелись и причесали окрестности из пулемета — изобразили бой. После принялись наводить порядок на блокпосте: собрали трупы, установили на место «ежи» и выставили новый пост — в этот раз из четверых солдат, придав им в усиление пикап с установленным в открытом кузове пулеметом на треноге. Несвицкий плюнул и вернулся к внедорожнику.
— Что там было? — поинтересовался князь. — Вроде, пулемет стрелял, но ты не отвечал.
— Зассали нас преследовать, — объяснил Несвицкий. — Палили для блезира. Поехали, Борис!
По разбитому асфальту, засыпанному листьями и ветками — здесь давно никто не ездил, они проехали примерно километров пять. Фары не включали — обстреляют, поэтому и двигались со скоростью пешехода. Повезло, что облака рассеялись, луна светила, а так бы точно съехали с дороги. Когда полнеба впереди закрыла темная громада террикона, Николай остановил автомобиль перед поворотом.
 
— Переоденься, — попросил Бориса.
Пока тот этим занимался, Николай открыл багажник и извлек оттуда генерала, перед этим развязав его и вынув кляп.
— Наденьте свой мундир, — велел.
Слав подчинился и, похоже, что обрадовался. Раз мундир вернули, значит, убивать не станут. Николай подсвечивал ему фонариком. Когда слав натянул мундир, Несвицкий вновь связал его и усадил на заднее сиденье.
— Ведите себя тихо, — приказал. — Осталось ждать недолго. Я предупрежу заказчика, а после отвезем к нему.
— Андрейку не прощу! — пообещал начальник контрразведки. — Из-под земли достану!
Несвицкий только усмехнулся. Похоже, слав окончательно поверил, что его похитили свои. Генерала ждет сюрприз.
— Покарауль его, — сказал Борису. — Я скоро. Если все в порядке — свяжусь с тобой по рации, садись за руль и правь к посту.
Скользнув за куст, Николай взмыл в небо, стороной облетел пост и приземлился в тылу у ополченцев. Укрепление выглядело солидно: блиндаж, «змейка» из бетонных блоков на дороге, из них же оборудованы бойницы для стрельбы. Возле них дежурят часовые. Сдернув балаклаву с головы, Николай направился к солдатам. С задней стороны поста горел фонарь, и, когда Несвицкий вступил на освещенное пространство, его заметили.
— Стой, кто идет! — окликнул часовой. — Руки поднял!
Несвицкий подчинился.
— Я волхв, майор Несвицкий, — сообщил солдату. — Документы в куртке. Позовите старшего поста.
Через минуту к нему вышел заспанный сержант. Молча достал удостоверение из внутреннего кармана куртки, рассмотрел его под фонарем и сверил фото на документе с оригиналом.
— Опустите руки, господин майор, — сказал, вернув удостоверение. — Я вас узнал. Здравия желаю. Что вы тут делаете и как сюда попали?
— Спецоперация, сержант, — сказал Несвицкий, пряча документ. — На нейтралке за поворотом ждет автомобиль с важным пленным. Если вы не против, я свяжусь по рации с коллегой, и он сюда заедет. Разрешаете?
— Давай, — кивнул сержант.
Николай взял рацию.
— Борис, езжай к посту. Включи подфарники, не то воткнешься в блок. Здесь на дороге змейка.
— Понял, — раздалось в наушнике.
К моменту, когда автомобиль подъехал к блокпосту, его ждал весь караул. Немолодые ополченцы с любопытством рассматривали петлявший между блоков внедорожник, но оружие из рук не выпускали, готовые в любой момент открыть огонь. Проехав укрепления, Борис остановил машину и выбрался наружу.
— Мой напарник в этой операции, майор Касаткин-Ростовской, — отрекомендовал его Несвицкий.
— Здравия желаю, господин майор! — сказал сержант и представился: — Командир поста Стецюра. Кого вы привезли?
— Посмотрите, — пожал плечами князь.
Сержант включил фонарь и осветил кабину внедорожника. На несколько мгновений замер, разглядывая пленника.
— Мужики, да это Яйценюх! — воскликнул хрипло. — Волхвы отловили эту гниду. Ну, теперь ему п…да!
Прежде, чем Николай успел опомниться, Стецюра вытащил из автомобиля пленника и, прислонив того к машине, замахнулся фонарем.
— Стоять, сержант! — метнулся Николай и отшвырнул Стецюру в сторону. — Не сметь! Под трибунал пойдешь.
— Да он!.. — набычился сержант. — Да знали б вы, скольких тут убили по его приказу! А он лыбился в камеры и говорит, что будет дальше убивать, потому что мы не люди.
— Он за все ответит, — успокоил Николай. — Но сначала будет суд. Не подменяй его, сержант!
— Ну, хоть разок по роже съезжу? — попросил Стецюра.
— Испортишь пленному товарный вид, а мне сдавать его начальству, — ответил Николай. — И без того его помял, вдобавок, видишь, обоссался гад. Воняет от него, — он посмотрел на пленника. — Что, генерал, не ожидали оказаться в Царицино? Представлюсь — я волхв Несвицкий. Вы послали снайпера, чтобы меня убить. Как понимаете — не вышло. А я решил нанести ответный визит. Ну как, доволен результатом, гнида?