Наказание для продюсера (СИ)
— Ну… Златогорский гоняет сильно. Это все знают. Ошибок не прощает и чтобы выбрать его, нужно быть либо глупцом, либо сумасшедшим. Он же загоняет тебя до вывалившегося языка.
— То есть Цветков — это легкий путь к победе, Лаура — путь не только к победе, но и к модельной карьере, а Златогорский — тиран и деспот?
— Да, — кивает собеседница. — Не удивлюсь, если у него вообще победительницы не будет.
— Она где-нибудь в больничке с нервным срывом будет валяться.
— В дурке, Ник, — хохотнув, поддерживает ее вторая девушка. — А это не тебя зовут? — спрашивает она меня.
— Где? — настороженно интересуюсь, прислушавшись к шуму, так как из-за всех разговоров вокруг ничего не слышно. Ни телевизора, на котором ведется трансляция, ни девушку, контролирующую выступления. Мы ее назвали Командирша.
— Номер семнадцать! Приготовиться! — слышу вдалеке.
— Меня! — подтверждаю я, чувствуя, как бешено колотится сердце.
— Номер семнадцать, три минуты до выхода! — повторяет Командирша.
Господи! Три минуты! Всего три минуты… Кто-нибудь, спасите! Уберите дрожь, успокойте мои нервы…
— Вы готовы? — спрашивает меня девушка в черном, держа рацию у лица. — Я могу сказать, что мы готовы?
— Да! — ко мне возвращается уверенность.
— Тогда — вперед, — подмигнув, говорит она и слегка толкает меня в сторону выхода на сцену. — Номер семнадцать отправила!
Однако, каждый шаг, приближающий меня к сцене, понижал мою уверенность, превращая меня в трусливого подростка, которого позвали к директору и сейчас за что-то будут отчитывать. Я вовсе не боюсь сцены, меня пугает тот факт, что сейчас на меня будут смотреть несколько миллионов человек, среди которых бабушка, дедушка, мама, папа, братья, Ева, Кирилл — вся моя многочисленная семья.
Но ради них, я и должна быть самой лучшей тут! Знаю, что они переживают сейчас не меньше меня.
Как только я делаю шаг из-за кулис, меня ослепляют прожекторы, заставляя морщиться в начале, а затем они тухнут и им на смену приходит мягкий свет сценического освещения. Собравшись с духом, мысленно даю себе подзатыльник и заставляю улыбаться. Уверенность мгновенно возвращается, чтобы позволить мне легкой походкой от бедра дойти до микрофона. Взглядом нахожу диван, на котором сидят продюсеры и улыбаюсь каждому из них.
Лаура доброжелательна и отвечает тем же, Дмитрий подмигивает, а Златогорский смотрит на меня с каменным лицом. Будто бы сейчас не участница пришла, а на сцену полено вынесли. В зале около пятидесяти гостей, которые приглашены сюда в качестве массовки.
— Представьтесь, — произносит Дмитрий, когда я подхожу к микрофону.
— Меня зовут Роксен. Мне восемнадцать лет. На проект я пришла, чтобы победить! — выдаю заученный текст.
— Браво! — хлопает продюсер в ладоши. — Роксен, это все мы слышали в ролике о тебе, поэтому расскажи нам что-нибудь интересное — то, чего мы не знаем.
В ролике? В каком еще ролике?! Ай, ладно, потом у Дмитрия спрошу.
— Оу… Я люблю шоколад, — произношу первое, что приходит в голову, и с улыбкой смотрю на Дмитрия, передавая взглядом благодарность за утренний презент.
— Прекрасно. И еще один вопрос: с каким животным ты себя ассоциируешь? — спрашивает Дмитрий.
Животное? Они серьезно? Хотя, глядя на их лица, понимаю, что они абсолютно серьезны. Разве задают такие вопросы на вокальном конкурсе? В чем логика? Но… о какой логике может идти речь, если даже в анкете участника ее не было.
— С хомячком, — хмыкая, пожимаю плечами
— Довольно интересный выбор, — со смешком, комментирует Лаура. — А почему с ним, если не секрет?
— Они милые и шустрые, — отвечаю им скрыв главную причину.
А еще они любят поесть… прямо как я.
— Хорошо, — сдерживая смех, соглашается Лаура. — Предлагаю перейти к следующему этапу. Споешь нам? — ласково улыбаясь, как мама своему ребенку, спрашивает она.
— Да, конечно.
Для сегодняшнего выступления я выбрала сочиненную мной англоязычную песню, в которой говорилось о девушке, мечтающей о любви. Героиня искала ее в каждом прохожем, находя лишь лед в их глазах. Люди толкали ее, сбивали с ног, но девушка упорно вставала и шла вперед — к своей мечте, пока не отчаялась и не оглянулась. Она надеялась найти ответы в прошлом, а увидела голубоглазого красавца, в чьем взгляде пылал огонь самой настоящей любви к ней. Этот огонь согревал мечтательницу, не давая ей замерзнуть среди холода чужого равнодушия.
— I love you, my cold fire… — пела я, полностью отдавшись эмоциям, позабыв о продюсерах, о зрителям и даже, кажется, о самой себе.
Была только песня и мой голос, дарящий ее всем вокруг.
Как только я закончила петь, зал взорвался громкими аплодисментами. В глазах жюри я увидела то, чего так жаждала — восхищение. Счастье наполнило до краев мою душу.
— Роксен, это потрясающе! — заговорил Дмитрий. — Мой голос с тобой!
— Мой голос тоже с тобой, Роксен, — тут же произнесла Лаура, а я почему-то смотрела на Златогорского, в ожидании его решения.
— Мой голос тоже с тобой, — наконец, произносит Златогорский, подняв на меня свои голубые глаза, которые горели интересом и восхищением. И чем-то еще — непонятным мне.
Наши взгляды встретились в немом диалоге, где каждый понимал другого. Продюсер видел мой страх и просил успокоиться. Говорил, что все будет хорошо. А я верила ему и как ни странно успокаивалась.
— Роксен, три продюсера за тебя. Решение за тобой, — вмешивается Дмитрий, разорвав ту нить связи, что возникала между мной и Златогорским. — К кому хочешь ты?
Чего хочу я? Победы и точной уверенности, что меня не зачислят на экономический факультет? Известности? Или возможного проигрыша, вечной войны, но действительно бесценного опыта рядом с Златогорским?
Мне нужна победа! Опыт? Я получу и его!
— Я выбираю…
Глава 25
Ксюша
— Я выбираю Златогорского, — делаю выбор, чем подписываю себе приговор.
Это приближает меня к ненавистному экономическому факультету, потому что я не знаю, как сложится наше с Владом сотрудничество. Да, я могла бы выбрать Цветкова и сразу же оказаться победителем, ведь он дал мне прозрачный намек на мою победу. Могла назвать его имя и получить все, что я хочу. Вопрос в том, нужно ли мне это такой ценой? Не является ли целью конкурса честная конкуренция и получение бесценного опыта. Мне нужны преграды на пути к победе, иначе я расслаблюсь и перестану идти к цели. Борьба всем нужна. Неважно с кем — с самим собой, с другими, с окружающим миром.
Как ни странно, я уверена, что Златогорский научит меня многому. Да, он — тиран, деспот, индюк, но прежде всего он — профессионал своего дела. Знаю, что будет нелегко с ним, но и я не из слабых и хрупких. Я тоже могу вставить парочку ласковых и показать ему, что не собираюсь плясать под его дудку. Конечно, я буду уступать, но не всегда.
Решающим фактором для принятия такого решения стала моя новая цель: победить в команде Златогорского. Стать лучшей из тех, кого он выберет! Я буду слушать каждый его совет, вникать в каждую его мысль. Если понадобится, влезу в его голову и пойму, чего именно он от меня хочет. Я стану его Галатеей, его лучшим творением и получу победу, что будет слаще мёда, ведь она будет заслуженной и добытой кровью и потом.
Лаура… Почему я не выбрала ее? После слов блондинок я перестала ее воспринимать как продюсера. Для меня Лаура — путь к модельному бизнесу, а им я занимать не хочу. А если уж и захочу, то тут мама сама мне красную дорожку постелит, так как сама часто участвует в показах, демонстрируя одежду для бизнес-леди и меня не раз приглашала выйти с ней на подиум.
Еще одним из факторов, что подтолкнул меня к выбору Златогорского стало то, какими глазами продюсер смотрел на меня. Страстно, желанно, вдохновенно. Я хотела вновь видеть этот взгляд — когда он смотрит на меня и восхищается. Я не могла позволить, чтобы он так смотрел на кого-нибудь другого! Ни на ту рыжую, ни на кого… Только на меня!