Оборотень на диете или я ушла, и все наелись (СИ)

Бен! Я поеду в Старброк! Там в горах можно спокойно выпустить зверя на волю! Там нет никого, кого бы я любила. Ни семьи, ни бой френда.
С Беном мы не общались уже пять лет. Отец не проявлял ко мне интереса, не звонил, не звал в гости. Мое общение с Беном ограничивалось отправкой двух открыток на Рождество и день его рождения. Меня он не поздравил ни разу. Мы с Беном абсолютно не нуждались в друг друге. Между нами была не ненависть, а полное равнодушие. Семья отца меня практически не признавала, я для них была больше Ламар, чем Джексон. Может, из-за этого я после развода Мари взяла себе фамилию бабушки. В глубине души, я была оскорблена их пренебрежением. Моего двоюродного брата Вика, бабка Стася всегда брала к себе на каникулы. Они с дедом жили в убогом поселке в двухстах милях к югу от Старброка. Я не удостаивалась приглашения ни разу. Только, когда Мари лично просила, они милостиво разрешали привезти меня на пару дней. Тетка Айлин, старшая сестра отца, всегда плохо отзывалась о Мари, словами, которые мне не хотелось повторять даже мысленно, абсолютно не заботясь о моих детских ушах.
В Старброке никто не вызовет у меня эмоций. Там все чужое. Дом Режины продан. Жилище Мари и Бена никогда не было родным. Там вдали от дома я смогу как-то научиться жить. Я больше никогда не вернусь, и никто не погибнет от моих зубов.
Перспектива быть всю жизнь несчастной меня мало беспокоила на данный момент. Вопрос о безопасности Бена, с которым я собиралась жить под одной крышей, волновал более всего.
В конце концов, я могу поселиться от него отдельно. Наше совместное проживание на первых порах должно стать просто отмазкой для Мари. Мои детские обиды на отца давно канули в лету. Я даже смутно, представляла себе, как он выглядит, и чем он дышит, настолько далеки мы были от родственной близости. Врядли Бену удастся задеть меня настолько, чтобы вызвать приступ ярости. Думаю, я какое-то время смогу находиться с ним рядом, не подвергая его опасности. А потом вообще уехать. Куда я поеду, и на что буду жить, я смутно себе представляла. Я уцепилась за одну единственную мысль – уехать, а там посмотрим.
«Я подумаю об этом завтра» - так говаривала моя любимая книжная героиня Скарлет О`Охара из «Унесенных ветром».
Я дождалась пока вся семья разедится, с трудом сползла с кровати и поплелась в гостиную, там, на тумбочке лежал большой обтрепанный от частого употребления телефонный справочник.
Перед глазами все плыло, меня мутило, голова отчаянно кружилась. Я споткнулась о пресловутую ступеньку и кубарем скатилась по лестнице, сильно ушибив бок. Физическая боль немного отрезвила мозги, и я смогла без труда найти нужные мне телефоны аэропорта в Анкоридже. Нельзя мешкать, необходимо отрубить себе пути к отступлению, если я немного затяну с отъездом, то могу и передумать. А к каким, именно, последствиям приведет временная задержка, мне не хотелось задумываться. Воображение тут же услужливо подбрасывало мне страшные картинки: разорванного на части Кела, удушенную Кики, истерзанную Мари, и клетку в зоопарке куда меня поместят, если перед этим не пристрелят, как бешенную собаку.
Пути назад нет!
Я заказала билеты до Хьюстона, других вариантов на сегодня любезная барышня из регистратуры аэропорта мне предложить не смогла. Тот факт, что придется делать огромный крюк по штату меня, не смущал. Я должна уехать сегодня же. Долгая дорога поможет лучше разобраться в себе, и хорошенько продумать план действий на будущее. Зверь врядли выскочит в ближайшее время, огромное количество выпитых таблеток, пускай не убило, но сильно ослабило нас обоих, и я почти не чувствовала чуждое шевеление внутри себя.
надо поговорить с Беном, и несказанно обрадовать папочку перспективой близкой встречи с родным чадом – невесело подумала я.
Номер Бена я нашла с трудом. Пришлось, превозмогая приступы близкого обморока, тащиться обратно наверх в комнату Мари. В ее комоде хранилась старая записная книжка, в которой я надеялась найти то, что искала. Педантичность Мари меня не подвела. Строго на букву джей, необходимые мне координаты были написаны округлым аккуратным почерком мамы.
 
Я со вздохом взяла телефон, после пятнадцати мучительно долгих гудков, трубку наконец-то взяли.
- Алло – раздался хриплый заспанный голос.
Так, так. Бен снова без работы. Уже десять утра, а он спит дома. Что ж это упростит мою задачу.
- Привет, пап. Это Эшли – я старалась говорить как можно более дружелюбно, как ни в чем не бывало, словно не было между нами пятилетнего молчания.
-Кто? – удивленно переспросил Бен.
Я постаралась скрыть растущее раздражение. Мог бы для приличия хотя бы притвориться, что помнит имя дочери, или я у него не одна?
- Эшли – твоя дочь – как можно спокойнее повторила я.
- И чего тебе надо? – грубо спросил Бен
Прекрасно папа. Боюсь, что мой ответ тебя сильно удивит.
- Я переезжаю к тебе жить на все лето – я не просила, я просто ставила перед фактом.
В трубке раздалось длительное молчание, видать бедняжка Бени с трудом переваривал, полученную информацию.
-Какого черта вы с Мари придумали? – растерянно и все так же грубо переспросил он.
- Мари здесь, совершенно ни причем – перебила я Бена – Это мое решение. Целиком и полностью. В следующем году я поступаю в колледж и начну жить самостоятельно. До этого я бы хотела наладить отношения с отцом! Или ты забыл, кем я тебе прихожусь? Ты точно также ответственен за меня, как и Мари. Когда ты в последний раз вспоминал о существовании в твоей жизни дочери? Ты не можешь отказать мне в такой малости!
Я как могла давила на Бена. Никогда раньше не позволяла себе разговаривать с ним таким агрессивным тоном.
- Н-да? А когда ты в последний раз вспоминала о дочернем долге? – рявкнул мне Бен.
Ох, Бени, Бени, я порву тебя как собака тряпку.
- Фу, папа, как не стыдно. Ты, что же будешь соревноваться в упреках с подростком? От кого зависят в большой степени хорошие отношения? От родителя или ребенка? Ты ведешь себя как маленький! Да, я была на тебя в большой обиде. Если бы ты сделал, хоть что-нибудь, чтобы наладить наши отношения, я бы тебя не оттолкнула. Ты же мой отец. И когда я повзрослела и сама иду к тебе навстречу, что же я слышу в ответ? Не думала, что ты настолько жестокий. Грег никогда бы не отвернулся от меня.
Упс, удар ниже пояса. Отец ненавидел Грега. Пока мы оставались в Старброке, между ними всегда шло негласное соревнование. В свое время они попортили много крови друг другу. И Грег в результате вышел победителем в борьбе за маму и меня.
- Э-э, Эш, не думаю, что это хорошая идея. У меня сейчас туговато с деньгами. Я продал наш дом в Старброке и купил небольшую ферму. Дела идут не очень хорошо. Не думаю, что смогу прокормить тебя. Самому несладко.
Ферма. Вдали от города. Прекрасно! Я почувствовала вкус близкой победы. Деньги! Ну, конечно, папочка, эту проблему я решу.
- Бен, я сама могу себя содержать. Ты же знаешь, Режина оставила мне деньги, и я совершеннолетняя, и имею право распоряжаться средствами по своему усмотрению. Я могу готовить для тебя и стирать. Я буду вести себя тихо, ты даже не заметишь меня.
В трубке помолчали.
- Эш, скажи честно, ты поцапалась с Мари или с Грегом, и теперь мстишь им? – уже более покладисто спросил отец.
Все, Рубикон перейден.
- Нет! И Грег мне не отец – снова напомнила я – Папа, я уже заказала билеты, деньги заплачены. Говорю же, я не доставлю никого беспокойства! Продиктуй мне, пожалуйста, свой новый адрес – настойчиво просила я.
- Эш, я не знаю. А Мари не против? – в его голосе отчетливо слышались нотки капитуляции. Возможность насолить Грегу, позлить Мари, да еще и за бесплатно, что может быть лучше!
- Мари не может запретить нам видеться. Ну, пожалуйста, папочка – захныкала я, как в детстве.
разговор не занял и пары минут. Бен сдался и продиктовал мне адрес. Правда он все еще возражал на моем присутствии целое лето, мы сошлись на трех неделях, что меня вполне устраивало, я не собиралась с ним долго жить. Не смотря на стойкое неуважение к родному отцу, мне все же совершенно не хотелось навредить ему как морально, так и физически.