Ведьмы не проигрывают (СИ)

Его взгляд не был хищным, или заинтересованным. Его взгляд не выражал ничего, но в то же время я не видела в нём равнодушия и пустоты. Бело-красные глаза просто поглощали меня.
О чём он думает?
— Господин Шаилион…
Я встала на ноги и опустила взгляд на стол, на котором были мои вещи.
Он всё ещё смотрит на меня. Я чувствую.
Когда декан назвал моё имя, я вздрогнула от неожиданности:
— Амалия, я обратил внимание, что ты уже не первый раз хочешь что-то мне сказать. Тебя что-то беспокоит?
Я выпучила глаза и стала судорожно собирать свои вещи в сумку.
— Нет, что Вы, господин Шаилион… Вам показалось просто.
После этих слов Эвиас встал со стула, обошёл стол и оказался рядом со мной. Я тут же потеряла способность двигаться, и замерла в неестественной позе.
— Ты хочешь сказать, что мне что-то показалось? — спросил мужчина, глядя на меня сверху вниз.
— Что? — ручка, которую я держала в руках, снова упала на пол. Я беспомощно посмотрела на неё, но в этот раз я даже не предприняла попытку поднять её с пола. Я была в оцепенении. — Гос… Господин Шаилион, я не это имела в виду, я просто хотела сказать, что…
Всё, это конец. Попалась!
— Что ты имела в виду?
От строгого тона декана, от своей неуклюжести и нескладности я… Я заревела, да. Умоляю, ничего не говорите! И так обидно. Декан был непреклонен:
— Мне не показалось, Амалия, — произнёс он, но уже мягче, — Я чувствую твою нервную энергию, и уже не в первый раз. Если у тебя происходят какие-то проблемы, то ты всегда можешь обратиться с этим к госпоже Клентрод.
— Да, я знаю…
Неужели пронесло?
— Или ты хочешь поговорить именно со мной?
Или не пронесло?
Я сделала глубокий вдох и сказала, немного успокоившись:
— Всё в порядке, господин Шаилион. Наверно, Ваша сильная энергетика делает это со мной.
Эвиас посмотрел на меня, после чего молча сел обратно за свой стол.
— Это многое объясняет, — сказал декан, после чего я поняла, что разговор исчерпан.
Я собрала свои вещи, и, попрощавшись с мужчиной, вышла из аудитории.
Меня обуревали смешанные чувства. Как он понял мои слова? И что он имел ввиду, когда сказал, что это многое ему объясняет? Понял ли он влюблённость девчонки, или сделал какие-то свои, только ему одному известные выводы?
В любом случае, у меня на душе скребли кошки, осадок после разговора с деканом остался неприятным. Я злилась на него. Да, я злилась. За то, что он надавил на меня, за то, что (как мне показалось), проявил высокомерие.
С другой стороны, он же волновался за мои чувства, разве нет? Он хотел выяснить, что происходит со студенткой его факультета, он почувствовал, что со мной что-то не так. И теперь мне стало стыдно за свою злость. Она показалась мне несправедливой.
На себя злись, дура. Зачем вообще было затевать это всё. Сама виновата в этой ситуации.
— Я больше никогда не подойду к господину Шаилиону, — пробурчала я себе под нос, дав себе железобетонное слово, что больше не совершу поступков, которые могут привести к таким вот ситуациям.
Я добралась до столовой и нашла своих одногруппников, которые уже доедали.
— Ну и вид у тебя, что-то случилось? — спросил Марк, допивая ягодный морс из стакана.
— Да нормально всё, просто волнуюсь перед сегодняшней медитацией, — не моргнув, соврала я.
— Что за медитация? — спросил Наим, поправляя очки, — Вроде для дополнительных занятий ещё рано.
— Да меня будет знакомый обучать, — махнула я рукой в надежде, что ребята потеряют интерес к этой теме.
Я быстро назвала то, что хотела съесть, и когда еда появилась, я сосредоточилась на ней, давая окружающим понять, что когда я ем — я глух и нем.
Когда я пришла в свою комнату, я выдохнула. Сегодня, честно говоря, я устала от общения с людьми. У меня даже возникло желание отменить занятие с Ветром, но, когда я выполнила задание по ИЧМ (к завтрашнему дню нужно было подготовить письменный доклад по истории Мола и Дола), ко мне снова вернулись силы, и я подумала, что отменять ничего не буду. Ну, что я, в конце концов, настолько слабая, что меня может выбить из колеи неприятный разговор? Да, общение с Эвиасом не оправдало моих ожиданий, так что теперь… Сколько ещё будет в жизни подобных ситуаций? От этой мысли по телу пробежала дрожь.
 
Наступил вечер, и после ужина я и Альберт пришли в мою комнату. У Ветра была очень позитивная энергия, которая как-то сразу настроила меня на рабочий лад.
— Только Альберт, пожалуйста, без жёсткой критики, — попросила я, когда мы сели на мягкий ковёр на первом этаже моей маленькой «квартирки», напротив большого панорамного окна, — У меня, ну, совсем не получается медитация.
— Я пришёл не критиковать тебя, я пришёл помочь, — улыбнулся Альберт, Давай приступим. Расслабься. Закрой глаза. Освободи свой мозг от мыслей. Прекрати внутренний диалог.
Я послушно закрыла глаза. Расслабляю мышцы ног… Живота… Рук…
Блин, как нос-то чешется.
Не чеши… Не чеши! Терпи!
— Я почешу нос?
— Конечно.
Ни о чём не думай.
…
Компот на ужине был классный.
А я вообще красиво сижу? Всё таки парень на меня смотрит… Не уляпалась на ужине соусом?
Так! Тихо! Не думай ни о чём!
…
Господин Шаилион, всё-таки, красивый мужчина!
Волосы эти его, конечно, отпад. А как он целуется интересно?
— Так, Альберт, — я открыла глаза, — У меня вообще ничего не получается! Мысли лезут в голову сами по себе!
— Это нормально, Амалия. Так бывает у всех в самом начале. Сейчас сосредоточься на дыхании. Закрой глаза и почувствуй, как воздух медленно заполняет твои лёгкие, а потом выдохни, и почувствуй, как лёгкие освобождаются от него. Давай, пробуем.
Я снова закрыла глаза.
Вдох. Лёгкие наполняются воздухом.
А что, если Эвиас…Нет!
Выдох. Я чувствую своё сердцебиение.
Вдох… Выдох…Вдох… Выдох…
По моим внутренним часам прошло минут десять, и я понимала, что я прислушиваюсь только к своему дыханию. Мысли, которые спонтанно появлялись в моей голове, тут же исчезали. Я сосредоточилась на дыхании, мне было интересно только дыхание, только вдохи и выдохи.
Я открыла глаза и посмотрела на Альберта. Мы улыбнулись друг другу. Мы без слов поняли, что получилось, и первый урок прошёл успешно.
  
Глава 29
 
Глава 29
Наступил новый день. Я успешно сдала доклад по ИЧМ, а на ФКТ господин Тастрон замучил нас тренировками до изнеможения, поэтому до аудитории предмета «Осознанные сновидения» я доплелась с трудом.
Госпожа Мортол, в бирюзовом длинном платье из бархата, смотрела на нас чуть прищурившись, давая нам базовые знания по осознанным сновидениям.
— С сегодняшней ночи вы должны научиться входить в состояние фазы — это особое состояние, когда ваш разум находится между сном и реальностью. Для этого вам необходимо просыпаться каждые два с половиной часа и снова пытаться уснуть, при этом необходимо попасть в фазу.
Занятие, в общем, было теоретическим, и весь час мы писали техники, благодаря которым можно попасть в эту самую фазу. А ещё я узнала, что сонный паралич, оказывается — это тоже фаза — осознанный сон.
— Как мы должны нормально не спать? — возмущался Марк, когда после обеда я, он, Наим и Алим сели в парке на скамейку.
— А я и так плохо сплю, — сказал Наим, потупив глаза, — Потому что вы громко храпите.
Я засмеялась, Марк стал возмущаться. Алим выглядел серьёзным.
— А я часто выхожу в осознанные сновидения, — сказал вдруг он, — На самом деле классная штука. Можно летать, можно оказаться на любой части света, побывать в разных мирах, которых даже не существует. Разгружает очень.
Мы не знали, что на это сказать. Никогда бы не подумала, что в этом огромном суровом парне, оказывается, есть что-то такое, ну, как сказать… романтичное, что ли?