Ведьмы не проигрывают (СИ)
Страницы были исписаны от руки. Наверно, это писал Эвиас, собственноручно. Я пролистывала страницы и наткнулась на надпись: «Защитные заклинания от запрещённых атак», и список из семи основных заклинаний.
И я начала их учить, сожалея, что отрабатывать мне их не на ком.
Проснулась я утром, с книгой в руках, и, даже не позавтракав, продолжала зубрить слова заклинаний, и повторяла движения, которые должны были сопровождать каждое из них.
В последний день, перед заключительным испытанием, я прогоняла всю информацию, которую узнала за последнюю неделю, и была, кстати, очень довольна собой. Аскольд же был как на иголках:
— Амалия, давай в этот раз без опозданий! Ты приготовила одежду на завтра? Я останусь ночевать сегодня — поеду на работу от тебя. Ты как маленький ребёнок, и тебя нужно будить, а то сама не можешь проснуться, — ворчал он, — И что это у тебя за еда постоянно? Нельзя питаться одними бутербродами!
Я с теплотой смотрела на Гриффа — он стал настоящим другом для меня. У меня сердце сжималось от мысли, что он не видит свою родную дочь. Плакать от бессилия хотелось — я никак не могу ему помочь, а если у меня представится возможность это сделать — я обязательно сделаю. В лепёшку разобьюсь, но сделаю!
Утром я проснулась раньше Аскольда, чтобы повторить заклинания, после чего отправилась готовить завтрак. Грифф, который спал на кухне, потянулся на стареньком матрасе и встал с пола:
— Доброе утро, — сказал он, направляясь в ванную, — Как настроение?
— Боевое! — соврала я.
— Я рад это слышать, — раздался голос Аскольда из ванной.
На самом деле, меня трясло. Вы когда-нибудь сдавали экзамены? А сражались в битве с магом, хоть и начинающим? Ну, вот.
Мы позавтракали. Аскольд довёз меня до Академии на ступе, после чего отправился на работу, а я пошла в зал испытаний.
«Зал пыток» — пронеслось в моей голове.
Я не знала, сколько человек прошло на третье испытание, но к его началу, напротив судейского стола стояло восемь человек, включая меня. Всего восемь прошло! И это из тридцати!
Я посмотрела на судей, Эвиас о чём-то переговаривался с коллегами, изредка показывая на нас — абитуриентов. Сегодня декан был в такой же чёрной мантии, как и другие судьи. Его амулет висел на груди.
Испытание началось — декан произнёс первые имена.
Пространство арены ограждалось силовым полем в виде большого купола — оно еле видно вибрировало. Первая пара соперников — двое юношей — зашли в огороженное пространство, и встали друг напротив друга. Светлый парень вызвал своего фамильяра — большого чёрного ворона, а у второго — брюнета — из амулета выполз жирный паук.
Соперники закидывали друг друга заклинаниями, отбивались, изредка использовали фамильяров. Энергия, которая исходила из их рук, иногда попадала в силовое поле, и оно начинало вибрировать сильнее — поглощая магию и защищая от неё зрителей. Борьба была очень напряжённая — паук и ворон кидались друг на друга, создавая какую-то свою, личную магию. На арене то зажигался огонь, то разливалась вода, которая вдруг замерзала, от чего пол становился скользким и соперники падали.
Бой закончился внезапно — брюнет применил заклинание, которое связало фамильяра противника — ворона — в невидимые нити. Блондин кинулся выручать птицу, но через мгновение лежал на полу, со связанными конечностями.
— Марк Лурок, — раздался голос Эвиаса, — Поздравляю, ты поступил на факультет «Колдовство».
На арену пригласили следующую пару. Победил длинноволосый, худой и бледный парень с фамильяром вороной. Парня звали Наим Каннот. Я посмотрела на него с уважением и опаской — кажется, на арене он вызвал какого-то небольшого тёмного духа. Сильный соперник, да.
В следующем поединке победил угрюмый серьёзный юноша, которого звали Алим Громов — он практически сразу снёс своего соперника сильным энергетическим ураганом — тот даже фамильяра не успел вызвать. У самого Алима на плече сидел сокол.
Осталась я и девушка, которую я запомнила ещё с первого испытания — Даниэла Брифт. Брюнетка окинула меня высокомерным взглядом, когда Эвиас произнёс наши имена. Я нахмурилась — вот жучка!
Когда Даниэла начала проходить на арену, раздался громкий хлопок, потом вспышка, и мою соперницу откинуло на несколько метров.
— Нарушительница! — услышала я возмущенный крик одного из судей, — Попытка пронести запрещённый правилами предмет! Дисквалификация!
Я оторвала взгляд от корчащейся от боли Даниэлы, которая лежала на полу, и посмотрела на судейский стол, на Эвиаса. Декан стоял, а в его глазах сверкали молнии. Даниэлу вывели из зала, выглядела она неважно.
— Как проводить испытания дальше? — спросил господин Лаир, — Пригласите помощника!
— Нам не нужен помощник, — спокойно сказал декан, спускаясь на арену, — Я сражусь с Амалией.
Меня будто холодной водой обкатили — Что? Я и великий экзорцист Эвиас Шаилион?
— Иди на арену, — негромко приказал декан, проходя мимо меня.
И я послушно подчинилась, идя на арену на ватных ногах.
Мы встали друг напротив друга. Я сделала глубокий вдох и призвала Огаву. Мой соперник улыбнулся краем глаза, и из его амулета, окутанный туманом, вышел фамильяр
Не может быть…
Глава 15
Глава 15
Туман рассеялся и передо мной появился огромный белый волк. В его шерсть были вплетены крупные разноцветные бусины. Глаза волка были жёлтыми, а энергетика, которая шла от него… в общем, я, честно говоря, потерялась. Огава же стояла, и смотрела на соперника острым и сосредоточенным взглядом. Её уверенность вернула меня в реальность.
Но ещё больше привели меня в себя слова Эвиаса:
— Мерк, нападай!
И тут же вокруг белого волка начал подниматься вихрь из маленьких тёмных частиц. Мерк подался вперёд, и все они, очень быстро, полетели в нашу с Огавой сторону.
— Огава, используй заклинание космической защиты! — проорала я, рисуя рукой магические символы, для объединений наших энергий, и искренне волнуясь за безопасность своего фамильяра.
Черная волчица подняла морду вверх, набирая с лёгкие больше воздуха, а когда резко опустила — прозрачная энергия брызнула в сторону вихря, они смешались, и всё исчезло.
Эвиас улыбнулся уголком рта.
Секунды тянулись, как вечность, и я, опасаясь нового нападения, быстро произнесла, рисуя замысловатые символы:
— Касание Неведомого и Ведомого, да будет нанесён удар Великого Стражника!
Из нарисованной мной печати вырвалась тёмная тень, похожая на большую бесформенную кляксу, и стремительно ринулась к Эвиасу.
Декан не произнёс ни слова. На его лице не дрогнула ни одна мышца. Он лишь поднял руку, щёлкнул пальцами, и тёмная тень развернулась. Теперь её мишенью была я.
Но я уже не боялась. Я вошла во вкус. Я чувствовала сильную энергию в своих руках.
— Огава, — позвала я фамильяра, рисуя руками меч из света, — Ко мне!
Волчица подбежала ко мне и слилась с мечом, от чего он приобрёл материальную оболочку. Я подняла светящееся ярким светом оружие и разрубила тёмную тень. Она распалась на сотни тонких нитей и исчезла.
Эвиас приподнял одну бровь. Я поняла, что смогла удивить декана, и это придало мне ещё больше уверенности.
Но ненадолго — не произнося ни единого слова, не рисуя никаких символов, декан отправил в мою сторону мощнейшую невидимую энергию. Я не выдержала напора и упала, больно ударившись головой. Перед глазами потемнело. Я почувствовала, как Огава подбежала ко мне, и начала облизывать мне лицо.
Собрав всю силу воли в кулак, я нарисовала огненный символ, и небольшой огненный смерч вырвался из моих рук. Я медленно встала на ноги, энергией рук увеличивая огонь смерча. Эвиас отправил мне на встречу такой же смерч, только из воды.
Огонь и вода встретились, столкнулись, и арену заполнил пар. Было совершенно ничего не видно. Я ждала, что туман рассеется, но этого не происходило.
Вдруг я почувствовала на своей шее чью-то руку, которая начала сильно сжиматься. От испуга я потеряла самообладание и стала хватать ртом воздух, как будто рыба, вытащенная на сушу. Но воздух не проникал в мои лёгкие. Я схватила руку на моей шее, и безуспешно пыталась отдёрнуть её.