Моё имя (СИ)

Закрыв глаза и буквально вжавшись в кресло, Сирил сказал вот что: «Правом, данным мне при рождении, нарекаю девушку, сидящую рядом, званием королевы и госпожи. Да перейдёт к ней часть той силы, коей я обладаю, чтобы больше никто и никогда не посмел посягнуть на законность власти, что она от меня получила. С настоящего дня и момента эта девушка — та, с кем я делю одну судьбу на двоих: королева всех и вся в этом мире».
Как только Сирил закончил говорить, я почувствовала у себя в спине жутко-неприятное покалывание и с трудом сдержалась, чтобы не захлопать в ладоши от радости. Вот она! Сила, способная убивать эксилей одной только мыслью! Стоит мне получить её — и контратака человечества наконец-то начнётся. Как же долго я этого ждала. Всё, через что прошла до сегодня — было лишь ради сего момента. Вот почему я так сильно вцепилась в королевский трон. Вот почему готова была пойти на всё, чтобы занять место Пандоры. Я знала, что, в отличие от неё, обязательно смогу в идеале освоить эту способность. И тогда чёртовым тварям воздастся за всё, что они у нас отняли.
Вот только… Предавшись планам на будущее, я не сразу заметила, что покалывание в спине прошло как-то уж слишком быстро. Вик говорил, что процедура передачи метки очень болезненная, и по ощущениям мне может казаться, будто символ выжигают на теле раскалённым железом. Однако ничего подобного я не почувствовала — было чутка неприятно и всё.
— Уже? — поинтересовался Сирил, тоже слегка удивлённо.
— Кажется, да, — ответила я, пока внутри с космической скоростью росло весьма нехорошее предчувствие.
— Тогда попробуй испробовать свою новую силу. Знаешь, как?
— Да. Ты объяснял мне это уже с тысячу раз.
Наобум я выбрала одного из стоящих в первых рядах стражников и запечатлела его усатое лицо в своей памяти. После чего закрыла глаза и, наполовину абстрагировавшись от этого мира, наполовину всё ещё за него цепляясь, отдала свой первый приказ. Я хотела сделать с эксилем то же, что и Сирил не так давно сделал с Дредом Понтийским — другими словами, сжать его рёбра стальной рукой почти что до хруста, однако, потерпела в этом деле сокрушительное поражение. Конечно, меня не раз предупреждали, что с первого раза может не получиться (даже Сирил учился управлять своей способностью довольно долго), однако, в тоже время, меня предостерегали и насчёт того, что каждая попытка будет (и должна) сопровождаться сильной головной болью. Я же тогда не чувствовала совершенно ничего — и это именно то, что пугало меня больше всего.
— Ты как? — заволновался Сирил, увидев смятение на моём лице. — Сильно больно?
— Нет, — я прошептала ему это на ухо, чтобы больше никто не услышал. — Почему-то я вообще не чувствую в себе изменений.
— Сейчас же прислонись к спинке трона и больше не двигайся. Не показывай никому свою спину и держись уверенно. Не волнуйся: с тобой всё в порядке.
Поскольку это был один из немногих случаев, когда в голосе Сирила звучала не просьба, а приказ — я не решилась ослушаться: прижалась спиной к мягкой спинке, закинула ногу на ногу и изобразила на лице полное удовлетворение собой любимой. Тем временем Сирил, в противовес мне, встал со своего трона и вышел вперёд.
— Радуйтесь все, так как ритуал метки завершился с успехом! Отныне и до конца своих дней Ада Норин-Девериус — ваша единственная и неповторимая королева. Прошу любить и жаловать. Долгих лет королеве!
— Долгих лет королеве! — в такт Сирилу подхватила толпа здесь собравшихся.
Его величество махнул головой, и все тотчас потянулись к выходу неорганизованной толпою. Возле двери быстро образовалась и столь же быстро рассосалась небольшая пробка — очень скоро мы с Сирилом остались одни в тронном зале. Яже поймала себя на мысли, что, будь у меня такая возможность, сбежала бы отсюда вместе с другими. Мне не хотелось смотреть Сирилу в глаза. Я чувствовала себя ошибкой, дефектом и браком, не способным оправдать ни его, ни свои ожидания.
— Можно взглянуть? — спросил мой новоиспеченный муж нежно и ласково.
 
Не найдя, что ответить, я просто повернулась к нему и выставила на обозрение и так уже оголённую дизайном платья спину. Ну, а по тяжкому вздоху, тотчас сорвавшему с губ Сирила, очень быстро поняла: мои самые худшие опасения всё-таки подтвердились.
— Там ничего нет, верно? — решила переспросить я на всякий случай.
— Да. Мне жаль. Не хочу давить на тебя, но, думаю, будет лучше, если мы с тобой сделаем вид, что всё прошло хорошо — так у знати не будет лишнего повода бунтовать против сегодняшней церемонии. Не распространяйся о случившемся, ладно?
— Это значит, что со мной что-то не так?
— Разумеется, нет. На самом деле, я предполагал, что именно так всё и будет. Ты — человек, не эксиль. Шанс того, что основанная на крови древняя эксильская магия сработает на тебе, изначально был очень мал. Однако для меня это абсолютно неважно. Теперь ты — моя королева, и я обещаю, что обязательно сделаю тебя счастливой. Ведь всё в порядке, — да, Ада Девериус?
— Конечно. Сегодня — самый счастливый день в моей жизни. И ничто не в силах его мне испортить.
Ложь. Полнейшая ложь. Ничто не в порядке. Все мои усилия оказались напрасны. Я зашла столь далеко, замарала руки в крови, душу в грязи — и всё зря! Да, я стала королевой, но что с того? Даже сейчас я абсолютно беспомощна и зависима от Сирила — со дня, когда шла босиком полем боя во время Жатвы, так ничего и не изменилось. Неужели это — расплата за все грехи, что в своей жизни я уже совершила? Подобное наказание слишком несправедливо! Разве я когда-нибудь отказывалась платить по счетам? Нет! Я уже давно смирилась с тем, что мне уготовано место в аду! Но в чём виноваты все остальные? Разве за десять лет они недостаточно настрадались?! Как же больно! Это слишком, слишком несправедливо!
Сирил потянулся ко мне, чтобы поцеловать, и, изобразив страсть и желание, я была вынуждена ответить ему тем же самым. Иначе было нельзя. Все мои надежды рухнули в один миг, однако, даже так, я не собиралась сдаваться. У меня всё ещё есть Сирил — самая удачная ставка за всю эту партию. Больше я не совершу ошибку — буду действовать наверняка и обязательно выжму все, что только можно и даже нельзя, из теперь уже действительно «моего» короля.
***
Скажу вам по правде: я ужасна волновалась из-за того, что должно было произойти. «Первая брачная ночь» — как оказалось, эта традиция распространена не только средь людей, но ещё и среди эксилей. Женская и ранимая часть моего сердца (да-да, иногда она тоже даёт о себе знать) замирала от одной мысли о том, что придётся отдать свой первый раз представителю столь ненавистной эксильской расы. С другой стороны, это же Сирил. Если это он — то всё должно пройти хорошо… правда ведь?
Сразу после свадьбы-коронации меня отправили принять горячую ванну. Там я понежилась около часа — не меньше. Было время обдумать дальнейший план действий, и я воспользовалась им на всё сто. В итоге пришла к выводу, что сейчас ни в коем случае нельзя опускать руки и нужно попытаться найти другой способ осуществить свои цели. Насчёт этого — я была не только уверена в том, что он есть, но даже знала, где именно следует его искать.
Когда вышла из ванной, было уже около десяти часов вечера — к Сирилу же я должна была попасть примерно к двенадцати. Стараясь не думать о предстоящей ночи, всё оставшееся время я просто расчёсывала свои белоснежные волосы и чертила в голове варианты развития дальнейших событий. Будет нелегко. Но нужно постараться: иного выбора просто-напросто нет.
Где-то без пятнадцати двенадцать ко мне в комнату постучалась дворцовая прислуга, чтобы проводить к королевским покоям. С выбивающим чечётку сердцем я накинула на себя шёлковый нежно-голубой халатик и последовала вслед за ними. Шествуя длинными коридорами, думала лишь о том, сколь сильно всё в этом мире изменчиво. К примеру, одна из служанок, составляющих мою настоящую свиту, чуть ли не каждый день устраивала какие-то пакости, когда я только попала в замок Девериусов. Сейчас же в моём присутствии она боится даже оторвать взор от кончиков своих туфель. Оно и понятно: на данный момент каждый в замке Девериусов (за исключением меня и Сирила) считает, что сегодня я обзавелась возможностью убивать его обитателей одной силой взгляда. Как же ж жаль, что это не так.