A Different Curse (ЛП)

Улыбнувшись, мужчина оторвался от губ Голда, когда встретился с сопротивлением его зубов. В его ярких глазах вспыхнула мрачная ухмылка. Теперь Белль могла рассмотреть его и оценить, как он выглядел. Губы человека были пухлыми и розовыми, глаза ярко-голубого цвета, со щетиной на лице. С лукавой ухмылкой он поправил костюм Короля, коснувшись его подбородка.
- Скучал по мне, Темный? – вызывающе спросил он, его кадык подпрыгнул, выглянув из шелкового шарфа на шее.
Румпельштильцхен перевел взгляд с него на Белль, сдерживая улыбку и поправляя его прическу.
- Джефферсон, что я говорил тебе об этом?
- Я не смог удержаться, - надулся мужчина. – Ты просто слишком аппетитный, разве он не аппетитный? – спросил он Белль, выдернув ее из оцепенения.
- Хм? О-о…Я… Я думаю, я надеюсь…
- Белль, это Джефферсон. Джефферсон, Белль. Мы… старые друзья, - смутившись и покраснев, пояснил он.
Джефферсон снова улыбнулся Белль и перевел взгляд на Голда, поджав губы.
- Вот дерьмо. Она твоя, не так ли? Ах, посмотрите, что я наделал. Вклинился в другие отношения. Мне действительно придется это прекратить когда-нибудь.
- Она… Она точно не моя, Джефферсон, - объяснил Румпель, а мужчина улыбнулся.
- Да, конечно, - он поморщил нос, улыбаясь. – Или она хочет ею стать. Ты, конечно, хочешь, чтобы она ею стала, не так ли? – игриво и дразня, спросил он.
Белль рассмеялась, и Джефферсон переключил все свое внимание на нее. Он снова улыбнулся, клацнув клыками, и быстро прикрыв рот.
- Ох, прости, прости. Как грубо с моей стороны, но ты замечательно пахнешь. Боже, это похоже на свежеиспеченную выпечку, - он кивнул на Румпеля. – И для него это восхитительно.
Он нежно взял руку Белль и поцеловал ее, когда его клыки снова исчезли.
- Я восхищен.
Белль покраснела, и он заскулил.
- Ваше Величество, как вы себя сдерживаете возле этого прекрасного цветка, - он надул губы и хихикнул.
- Я борюсь, - на удивление, глаза Румпеля были теплыми, а улыбка мягкой, в отличие от той, с которой он смотрел на других вампиров. Белль видела, как он общался с Джефферсоном, и поняла, что он ему нравится. В конце концов, ведь он не отстранился от поцелуя.
- Так что, это свидание? – спросил Джефферсон, обращаясь к Румпелю. – Что же это происходит? Вместо того, что бы схватить ее, как сделал бы капризный вампиренок, с криком «мое-мое-мое», ты устраиваешь свидание? По-моему, это так мило, - Румпель закатил глаза.
- Да, это свидание. Лично я хотел бы иметь отношения, не подпитываемые жаждой крови, - сказал он. Джефферсон рассмеялся.
- Да ладно, есть же кое-что еще помимо этого!
- Да, секс, - одновременно сказали Румпель и Белль, улыбнувшись друг другу.
- Именно! – хихикнул Джефферсон, обращаясь к Белль. – Но, я приношу свои извинения. Что ты могла подумать обо мне, когда я ворвался к вам и стал целоваться во время вашего свидания. Я – плохой, непослушный вампир. Должно быть, ты подумала, что я полный ублюдок.
- О, нет, нет, это не так, - мило заверила его Белль и сделала еще один глоток из своего бокала и, взглянув на оборотня за барной стойкой, попросила еще. – И я… хорошо, это могло бы быть нечто и похуже, - сказала она застенчиво.
Джефферсон хихикнул и оперся на стойку так, как будто хотел с ней посекретничать.
- Он нечто, не так ли? – он ухмыльнулся.
Белль взглянула через его плечо на Румпельштильцхена, который до сих пор выглядел удивленным, и улыбнулась чуть шире.
- О, да… он невероятный, - она улыбнулась. Джефферсон улыбнулся и посмотрел на короля, девушка смогла заметить тонкий шрам, проходящий вокруг его горла.
- Ты слышал это, Ваше Высочество, она думает, что ты невероятен, - он улыбнулся, подмигнув Румпелю, который усмехнулся. – Что? Я помогаю!
- Ты думаешь, что мне нужна помощь? – улыбнулся он, глядя на Белль, которая в этот момент готова была провалиться сквозь землю или свалиться в обморок под барную стойку. Его глаза просто приковывали, а голос Джефферсона был таким низким и завлекающим… Она сглотнула.
- Ваше Высочество, ты знаешь, что у тебя есть определенный типаж, - сказал Джефферсон, кивнув на Белль. Стоя рядом с ней, он склонился к ней, и повернул оба их лица к Голду. Щеки Белль все еще горели от алкоголя и собственной застенчивости.
 
Король вампиров подошел ближе и подцепил оба подбородка кончиками пальцев, смотря на них, как на драгоценные камни или на что-то в равной степени прекрасное. Большие голубые глаза, мягкие розовые губы, заметный острый подбородок и скулы… Он улыбнулся, проведя пальцами по их щекам.
- Я думаю, что есть некоторые схожие черты, - усмехнувшись, тихо признался он. – Это довольно забавно, не так ли? – сказал он, отпуская их. Белль сразу же потянулась за напитком и сделала два больших глотка. Джефферсон рассмеялся низким грудным смехом. – Однако, это объяснимо. Я всегда хочу самое лучшее.
Белль хихикнула, покачав им головой. Она не ревновала, она поняла, какие у них были отношения и что они были непродолжительными. Он бы упомянул, если бы у него было что-то серьезное.
Она чувствовала, что, возможно, однажды, у них было что-то намного большее, но это было в прошлом. Девушка была уверена, что даже тогда это было мимолетным и игривым. Белль спросила себя, искали ли они утешения друг у друга, чтобы облегчить боль. Она чувствовала ее в Джефферсоне, он многое пережил, и шрам на его шее в достаточной мере свидетельствовал об этом.
Джефферсон оттолкнулся от барной стойки и вздохнул.
- Ну, ночь еще ранняя, а мальчик должен поесть. Надеюсь, я увижу вас еще вместе? – он усмехнулся. – Я в восторге от встречи с тобой, дорогая, - он поцеловал ее в уголок губ, а затем Румпеля. – В последний раз! Клянусь!
Он рассмеялся и, прежде чем исчезнуть, напевая себе под нос, надел на голову цилиндр, который все это время лежал на стойке.
Белль вздохнула, покачав головой.
- Ну, это было… интересно.
Румпель сел рядом с ней, и взглянув на Грэма, кивнул ему. Через пару секунд бутылка искусственной крови появилась перед ним.
- Да, ну… Джефферсон всегда может заинтересовать, - он слегка улыбнулся.
- Я могу спросить,откуда, гм… - она провела пальцем по шее.
Он поджал губы.
- Джефферсон был превращен в вампира во время бунта во Франции во время первой революции, - пояснил он. – Его дочь, Грейс, так же была обращена. Кровь была везде, умирающие люди заполняли улицы Парижа, окровавленная брусчатка… молодых вампиров было достаточно, и их стали отлавливать. Джефферсон и Грейс были одними из них.
- После того, как они все были отловлены, их казнили на гильотине друг за другом. Каждая отсеченная голова взрывалась со всеми мозгами, жилами и жиром, и каждый следующий вампир сбрасывался на вершину этих останков.
К тому времени, когда пришел черед Джефферсона и Грейс, лезвие затупилось. Он замер в ожидании, что лезвие отсечет ему голову, но оно не отсекло ему голову до конца. Люди были в ужасе и стали атаковать, прежде чем это могло произойти с оставшимися монстрами. Включая маленькую Грейс.
Вампир склонился, тряхнув головой.
- Джефферсон пировал теми, кто забрал жизнь его дочери, но он никогда не простит себе того, что вовремя не вытащил лезвие из своей шеи и не спас ее. Это позор.
Белль посмотрела на дверь. Он едва улыбнулся…
- Как вы вдвоем..?
Прежде, чем она смогла получить ответ на свой вопрос, второй человек за этот вечер прервал их. И на этот раз Румпельштильцхен выглядел очень недовольным, услышав резкое «Вот вы где!».
Женщина. Старше Белль, с рыжими волосами и безумными глазами, слишком тощая и немного пошатывающаяся. Возможно, наркоманка? Но почему она… ох.
Белль была наслышана о людях, что принимали кровь вампиров для наслаждения, а не для исцеления. Очевидно, она вызывала такую эйфорию, этот эффект был ни с чем не сравним. Это так же было самым тяжелым наркотиком, существующим в этом мире на данный момент. Эта новость подкреплялась историями о вампирах, истощенных и пронизанных серебром.