На 127-й странице. Часть 3 (СИ)

На вокзале Тереза предложила пойти перекусить. Мы и правда завтракали достаточно давно, но моя спутница явно преследовала какую-то еще другую, дополнительную цель.
Столики в вокзальном буфете были совсем небольшими. Вдвоем можно было бы разместиться вполне комфортно. Но втроем уже было бы тесно. Впрочем, третьего стула и не было. Когда Тереза опустилась на один стул, я машинально занял второй, а Маккелан-младший вынужден был остаться стоять рядом. Его это явно не устраивало, и он заявил:
— Так вы мистер Деклер?
По голосу было понятно, что он проявляет не просто любопытство. Я кивнул.
— Редакция больше не нуждается в ваших услугах, — сказал Маккелан-младший.
Тереза удивленно смотрела на нас обоих.
Тем временем, главред «Метрополитена» достал из кармана пиджака блокнот, который оказался чековой книжкой, и что-то стал в нем черкать. Потом он вырвал листок и протянул его мне.
— Кажется на эту сумму вы договаривались с моим отцом?
«Ныне покойным», — пришла мне в голову мысль.
— Все верно, — вслух сказал я, взял чек и, не глядя, положил его в карман.
Под взглядом, ничего не понимающей Терезы, мне было не по себе. Маккелан-младший добился своего. Я чувствовал себя продажным наемником, с которым расплатились за что-то грязное.
— Тогда я больше вас не задерживаю, — ожидаемо заявил, стоящий перед нами Маккелан-младший.
Я взглянул на Терезу и стал подниматься из-за стола.
Встану, попрощаюсь с Терезой и …, но она меня опередила.
— Мистер Маккелан, я хотела бы переговорить с мистером Деклером, — сказала она. — Наедине.
Ее начальник посмотрел на Терезу так, как будто впервые увидел ее. В его глазах читалось сомнение. Но моя спутница спокойно и уверенно смотрела в его глаза и ждала ответа.
— Мне очень надо, — добавила она.
— Хорошо, — сказал покрасневший Маккелан-младший. — Только помните, поезд отходит через 20 минут. Я буду ждать вас снаружи.
Когда он ушел, мы немного помолчали.
«Девятнадцать минут,» — подумал я.
— Что это значит, Энтони? — спросила Тереза. — Что вам поручил его отец?
Я вздохнул и рассказал все. Все, кроме того, что я пришелец из другого мира. Видно Вера так и останется единственным человеком, которому я раскрылся полностью, и которая сразу мне поверила. А так, я ничего не утаил. Рассказал про удар бутылкой по голове. Про то, что потерял память. Про письмо Маккелана-старшего и его поручение.
«Пятнадцать минут,» — звякнул во мне невидимый таймер.
— Значит…, - начала Тереза. — Это все за деньги?
Еще щеки раскраснелась и было видно, что она взволнована. Фразы у нее получались рубленными, а между слов она делала паузы, словно ей не хватало воздуха.
— Эта забота обо мне…? — говорила Тереза. — Эта сказка…? — она помедлила. — Тот поцелуй…? Это все за деньги?
— Нет, Тереза, — ответил я. — Не за деньги. — А про себя подумал. — «Какая же свинья этот молодой Маккелан!»
— Тогда поедемте со мной в Сан-Франциско, — сказала она. — Помните, как вы собирались? У вас ведь там будет знакомая знаменитая журналистка. — Тереза попыталась улыбнуться.
— Не могу.
Я действительно собирался довести Терезу до дома, но оставаться в Сан-Франциско не входило в мои планы.
— Почему?
«Двенадцать минут,» — напомнил мой таймер.
— Я обещал, — начал я, не зная, как коротко рассказать об обещании Вере.
Таймер тикал в моей голове и поторапливал. Если расставаться с Терезой, то расставаться надо было сейчас. Не садиться с ней поезд, не скандалить с Маккеланом, не внушать больше никаких надежд Терезе и не обманывать себя, что между нами может быть просто дружба. Я знал, что не смогу спокойно жить, не попытавшись выполнить обещанное Вере, а ее вопрос-просьба «обещаешь?» никогда не уйдет из моей головы.
Если коротко нельзя, то можно длинно. Я рассказал Терезе о мести, которую задумала Вера и которую я пообещал выполнить в последние мгновения ее жизни.
Тереза ахнула и на секунду закрыла лицо руками.
«Семь минут,» — протикал таймер, и в его голосе мне послышалась усмешка.
— Я не могу в это поверить! — сказала Тереза. — Вы собираетесь убить человека?!
 
«Ну да,» — подумал я. — «Царь тоже человек». — А вслух сказал. — Во всяком случае, я должен попытаться.
— Мисс Одли, мы опаздываем на поезд, — в буфет быстрым шагом зашел Маккенлан-младший.
Тереза резко встала. Она раскраснелась еще сильнее, а в глазах блестели слезы.
Встал и я.
— Вы меня все время обманывали, мистер Деклер, — сказала она. — Вы, вы…, - у нее не нашлось больше слов, она развернулся и пошла к выходу. Маккелан-младший гневно посмотрел на меня, но мне было не до его взглядов.
Я остался один и опустился на стул.
— Что-нибудь будете заказывать? — спросил подошедший официант.
— Да, — машинально ответил я. — Кофе, пожалуйста.
— У нас есть прекрасные круасаны, — начал расхваливать свой товар официант.
— Несите, — сказал я, только чтобы избавиться от назойливого служителя буфета.
Где-то в глубине меня пульсировало желание поехать с Терезой и начать с ней более серьезные отношения. Но я понимал, что это желание насквозь… коммерческое, что ли? Есть славная девушка, есть ее чувства, есть возможность закрепиться с ее помощью в этой жизни.
«Поезд ушел,» — сказал таймер и отключился.
«Вот и хорошо,» — вздохнул я. Решение приняли за меня.
Принесли кофе и круасаны. Я достал чек, который мне вручил Маккелан-младший и положил на стол перед собой. Выпил кофе, съел, не почувствовав никакого вкуса, круасан. Потом взял чек и разорвал его пополам. Сложил обрывки, разорвал их еще раз и бросил в чашку из-под кофе.
— Вас трудно поймать, — сказал, подошедший к столику, мужчина средних лет. — Вы позволите? — спросил он и, не дожидаясь ответа, сел напротив.
— Спенсер и Спенсер, адвокатское бюро, — представился он.
Сцена 69
— Вас трудно поймать, — сказал подошедший к столику мужчина средних лет. — Вы позволите? — спросил он и, не дожидаясь ответа, сел напротив.
— Спенсер и Спенсер, адвокатское бюро, — представился он.
— Очень приятно, — сказал я. — Я где второй?
— Что? — не понял меня адвокат. — Что второй?
— Вы сказали «спенсер и спенсер», — стал объяснять я. Это было немного невежливо, но мне было все равно. — Одного я вижу, а где второй.
Мужчина засмеялся.
— У вас специфическое чувство юмора, мистер Деклер, — сказал он. — Второй Спенсер — это мой сын. Он сейчас в конторе и занимается другими делами.
«Интересный человек, этот адвокат,» — подумал я. — «Вот если бы он обиделся на мои слова, то мне было бы наплевать. Но он поступил по-другому. И теперь я чувствую неловкость за свою несдержанность».
— Извините, — сказал я. — Это была неудачная шутка. Просто, я, кажется, потерял друга.
— Мисс Одли? — спросил он.
Я кивнул.
— Я наблюдал за вашим разговором, — сказал Спенсер. — С женщинами всегда сложно.
Мы помолчали, не про погоду же говорить.
— У меня к вам дело, мистер Деклер, — сказал адвокат, когда наше молчание стало затягиваться. — Мое полное имя Гарольд Джонатон Спенсер и … не могли бы вы показать мне какой-нибудь свой документ.
Я хмыкнул и достал из кармана пиджака паспорт, когда-то сделанный мне Маккеланом-старшим.
Адвокат внимательно изучил его, и, возвращая, вновь задал вопрос.
— Как звали вашу мать?
— Леди Оливия де Клер, — ответил я. Письма этой особы до сих пор лежали в моем чемодане. На днях я даже раскрыл одно из них и прочитал, но в голове уже ничего не шевельнулось. Ушел из головы настоящий Деклер. Ушел навсегда.
— Графство?
— Херефорд. Могу показать ее письма.
Адвокат, конечно, не полицейский, но где-то я читал, что и они занимались розыском. Деклер в чем-то провинился? Но интуиция подсказывала, что лучше быть английским лордом, чем неизвестно откуда взявшимся Андреем Порошиным, без документов, без родных, без друзей.