Сумерки времён (СИ)

— Что случилось? — затребовал рапорт Белов.
— Координаты выхода не соответствуют расчётным, — доложил Сурдар.
— Ошибка в расчётах? — спросила Митчелл.
— Ошибки в расчётах нет. По курсу массивное скопление звёзд.
— Где мы? Уточни позицию, — попросил Артём.
— Уточняю, — ответил Сурдар. Несколько мгновений компьютер молчал.
Экипаж рассматривал удивительную синтетическую мультиспектральную картинку окружающего космоса. Перед ними собралась необычная плеяда из сотен тысяч всевозможных звёзд, их было необычно много. Отобразив трёхмерную карту с векторами предлагаемых гиперпереходов, компьютер:
— По моим расчётам мы находимся на границе шарового скопления Омега Центавра. Мы находимся ближе к скоплению на триста световых лет, чем должны были, — сообщил компьютер.
Артём был удивлен, но знал, что космос — сложная штука. Он приказал пересчитать прыжок с новыми поправками.
«Нагльвар» снова исчез в переходе к другой точке космоса, чтобы прыгнуть вперёд. Каждый прыжок давался всё труднее и труднее для экипажа, словно выворачивал их наизнанку, разрывал на отдельные атомы и затем снова собирал.
Майор вернулся к реальности от звуков аварийной сирены.
— Командир, тревога. Ошибка точки выхода! — сообщил Сурдар.
— Где мы? — спросила Лю Син, сохранявшая молчание все это время.
— Мы должны были удалиться от Омеги Центавра на тысячу световых лет, а вместо этого приблизились к его границе, — прочитала Сьюзен на экране координат точки выхода и не могла поверить своим глазам. — Это невозможно! Сурдар, проведи диагностику своего вычислительного комплекса!
— Выполняю, — сухо подтвердил компьютер и через несколько минут доложил, что все системы функционируют штатно.
Пока команда обсуждала, что могло привести к ошибке в расчётах для прыжка, Сурдар предупредил о приближении неопознанных космических кораблей. Анжелика встревожилась: а вдруг это корабли клэйтрона?
Артём рассудил, что контакт с новыми цивилизациями в других условиях был бы интересен, но сейчас у них была только одна цель — добраться до ядра галактики. Он дал команду на новый прыжок, с учётом возможной погрешности. Крейсер окутался паутиной энергетических разрядов и совершил прыжок.
Снова последовало падение в пустоту, которое закончилось выходом в космос и сигнализацией тревоги. Сурдар сообщил, что вместо того, чтобы отдалиться от шарового скопления, они приблизились и уже находились внутри него.
— Нас словно затягивает в него! — прорычала Сьюзен, глядя на удивительную картину мириады сверкающих звезд.
— Сурдар, покажи трёхмерную модель скопления и отметь координаты наших расчетных и фактических точек выхода, — попросил Кирилл. Компьютер пояснил, что скопление Омеги Центавра — одно из старейших шаровых скоплений в галактике, ему около двенадцати миллиардов лет, оно насчитывает миллионы звёзд и имет диаметр около ста пятидесяти световых лет. Судя по карте, оказалось, что с каждым прыжком они все ближе и ближе подходили к центру скопления вместо того, чтобы от него отдаляться.
— Разве такое возможно? — спросил Артём.
Снова Сурдар прервал их раздумья, сообщив, что на расстоянии нескольких тысяч километров появилось десятки крупных тел, стремительно приближающихся к «Нагльвару». Кто-то настойчиво преследовал их.
— Максимальное ускорение и максимально дальний прыжок! — скомандовал Артём.
На третьей попытке они снова прыгнули, и всё повторилось. Корабль падал в бездну, выходил в обычное пространство. Но на этот раз они оказались всего в нескольких световых годах от центра скопления Омеги Центавра, и звёзд вокруг было так много, что в космосе не осталось чёрных пятен.
— Нас затягивает в центр скопления! — воскликнул Кирилл.
— Это невозможно! — упрямо возразила Сьюзен.
Сурдар доложил, что их преследователи снова появились на радарах. Артём скомандовал всем успокоиться.
— Кирилл, Сьюзен, мне нужно ваше мнение. Что может вызывать сбой гиперперехода?
Оба развели руками.
— Если только… Да нет… — неуверенно заговорила Митчелл.
 
— Говори! — приказал Артём.
— Мы сползаем по воронке вниз. Чем дальше пытаемся прыгнуть, тем ближе оказываемся к центру.
— Ближе к делу, — торопил её Белов.
— Такое было бы возможно, если здесь в t-пространстве находится очень большая масса. Тогда, теоретически, она могла бы создавать подобные искажения, заворачивая геометрию таким образом, что мы скатываемся к центру.
— Что мы можем с этим сделать? — спросила Лю Син.
— Я не знаю, это только теория… — пожала плечами Сьюзен.
— Думайте! — прорычал Артём и скомандовал Сурдару привести системы крейсера в полную боевую готовность. Неизвестные корабли стремительно приближались. — Навряд ли с нами хотят просто поздороваться!
— А что, если мы попробуем прыжок на малую дальность? — предложил Кирилл.
До кораблей инопланетян оставалось совсем ничего. Артём приказал выполнить прыжок на один световой год. Через несколько секунд они вышли из t-пространства в обычный космос, но ситуация ухудшилась. Вместо того, чтобы отдалиться, они ещё больше углубились в недра Омеги Центавра. Огромный водоворот всё быстрее и быстрее тянул их внутрь, и это не предвещало ничего хорошего. Через несколько мгновений появились преследователи.
— Командир, опасность, — доложил Сурдар. — Мы находимся в окрестностях коричневого карлика. Фиксирую нарастание магнитного поля. Мы в десяти световых годах от центра скопления. Судя по характеристикам магнитного поля, в центре скопления находится магнитар[1]. Следующий бросок гиперперехода может приблизить нас ближе, чем на пять световых лет в губительную для экипажа зону воздействия электромагнитного поля магнитара.
Пока Кирилл и Сьюзен обсуждали возможные причины аномалий гиперпереходов, Артём приказал направиться к коричневому карлику — объекту массой более десяти масс Юпитера, занимающему среднее положение между гигантской планетой и звездой. Он ещё не мог поддерживать ядерные реакции, но довольно активно излучал тепло в инфракрасной части электромагнитного спектра.
— Слишком много преследователей, вокруг этой планеты мы хотя бы получим хоть какое-то пространство для маневра, — объяснил Артём своё решение. — Сурдар, попробуй связаться с чужаками.
Крейсер направился к незнакомой планете, за ним гналось несколько десятков преследователей. Сенсоры Сурдара уже успели определить визуальные формы чужаков: они представляли собой большие тороиды, в центре каждого из которых светилась маленькая звезда энергетического заряда. Компьютер сообщил, что объекты имеют очень большую магнитную сигнатуру. Он попытался связаться с преследователями, передавая сообщения на всех известных языках, но чужаки не обратили на это внимания или не понимали людей.
Когда они достигли орбиты коричневого карлика, чужаки практически нагнали их, двигаясь плотным клином. Они не стали пытаться вступить в контакт и не вызывали людей, а без раздумий открыли огонь. Длинные молнии энергетических разрядов били по хронолёту. Щиты Казимира работали на полную мощность и спасали крейсер от большей части энергетических разрядов, но каждое попадание всё равно сотрясало его.
— Что будем делать? — спросила Лю Син.
— Будем огрызаться! — ответил Артём и приказал Сурдару нанести удар по ближайшему противнику из главного орудия хронолёта. Энергетический луч пушки пронзил ведущий тороид вражеского клина. Мгновение спустя он растаял в яркой вспышке, не оставив после себя даже обломков. Чужаки разлетелись в разные стороны, заложили виражи и начали обстреливать «Нагльвар» с удвоенной силой.
— Жалят, прямо как рой пчёл! — воскликнула Анжелика.
Корабль устремился по орбите коричневого карлика, стремясь укрыться за её обратной стороной. Под ними простирались просторы гигантской супер-планеты, покрытой газами в твёрдом состоянии и раскалёнными реками металлов. Атмосфера у карлика была довольно тонкой. Даже с высоты нескольких сотен километров ощущалось, как жарко на её поверхности, а в инфракрасном диапазоне она светилась словно звезда.