Случайная жизнь (СИ)

— Нет, родственники не пострадали. Я волнуюсь за вас.
И потом, как бы боясь, что её перебьют, затараторила:
— Я наводила о вас справки, и все выяснила. Вы ни в чем не виноваты. Вас осудили ни за что и поступили с вами более, чем несправедливо и жестоко. Я присутствовала на вашей казни, и не понимаю, как вы смогли выжить. Я знаю, что вы живёте местью. Но это путь в никуда. Вас поймают и убьют. Пожалуйста, уезжайте из страны, и живите счастливо.
Я смотрел на девчонку, слушал, что она говорит, и ни хрена не понимал. Главным образом, не понимал, зачем она мне это говорит. По сути, чужому ей человеку. Так и хотелось задать вопрос:
— Да, что тебе от меня надо? Но понимал, что этим вопросом обижу. Надо как-то по-другому, помягче что-ли. Поэтому, задал вопрос совсем не тот, который можно было бы ожидать в ответ на её тираду.
— Вы, обо мне все выяснили. А я даже не знаю, как вас зовут. Может скажете свое имя?
Она, не задумываясь, выдала:
— Княжна Анастасия Матвеевна Гагарина.
И потом, как будто встряхнувшись, продолжила:
— Господи, да при чем здесь моё имя? Вам нужно уезжать, ведь вы можете погибнуть.
А меня понесло:
— Анастасия — очень красивое имя, вам очень подходит. Оно и не удивительно, у такой красивой девушки не может быть некрасивое имя. Княжна зарделась и сказала:
— Вы меня смущаете, прекратите сейчас же.
Может быть, я и продолжил бы разговор, но со стороны леса появились мои люди, ведущие в поводу лошадей. А со стороны столицы прозвучал сигнал, оговоренный на случай опасности. Пришлось экстренно закругляться с разговором и оперативно уносить ноги, сказав напоследок:
— Простите меня, Анастасия. Но мне придётся срочно уехать, чтобы не подвергать вас опасности, если вдруг начнётся схватка. Спасибо вам за доброе отношение к калеке.
С этими словами я неуклюже взгромоздился на лошадь и уже разворачивался, чтобы уехать, как услышал сказанные ей слова:
— Я буду здесь на прогулке каждый день.
Она густо покраснела. На прощание хотелось сказать очень многое, но в ответ только кивнул и пришпорил лошадь.
Убрались с тракта мы очень вовремя, потому что со стороны Москвы двигался довольно большой отряд всадников. Может, конечно, они и не обратили бы на нас внимание, но береженого, как известно, бог бережёт.
Собственно, ушли мы от этого места не очень далеко, слишком уж меня озадачили слова Анастасии. Хотелось разобраться с этой проблемой раз и навсегда, чтобы не питать ложных надежд. Поэтому, поехали мы не на наш остров, а к расположенному неподалеку озеру. Там пережду денёк и заявлюсь на завуалированно назначенное свидание. А как ещё понимать её слова по поводу прогулок? Возле озера расположились основательно, по всем правилам военной науки, выставив пару часовых и построив шалаш из веток. До вечера провели практически все время в озере. С огромным удовольствием вволю накупался и наплавался. Вечером, сидя у костра, почему-то вспомнил позабытых здешних родственников. Всё-таки веду себя по отношению к ним, как свинья. Понятно, что подставлять их не хочется, но и отправить весточку, что жив и относительно здоров, думаю стоит. Не знаю, как раздолбай дядька, а вот тетка точно переживает. Поэтому, разберусь с княжной и отправлю к ним человека. Да и узнать, как дела в поместье не помешает, а то мало ли, как себя ведёт новый хозяин. Если вдруг что не так, то может и помочь стоит своим крестьянам. А я их почему-то до сих пор считаю своими. Наверное, отголоски воспоминаний об их добром отношении ко мне сказываются. Несмотря на то, что уснул с трудом, спал как убитый и утром проснулся бодрым и с хорошим настроением. Сразу после завтрака отправил двух бойцов на хутор за комплектом одежды, которую одеваю, когда нужно выглядеть дворянином. Решил, что не нужно лишний раз давать повод к пересудам людям, увидевшим нашу встречу с княжной. Одно дело, когда княжна разговаривает с дворянином и, совершенно другое, если то же самое делает с простолюдином. Надо сказать, что такие значки есть во всех местах, подготовленных на путях следования из города, ну, или в город. Поэтому, проблем с тем, чтобы выглядеть достойно, нет никаких. Волновался перед этим свиданием, как в первый раз. Даже не представляю, как мне строить с ней разговор. Да и вообще, хрен его знает, о чем нам говорить. От вчерашней решимости разложить все по полочкам не осталось и следа.
 
На месте встречи был задолго до назначенного времени и пока ждал княжну, как-то перегорел, что ли. Просто, когда она появилась на тракте, сопровождаемая неизменной свитой, я уже был спокоен, как удав. Она удивила. Ещё задолго до того, как смогла меня увидеть, она оставила свиту на месте и бодро поскакала в мою сторону. А не могла она меня увидеть потому, что со стороны дороги я был прикрыт огромным разросшимся кустом шиповника. Поэтому, я её вместе со свитой видел прекрасно, а вот она меня заметила, только, когда подъехала почти вплотную. На сердце потеплело, когда она, увидев меня, радостно улыбнулась. Я, любуясь этой красотой, как-то прозевал момент и не успел взобраться в седло. Она, когда подъехала, сразу предложила прогуляться пешком и начала слезать с лошади. Ну, какой бы мужчина не помог даме в такой ситуации? Вот и я не удержался, подхватил её за талию, аккуратно и осторожно поставил на землю, но рук с талии не убрал. Просто не нашёл в себе сил сделать такую глупость. А когда она подняла лицо, чтобы что-то сказать, у меня снесло крышу. Сам не понял, как начал её целовать. Сначала очень нежно, а потом, махнув на все рукой, уже по-настоящему. Да и княжна, поначалу напрягшись, через мгновение впилась в мои губы, как оголодавший вампир в шею жертвы. Не могу с уверенностью сказать, сколько продолжалось это безумие и каким образом оно не перешло в горизонтальную плоскость, но, думаю, долго. Когда немного пришли в себя, нас реально накрыло. Имеется ввиду, что начали говорить одновременно, много и обо всем на свете. Время от времени прерывались только на поцелуи, которые с каждым разом становились все более жаркими. При этом, мои покалеченные руки жили самостоятельной жизнью и активно исследовали оставшееся им счастье. И это счастье реально нравилось всему организму, потому что даже короткие волосы на голове вставали дыбом. Разошлись, только когда солнце почти скрылись за горизонтом и с огромной неохотой. Договорились перед этим встретиться завтра снова. Вечером, лежа у костра, я размышлял и не понимал ни себя, ни княжну.
Ладно я, у меня от одного её вида крышу рвёт. А её то куда понесло? На хрен ей нужен калека, по сути, нищий и гонимый. Вот уж действительно, женская логика непостижима. Вокруг неё наверняка вьется множество разряженных павлинов, а она вцепилась в меня, зачем, спрашивается, ей это нужно. Ведь она должна понимать, что ей не светит связать со мной жизнь, если только не бросить здесь все, и не уехать в неизвестность. Опять же, уехать в какую-нибудь страну из развитых, по современным меркам, тоже не особо хороший вариант. Найдут, и о последствиях даже думать не хочется. Остаётся ехать только в Северную Америку, в дикий неблагоустроенный край. Ну, не знаю, она-то привыкла к другой жизни. Хрен его знает, как быть. И отказаться, подержав в руках, просто сил не хватит. Так в тот вечер ни до чего и не додумался.
Утром с хутора прибежал паренёк — сын проживающих там крестьян с новостью, что из города с боем ушли несколько человек, которые пришли на хутор. Есть раненые. Сразу же, немедля отправился туда в сопровождении пары бойцов. Остальные остались собирать лагерь и прятать следы нашего здесь пребывания. По ходу отдых закончился, да и место стоянки пора в любом случае менять. Нельзя нам задерживаться надолго на одном месте, если это — не подобие нашего острова.
На хуторе находились оставшиеся в столице снайпера. Ромодановского они отработали, как должны были. Но, при этом, чисто уйти не получилось. Слишком оперативно отработала охрана и несколько сидящих в засаде отрядов. Оказывается, местные учатся прямо на глазах. Они по округе разместили несколько групп солдат, которые тихо сидели в готовности ловить злодеев, в случае их появления. Появились, но легче от этого, солдатам не стало. Да и Ромодановскому сейчас не весело. Ждущие своего часа снайперы всё-таки дождались момента, когда сойдутся все звезды и позволят им сделать своевременной выстрел. После этих выстрелов все и завертелось. Охрана сразу кинулась в сторону поднимающегося порохового дыма. Мои бойцы, соответственно, бросив винтовки, начали расходиться в разные стороны. Но далеко уйти не получилось. Район как-то внезапно оказался перекрыт солдатами, которые хватали буквально всех. Пришлось моим людям действовать по запасному варианту отхода. Он предусматривает только один вариант развития событий: прятаться в заранее подготовленные убежища и ждать, пока все рассосется. Эти убежища напоминали небольшие траншеи, перекрытые крышками, с высаженными на них дерном и травой. Спрятаться успели, как и переждать смогли до ночи. А вот когда вылезли, собрались вместе и двинулись на выход из города, нарвались. После покушения на Ромодановского в городе, помимо патрулей, накидали множество подобий наших секретов, которые мы используем при охране лагеря во время стоянки. Вот на один из таких секретов бойцы и нарвались. Справились, конечно, и уничтожили «поймавших» их солдат. Но, при этом, сразу два бойца получили ранения. Пусть и мелкие, но неприятные и не позволяющие уходить на своих двоих. Им просто дико повезло, что во дворе, где располагался секрет, находились и лошади, на которых этот секрет сюда приехал. Оседлав этих лошадей, народ просто и без затей понесся галопом на выезд из города. Патрулирующие и сидящие в засаде солдаты просто не успевали среагировать и каким-либо способом остановить скачущих во весь опор всадников. Так и вырвались, хоть и с трудом, но относительно благополучно. Мужиков нормально перевязали, накормили и перевезли к новому месту дислокации, которое располагалась немного дальше, чем предыдущее у озера. А после обеда я был удостоен лицезреть настоящую истерику в исполнении княжны, которую пришлось гасить нетривиальным способом.