Сердце Греет Холодная Сталь (СИ)
Мокрый рыцарь завалился на палубу, оказав на расшатанную психику моряков неизгладимое впечатление. Они прозевали самый критический момент, отвлекшись на драккар. Заметили КПВ только когда он уже был на палубе.
— Ну че, суки, респаун, нахуй! — злорадно смеясь заявил рыцарь. Внутри закипал гнев, сменяя холодное смирение перед неотвратимой смертью. Он снова мог бороться. Но кроме гнева и на смех тоже пробивало. Бывает такое с теми, кто прошёл по самой грани.
— Почему я раньше такой злой был? — насмешливо произнёс КПВ. — Это потому, что у меня велосипеда не было. А теперь, когда у меня ещё и самокат спиздили, я вообще вас всех поубиваю.
И закончив с шутками, Кириллов направился осуществлять угрозу.
Глава 27 Нас ведет судьба
Вся описанная далее сцена произошла в одной из комнат бывшего дворца Моргота в Новгороде. На актуальной карте она была обозначена как помещение 74 с пометкой: не используется. Такая пометка стояла у большинства комнат и залов дворца. Однако той ночью помещение 74 вполне себе использовали. Туда принесли стол, стулья, несколько масляных светильников, пепельницу, кувшин с водой и пару увесистых папок для бумаг.
Некоторые из новопоподанцев дивились тому с какой стремительностью в Новгороде росли объемы бумажных записей. Ещё только налаживались первые производственные линии мануфактур, ещё творились за стенами феодальщина и разгул банд, а ряд организаций уже успел обрасти бюрократией. Сложно сказать, где это было действительно необходимо, а где стало следствием профессиональной деформации отдельных личностей. Мол обязательно надо все фиксировать на бумаге. Пусть она сволочь здесь редкая и дорогая, но надо. Ибо суть с бумажкой получается приказ, акт, распоряжение или вердикт, а если только на словах, то это уже махновщина, феодализм и упадок цивилизации.
Так и в ту ночь шестеро засевших в комнате обложились бумажками, читали их, обсуждали, дописывали.
— Так, ну с Марком все ясно. Давайте переходить к иным персоналиям. Далее у нас… — Виталий Капица из Особого отдела прищурился, читая мелкий рукописный текст. — Кириллов Павел Владимирович, более известный как КПВ. Досье, которое ты на него составил… Вот скажи честно, там личное или все, действительно, так плохо?
— Как бы вам сказать, Виталий Игоревич… — задумчиво ответил Марат Еганов, известный также как Ментос. Из команды Барона Еганов тихонько свалил в Зу-Райдане, где пересекся с агентами темных и был по воздуху доставлен в Новгород. — Вот не скажу, что знаю всю его подноготную…
— Он слабо изучен, потому что от него получали больше пиздюлей, чем информации? — усмехнулся Дмитрий Крюков, также известный как Крюк, второй из кольценосцев или попросту назгул. — Если рост в досье указан правильно, то это с ним я вонзился в Ангбанде. Мощный тип. И видимо чем-то пробаффанный. Есть шансы его к нам перетянуть?
— Вряд ли. — ответил Ментос. По недовольному выражению его лица было ясно, что мысль снова оказаться с КПВ на одной стороне ему категорически неприятна. — Он отморозь, без царя в голове. Я бы в его личном деле желтую полосу поставил.
— Это что значит? — поинтересовался Крюк.
— Склонен к насилию по отношению к сотрудникам правопорядка или экстремизму. — пояснил Капица.
— Ох уж ваши эти полицейские замашки. — поморщился Крюк. — Я бы попробовал его завербовать, как придет время.
— Вы как-то плохо народ фильтруете, я погляжу. — недовольно заявил Ментос.
— Такие вот мы… Готовы понимать и прощать. — заявил Крюк. — Мы бы и эльфов к себе брали, да не идут гады. Ладно. Кто там дальше?
Их пятнадцать в одному гробу.
Йо-хо-хо а в бутылке ром
Всех вместе парусом обернём,
Потом затянем мы трос на нём,
И прямо в море мы их швырнём!
А ну давай!.. да покрепче хват!..
Тяжёлый груз не всплывёт назад.
Пятнадцать душ — на дороге в ад!
Песенка эта звучала не в голове КПВ, а вполне наяву. Напевал её Марк Крысобой, сидящий на пустом ящике рядом с местом, где "пал" Кириллов. Закончив истребление значительной части команды и освободив гребцов, рыцарь просто лег на палубу. Усталость взяла свое, даже несмотря на свет камня.
Бывшие рабы выкидывали за борт ободранные до нитки тела бывших владельцев. Они же добили и тех, кого не тронул сам КПВ. Восстановили социальную справедливость, так сказать. Состав бывших рабов был очень смешанный: арабы, островные эльфы мужского пола, зверолюды, наподобие тех, что поподанцы геноцидили и ящеролюды. Разглядывать всех их не было ни сил, ни настроения.
— Давай броню с тебя снимем? — спросила подошедшая к нему Акаирис.
— Не хочу. — устало вздохнул КПВ. — Ничего не хочу. Надо просто полежать… Только водички принеси…
КПВ провалялся на палубе ещё около часа, успев окончательно высохнуть на солнце. Вроде бы какие-то силы появились. Захотелось выпить. Однако, шутка была в том, что КПВ данную вылазку возглавлял.
"Я за жизнь ничем, кроме своего хера, не командовал". — подумал Кириллов. — " Речь что ли толкнуть? Вот же гемор".
КПВ поднялся и кое-как собрал свою могучую команду. Не более тридцати человек, десяток эльфов и одна великанша.
— Ну что вам сказать, господа пираты-дегенераты и примкнувшие к ним… — задумчиво произнёс КПВ. — Первый блин вышел комом, но вполне съедобный. Корабль мы захватили. Однако каждый раз кидать своего командира в гущу врагов и смотреть что получится — не есть прогрессивная тактика абордажа. Не надо больше так. Ошибки и пожелания мы учтем. Будем тормозить корабли русалками. Нам нужны ещё один, а лучше два корабля и…
"И что потом? Да хрен знает".
— И вот так мы будем действовать. — не совсем впопад ответил КПВ. — Будем действовать решительно. Будем всех адский пиздить. Так победим. Ура, товарищи!
После речи к нему подошел Лестер и спросил:
— А ты вообще знаешь, зачем Ньялю корабли?
— Это секретная информация. Но есть некий слух, что на кораблях можно плавать. По морю, например.
— Очень остроумно. Где только пряталось твое красноречие во время публичного выступления? Ситуация швах. Нас теснят со всех сторон. Есть ли у нас шансы вообще?
— Я, кажется, догадываюсь зачем нам галеры. — вступил в разговор Марк.
— Просвети нас.
— Сами увидите. Такое лучше видеть. — загадочно ответил Крысобой. — Но, скажу вам, что карты в рукаве у Ньяля ещё есть. И даже козырные.
С гребцами удалось кое-как договориться, хотя скорость движения призовой довольно сильно упала. Часть бывших рабов с весел пришлось переназначить на паруса и руль.
— Ты обещал им свободу? — спросил Марк у КПВ.
— А надо? Ну типа мы их расковали из цепей. Нужен ещё намек? Типа вольную им подписать? Или как?
— Это вопрос мотивации. Им надо знать, чего ждать от нас и своего будущего. Понимать перспективы.
— Им надо будет грести. Такая вот перспектива.
— А потом?
— Наверное, снова грести. И ещё немного грести потом.
— Тебе кто-нибудь говорил, что ты прирожденный лидер?
— Не-а.
— И едва ли скажут.
— Не претендую. Слушай, тебе надо — вот иди мотивируй. Я спать.
Долго ли, коротко ли, но, отдохнув ночь и часть дня, два пиратских корабля отправились рыскать недалеко берега. Ну как рыскать… В общем они просто плыли, очень примерно понимая где находятся.
— Чем больше мы в море, тем больше понимаю тот прикол. — произнес Марк. — Плакат в офисе: "Стратегия компании: мы бежим как слепой лось через горящий лес. Нас ведёт судьба".
Тем же вечером им встретилось несколько рыбацких лодок, которые они захватили, ограбили, а шестерых арабов определили в гребцы, не очень то спросив их согласия. Следующим утром настигли галеру, которую пришлось около двух часов преследовать несмотря на старания русалок. Однако исход был предсказуем. В этот раз удалось десантировать на вражескую палубу сразу четырёх латников, включая КПВ. Такая абордажная команда оказалась галере как раз. Разорвать тесный контакт с драккаром у арабов не вышло, а сопротивление продлилось не более пары минут. КПВ только и успел, что нанести десяток ударов. Одному воину в открытом шлеме и кольчуге располовинил лицо. Другому подрубил ногу так, что тот натурально сложился. Сочетание выправленного здоровья, постоянной практики и магических баффов сотворили страшное из ударной силы КПВ.