Плохой нянька (ЛП)

— Всезнайка, — окликает меня Зэйден, подбегая ко мне и обходя качели, чтобы сесть на корточки передо мной. Он задыхается и выглядит взволнованным. И очень нервным.
Мне кажется, меня сейчас стошнит на его конверсы.
Зэйден упирается ладонями в свои колени и наклоняет голову в бок, его волосы представляют собой полнейший беспорядок. Но даже отсюда я чувствую его особенный запах — смесь ежевики и корицы.
Открываю глаза широко-широко, стараясь не расплакаться вновь.
И пытаюсь сохранять спокойствие.
— Чего ты хочешь, Зэйден?
— Хм, ладно.
Он выпрямляется и втягивает воздух, располагая руки на бедрах. Ненавижу, как сексуально всегда выглядит Зэй, эти татуировки, оплетающие обе его руки вихрем ослепительных цветов. Даже в тени парка вижу, какой он красивый.
Наблюдаю с щемящим сердцем, как парень соединяет ладони в молитвенном жесте, прижимает пальцы к губам и смотрит вниз на меня с каким-то странно нежным выражением.
— Тебе, вероятно, интересно, почему я здесь.
— Ух, да. Очень интересно, — соглашаюсь я, продолжая качаться и борясь с неожиданным наплывом эмоций. Не уверена, радоваться ли мне или грустить, или злиться, или же все вместе. — Почему ты не на пути в Вегас?
— Ну, видишь ли, это презабавная история, — Зэйден неожиданно опускается вниз, скрещивает ноги и кладет руки на колени, устраиваясь на древесных опилках. — Знаешь, я действительно был на пути в Лас-Вегас.
Поднимаю бровь и смотрю через плечо. Мне до сих пор смутно слышны крики Хьюберта.
— Мы были в пути примерно, хм, пару часов? А затем повернули обратно. Я пытался дозвониться тебе и писал безостановочно, но…
— Я заблокировала твой номер, — говорю я, переводя взгляд на него. — После того, как ты подвез девочек. Не думаю, что смогу справиться со случайным: «Привет, как у тебя дела», Зэйден. Извини, но мне это не нужно.
— Ну да, ну да. Я понял, Брук. Боже, мне столько всего нужно сказать. Просто хочу начать говорить, но, блядь, полагаю, сперва лучше спросить: могу я пожить у тебя дома какое-то время? — улыбаясь, спрашивает он.
Перестаю качаться, прислушиваясь к очередному ревущему крику толпы зрителей через дорогу. Рядом с парком расположена одна из городских водонапорных башен, участок которой огорожен и заполнен… козами. Ага. И это стопроцентная правда (приезжайте к нам в Эврику, Калифорния, и убедитесь в этом сами). Козы издают жуткий… как он там называется, звук, пока я смотрю на Зэйдена.
— Пожить у меня? — повторяю я, стараясь понять, что происходит. Зэй играет с пирсингом в губе, скользя языком туда-сюда. И-и-и это ужасно завораживает, однако мне нельзя забивать себе этим голову. — Зачем тебе нужно пожить у меня?
Зэйден делает глубокий вдох.
— «Эйрбиэнби», — отвечает он, и теперь я в еще большем замешательстве, чем была до этого.
— Что? — протягиваю руку и начинаю собирать волосы, лишь бы занять руки хоть чем-нибудь. — Ты выпил что ли или чего похуже?
Зэйден бьет себя ладонями по лицу и издает небольшой звук разочарования, но не на меня, а без сомнения на себя.
— Ла-а-адно, я пытаюсь сказать, что собираюсь сдать свой кондо на «Эйрбиэнби».
— И… зачем бы тебе это делать?
— Брук, — говорит он, роняя свои руки на колени и одаряя меня горящим открытым взглядом. — Хотя бы ненадолго, пока я остаюсь здесь. В Эврике.
Я моргаю.
— Что-то случилось с твоим братом?
— Не-а, блядь, глупышка-Всезнайка. — Зэйден встает на колени и подползает прямо ко мне, раздвигает мои колени и устраивается между ними, придерживая качели, чтобы удержать меня от покачивания назад. Мне следует сказать ему, чтобы не прикасался ко мне, оставил меня в покое, но… приятно видеть его здесь. — Я хочу дать шанс тому, что есть между нами. Я ехал уже примерно часа два, когда понял, что со мной не так, почему я весь в поту, почему у меня все внутри болит, и почему чувствую ужасную головную боль.
— И почему же? — слова даются мне с трудом, так как Зэйден одаривает меня своей фирменной улыбкой-ухмылкой.
— Потому что я страдаю от очень тяжелого случая ЛСПВ.
 
— Хм. — Отклоняюсь от него и моргаю несколько раз, небольшая романтическая пелена спадает с моих глаз. Я надеялась, что Зэй пришел сюда, чтобы признаться, а вместо этого он говорит мне, что у него ЗППП? — Это заразно?
Зэйден откидывает голову назад и смеется, потом опускает подбородок и наклоняется, прижимаясь лицом к моей шее. Меня внезапно бросает в дрожь, когда его руки обвиваются вокруг меня.
— ЛСПВ — означает любовь с первого взгляда, глупышка. Понятия не имею почему — потому что этого буквально никогда не случалось со мной прежде — но я, вроде как, до мурашек одержим тобой.
Закрываю глаза и пытаюсь взять себя в руки.
— Я не понимаю, — шепчу, когда Зэйден наклоняется и поднимает руки, чтобы обхватить ладонями мое лицо, сводя меня этим с ума. Открываю глаза и вижу, что он, как обычно, вторгся в мое личное пространство, и от его собственнического взгляда мне не по себе.
— Я пытаюсь сказать тебе, Брук Оверлэнд, что хочу быть твоим нянькой.
Это самая романтическая вещь, которую я только слышала в своей жизни.
— Одно мгновение, ладно, — говорит он, вставая и бросаясь к машине. Я сижу в оглушающей тишине, пока Зэй открывает дверь и включает какую-то музыку.
Это снова «Кареглазая девчонка» Вана Моррисона.
Сжимаю губы, когда Зэйден снова появляется передо мной.
— Пожалуйста, только не пой и не танцуй, — шепотом прошу я, но уже слишком поздно. Он щелкает пальцами и исполняет сексуальные па под музыку. Это должно выглядеть по-настоящему глупо — и отчасти так и есть — но вместе с его мускулами, татуировками и пирсингом, это выглядит… здорово.
Когда Зэй начинает петь для меня, я неожиданно встаю, позволяя качелям качаться позади меня.
— Ты… влюбился в меня с первого взгляда? — повторяю я, и Зэйден замолкает, кивая и ухмыляясь от уха до уха. Истошное мяуканье Хьюберта гармонично вписывается в музыку.
— Ага.
— И ты… остаешься в Эврике… ради меня?
— Да и да, крошка, — подтверждает он, протягивая руку, чтобы коснуться меня. Я перехватываю его запястье, но он лишь уворачивается от моих рук и все равно хватает, притягивая меня ближе к себе. Его улыбка становится чуть мягче, чуть нежнее, когда Зэй проводит большим пальцем по моему подбородку, оставляя за собой огненный след.
Это так сексуально, мило и романтично… пока песня не сменяется на «In Da Club» группы 5 °Cent. Хм. Бе-е. Боже, как же я ненавижу эту песню.
— Брук, я… прости меня за то, как я вел себя вчера. Это не оправдание или что-то еще, но… — Зэйден замолкает и смотрит в мои глаза, словно заглядывает прямо в душу. — Я не ожидал, что полюблю тебя, и уж точно уверен, что не ожидал, как сильно меня это напугает.
— Вчера ты был отвратителен, — говорю я, и это именно так. — Ты мега кретин.
— Ага, размером с Годзиллу, — соглашается он, рисуя круги на моих предплечьях большими пальцами. Ему необходимо знать — каким засранцем и ослом он был, и как глупо заставил меня себя чувствовать. Но позже. Гораздо позже, потому что это мое романтическое признание… и я отказываюсь слушать рэп или попсу, пока это происходит.
— Одно мгновение, — шепчу, возвращая ему его же слова, потом бросаюсь к машине и, используя iPod, включаю «The Air That I Breathe» группы All That Remains. Это отличная, грубая металл-песня. Из-за нее я чувствую тепло и трепет внутри.
Трусцой бегу обратно к Зэйдену и замираю в древесных опилках лицом к нему. Он морщит нос из-за музыки, но продолжает улыбаться.
— Насколько это ненадолго?
— Хм-м?
Упираю руки в бока и глубоко вдыхаю.
— Ты сказал, что останешься ненадолго. Так «ненадолго» — это насколько?
— Ну, — говорит Зэйден, пока околачивается рядом с руками в задних карманах, а затем наклоняется к моему уху. — Столько, сколько потребуется. Может быть неделю. Возможно две. А может и навсегда.