Плохой нянька (ЛП)

― Тинли, ― представляется она, указывая на себя пальцем, на котором вытатуированы сердечки. — Это ведь ты партнер Дэна по учебе?
Глупо моргаю несколько раз и запускаю руки в волосы, убирая их со спины, чтобы облокотиться на дверцу машины и при этом не снять с себя скальп.
― Да. ― Теперь, после того как она упоминает Дэна, я задумываюсь над словами Зэйдена. Свои права на тебя. Права? Что еще за права такие? Тупые мужские разговорчики. Ненавижу их. ― Ну и в чем проблема?
― В том, что он мой бывший. Я просто хотела тебя предупредить, что он трахает все, что шевелится, ― она делает паузу, делая шаг назад в своих узких черных джинсах и облегающем топе. ― Со всеми. На самом деле, он ― шлюха.
В удивлении поднимаю брови.
― Угу. Ладно. Вообще-то, я и не планировала с ним спать, но спасибо, что предупредила.
― Нет проблем, ― говорит она, отходя и наблюдая, как я сажусь в машину и хлопаю дверцей.
Включаю какую-то тяжелую музыку и позволяю яростным звукам омыть себя. Что-то в этой какофонии успокаивает меня так, как поп-музыка Зэйдена никогда не сможет.
Поправляю свои очки на носу и пристегиваюсь, а когда выезжаю — замечаю, что синеволосая девушка наблюдает за тем, что я делаю, и улыбается. Да. Сомневаюсь, что увижу ее еще когда-нибудь, но это было странно. Очень странно.
Направляюсь домой, заезжаю на подъездную дорожку и паркуюсь рядом с минивэном Зэйдена. Разглаживаю скучный серый топ, который я одела на занятия. Жаль, что у меня не было времени нанести макияж перед учебой.
― На самом деле, это неважно, ― мямлю себе под нос, пропуская пальцы сквозь волосы, прежде чем вылезаю наружу.
Подхожу и открываю входную дверь. Когда захожу на кухню, слышу, как вопит Эминем и Рианна, и скрещиваю руки на груди. Малышка Зэйдена сидит в своем высоком стульчаке, подпрыгивая и смеясь над ним.
Когда он видит меня, то подмигивает мне и начинает исполнять партию Рианны, совершенно не стесняясь того, что он глупо выглядит.
Я не могу бороться с улыбкой.
― Спой со мной, Всезнайка, ― предлагает он, делая театральный разворот на подошвах своих конверсов.
Черно-белые, в ремешках вперемешку с металлическими заклепками. Они выглядят… до жути сексуально в ансамбле с обтягивающими джинсами и красной футболкой. Когда он соединяет ладони в молитвенном жесте и указывает ими на меня, я чувствую, как между бедер разливается жар.
― Ну же, давай, детка. Сделай это.
Он протягивает руку, пока Эминем читает свой мелодичный рэп, берет меня за руку и начинает кружить. Обернув руки вокруг моей талии, Зэй перемещается со мной по кухне, в то время как Сэди, подпрыгивая на месте, хихикает и агукает от радости.
Когда Рианна снова начинает петь, Зэй прислоняется своими губами к моему уху и шепчет слова. Я чувствую щекотку на моей шее из-за его теплого дыхания. Клянусь, что все еще могу чувствовать его руки, нежно сжимающие мои шею и лицо. Дрожь проходит сквозь меня, когда песня заканчивается. Я делаю шаг назад и бедром прислоняюсь к небольшому круглому столику, который стоит в центре кухни.
Когда в комнате начинает жужжать дурацкая поп-песня, я обхватываю пальцами дерево столешницы и смотрю на Зэйдена: как он берет со стойки миску с хлопьями и ставит ее перед Сэди, все еще исполняя дурацкую джигу, которая, на самом деле, не так и ужасна.
Хм-м.
С одной стороны головы у него растут волосы, а с другой ― свежевыбритые звезды. Вокруг рта незначительный слой щетины, пирсинг в губах и носу, в брови… Меня пронизывает желание, прежде чем я могу это остановить.
― Посмотри на это, ― говорит он, пока Сэди подхватывает пригоршню воздушных хлопьев своими пухлыми ручками и засовывает ее в рот. ― Она сама до этого дошла.
― Рада видеть, что ты доволен собой, ― говорю я, с силой выпрямляясь и отбрасывая прядь темных волос от лица. ― Для того, кто ни разу в жизни не заботился о детях, ты неплохо справляешься.
Он сверкает своей белозубой ухмылкой.
― Правда? Может мне стоит бросить делать пирсинг и стать няней на полный день? Как тебе такие яблоки (Примеч. пер.: игра слов англ. «How do you like them apples?» можно перевести «Как тебе такие яблоки» и «Что ты об этом думаешь?»)? Как по мне, на вкус они сладкие и сочные. ― Зэй складывает ладони вместе. И хотя я понятия не имею, о чем он говорит, все равно улыбаюсь. Но когда он оглядывает меня, по-настоящему смотрит, я начинаю думать о его руках, сжимающих мою попку, об остром аромате пота, о его горячем дыхании у моей кожи, когда он кончает. ― Ты знаешь, что еще сейчас выглядит сладким и сочным?
 
― Надеюсь, это не намек на меня, ― говорю я, пока Зэй улыбается. Я указываю на малышку. ― Здесь, вообще-то, дети.
― И? ― Он смотрит вниз на Сэди. ― Брук, разве ты не думаешь, что сегодня выглядишь охрененно сексуально? ― Сэди булькает и превращает хлопья в поддоне ее стульчика в лепешку. Зэйден снова смотрит на меня. ― Она согласна. А если мы с ней оба согласны с этим, то, скорее всего, это бесспорный факт.
― Я не забыла обо всей этой твоей «мои-права» теме, которую ты изложил мне этим утром. Фактически, чем больше я об этом думаю, тем больше это раздражает меня. Кто-нибудь тебе говорил об этом? Что ты раздражаешь?
― Постоянно.
Зэй отодвигает кухонный стул и приглашает меня присесть на него.
― Дети начинают жаловаться на бутерброды, так что сегодня вечером я решил попробовать себя в роли повара. Это будет первый раз с тех пор, как у меня были занятия по домоводству в старшей школе. Так что будет интересно.
― Ты брал занятия по домоводству? ― переспрашиваю я, неохотно присаживаясь на стул и наблюдая, как Зэйден открывает холодильник. В нем больше еды, чем было утром. Видимо, кто-то сходил в магазин. ― Зачем?
― Чтобы кадрить девчонок, конечно, ― отвечает Зэй, начиная выкладывать ингредиенты на стойку. — Это классический ход, о котором знает каждый парень. ― Я смотрю, как он выкладывает лоток с куриными грудками и масло, идет в кладовку за рисом, тремя банками соуса, солью и перцем, которые я точно не покупала. ― Ладно, вроде ничего не пропустил. ― Он достает телефон из заднего кармана и проводит большим пальцем по экрану.
― Что готовишь? ― спрашиваю я, неспособная усидеть на месте, впиваясь взглядом в его задницу.
Она выглядит слишком сексуально в этих узких джинсах, ремешки на его обуви поднимаются до колена. Знаю, выглядит странно, но как часто вы видите парней, одетых таким образом? С проклепанным ремнем и несколькими браслетами на запястье. С серебряными колечками вдоль уха. С чистыми и стильно уложенными волосами. Когда я приближаюсь к Зэю — чувствую аромат ежевики и корицы. Из-за этого учащается мой пульс.
― Ну, своего рода запеканку. В рецепте сказано, что проще этого быть уже не может. По существу, я просто перемешиваю все ингредиенты и запихиваю получившееся в духовку. Бам. Сделано, ― Зэй делает паузу, когда я подхожу к нему сзади, и смотрит на меня. На губах играет улыбка, глаза тоже искрятся весельем. Выражение лица полностью преображает его: с головы до пят. Классно, что он не сдерживается. Мои родители и сестра всегда пытаются скрыть свои эмоции, спокойно делая работу, словно с ними все в порядке. Я не хочу быть похожей на них. ― Хочешь помочь?
― Конечно, ― отвечаю я. Хотя, вероятно, я знаю о готовке меньше, чем Зэйден.
Я не брала уроки по домоводству в школе. Это всегда были только STEM занятия (Примеч. пер.: STEM: Science ― Наука. Technology ― Технология. Engineering ― Инженерное дело. Math ― Математика. STEM-образование ― объединение наук для инженерных кадров). Зэйден передает мне масло и нож.
― Сказано кусок сбитого масла, ― говорит он мне, слегка пожав плечами. ― Понятия не имею, что это значит, но, полагаю, мы намажем маслом верх запеканки. Думаю, он нужен для этого. ― Он щелкает пальцами над головой, а затем хватает нож и крутит его пальцами. Я поднимаю бровь. ― Время взяться за курицу.