Седьмой Рубеж IV (СИ)

— Или им помогли это сделать, — хмуро добавил Бальд и внимательно посмотрел на меня. — Нам действительно очень нужно возвращаться туда? Скоро рассвет, и дым станет виден очень далеко…
— Охладите землю, — приказал я. — Там нечему гореть, кроме туш монстров. Поверхность уже покрылась коркой. Ещё пара часов, и здесь останется просто выжженное пятно с горбами стражей.
— Хорошо, — не стал спорить Бальд и сразу направился к краю чёрного круга. Он отчётливо виднелся даже в темноте. Отчасти из-за рассекающих землю красноватых дымных трещин. — Кастор, пошли! У нас дело появилось.
Вильер неохотно поднялся и поплёлся за старшим товарищем. Я пошёл следом за магами, чтобы посмотреть на их работу. Вернее, я очень хотел снова увидеть рождающиеся заклинания, пусть мне и были теперь доступны только внешние их эффекты.
На границе спёкшейся земли оба чародея ненадолго остановились. Бальд выдал инструкции своему помощнику и приступил к созданию аркана. Воды в окрестностях не было, поэтому маги решили использовать воздух. Только не гнать ветер к тлеющим углям, а наоборот — временно убрать воздух от источника огня. Второй шаг должен был подготовить Кастор. Бальд поручил ему сдвинуть пласты земли, чтобы равномерно перемешать грунт.
Я рассеянно прислушивался к разговору магов и думал только о том, что часть моей сети артефактов точно пережила прошедшие пять тысяч лет. Другой причины оставлять в этом месте такую мощную охрану просто не было.
Маги начали действовать одновременно. Бальд взмахнул рукой и произнёс длинную фразу. Я знал это заклинание и даже представил себе, как в воздухе разворачивается паутина аркана. Пять узловых точек, семь сопряжений и тонкие силовые нити, объединяющие рисунок в одно целое. Стихия воздуха всегда отличалась своей подвижностью и приятным глазу бело-голубым цветом. Рядом начал строить своё заклинание Вильер. Оно было проще, но требовало много энергии. Земля всегда была тяжёлой и неохотно реагировала на любые попытки своего перемещения.
От напряжения у меня начала слегка кружиться голова. Перед глазами появились яркие пятна. Я так отчаянно пялился в темноту, что даже задержал дыхание. В какой-то момент показалось, что в воздухе перед магами зависли два бледных и почти прозрачных рисунка. Они были до боли похожи на настоящие.
— Вижу или нет? — едва слышно прошептал я. — Вижу или хочу видеть?
Бальд широко развёл руки и по ушам резанул вой разбегающегося воздуха. Ну же! Сознание играло со мной странные шутки, показывая, как изменился рисунок заклинания, когда его создатель завершил аркан. Я точно знал, как это должно происходить, но упрямо пытался найти отличия в едва заметной паутине, чтобы убедить себя в реальности происходящего. Глаза начали болеть от напряжения, а потом я наконец заметил пару крохотных отличий, которые были индивидуальными для каждого мага.
Накатила такая волна облегчения, что я едва не растянулся на земле. На тихий шорох чужих шагов почти не обратил внимания. Позади меня остановился Джил. Я повернулся к южанину и увидел, что он широко и радостно улыбается.
— Это только начало, седжар, — осторожно беря меня за руку, в которой я так и сжимал кинжал, весело произнёс глава древнего рода. — Только первый шаг, но впереди ещё длинный путь.
— Невероятно, — честно признался я. — Почти забыл это чувство.
— Понимаю, — широко улыбнулся Джил и резко подался вперёд. По руке потекло что-то тёплое. Я удивлённо опустил взгляд и увидел торчащий из тела соратника кинжал.
  
Глава 14
 
— Какого хрена ты делаешь⁈
Мгновением позже Джил отлетел в сторону, а на его месте возник возмущённый Риджад. Вот только вопрос капитана был предназначен не мне, а зажимающему рану в боку южанину. Он умудрился направить мою руку так, чтобы кинжал прошёл между сочленениями доспеха и гарантированно сумел добраться до плоти.
Я стоял на месте, раскачиваясь из стороны в сторону. Кровь Джила капала с руки. От ладони вверх медленно поднималось странное тепло. Вокруг всех людей поблизости я видел едва заметные сполохи света. Синего, серого, жёлтого… Ауры… Возможно. Или нет.
 
— Подожди, Гараз. — заплетающимся языком, произнёс я. — Пусть он объяснит.
Джил благодарно кивнул и поднял руку. Один из его родичей тут же передал главе рода открытый фиал с зельем лечения. Джил часть плеснул на рану, а остальное выпил залпом. К месту событий подтянулись уже все остальные члены отряда и только Бальд с Кастором продолжали перемешивать и остужать землю на месте недавнего пожара.
— Спасибо, — немного отдышавшись, произнёс южанин. — Прости меня, седжар, но я обязан был убедиться.
— Убедиться в чём? — прямо спросил я.
— В том, что ты — это ты, — ответил Джил.
— Понятнее не стало, — хмуро проворчал Бридер. Серый подозрительно смотрел на троицу невозмутимых южан, стоявших немного в стороне от остальных. Виргас уже был рядом с ними и так же невозмутимо крутил в руках длинный кинжал. — Я бы понял, если бы ты попытался зарезать Дирека. Сдвиги в мозгах иногда случаются. Но чтобы зарезать себя чужой рукой…
— Дело в крови, верно? — прислушиваясь к своим ощущениям, спросил я. Сияние вокруг людей медленно исчезало, словно опять убираясь за грань доступных мне возможностей. — Только твоей или…
— Любой, — быстро ответил Джил. — Люди или твари — значения не имеет. Ты встал на путь, седжар. Встал там, где никто другой не смог.
— Это раздражает, — неожиданно произнёс Аньего. — Складывается впечатление, что ты держишь нас за идиотов и говоришь бессмысленными загадками.
— Это не так, — быстро ответил южанин. — Я и сам многого не знаю и не понимаю. Слова древних очень размыты и часто противоречат сами себе.
— Какая-то легенда? — деловито уточнил Валид. — Или пророчество?
— И то, и то, — кивнул Джил. — Вам не понять слова старых кочевников.
— А ты попробуй, — предложил Бридер. — Вдруг получится.
Джил посмотрел на меня, словно ожидая разрешения, и я медленно кивнул. Верования и магия южных племён были так густо замешаны на крови, что часто сами дикари не знали, откуда и что появилось. Почти каждое большое дело начиналось и заканчивалось жертвами. Часто эти жертвы были человеческими и многие вообще не понимали, как обитатели пустынь не вырезали друг друга под корень за тысячи лет.
Южане пришли на седьмой Рубеж с конкретной целью и ждали именно меня. Ждали достаточно долго, но не настолько, чтобы отслужить полный контракт. При этом только глава рода показал достаточно умений, чтобы попасть в старший десяток. Остальные, насколько я знал, служили в чёрных сотнях. Хотя были способны на большее. От членов отряда я не собирался ничего скрывать, поэтому разрешил Джилу говорить. Почему-то у меня сложилось ощущение, что без моего одобрения южанин молчал бы даже под пытками.
— На исходе темноты вернётся свет. Прошлое прольётся на землю слезами мира и исчезнет без следа, — хрипло произнёс Джил. — Надежда родится в боли и мраке, двинувшись к обители страха и ненависти. В самый тёмный час, придёт спасение из бездны веков. Оно омоется кровью и от крови станет сильнее, разгоняя мрак и возвещая конец времён.
— И что это значит? — озадаченно спросил Виргас. — Причём тут твоя дурацкая попытка самоубийства?
— Как ты определил точку отсчёта? — обдумав слова древних философов, задал вопрос я. — Почему именно сейчас?
— Это было не сложно, — Джил улыбнулся. — Мы уже давно поняли, что седьмой Рубеж стал самым поганым и смертельно опасным местом во всей империи. А когда на Великой Преграде появились первые капли воды…
— Прошлое прольётся на землю слезами мира. — тихо повторил фразу из пророчества Ридра.
— Проклятье, даже южные дикари были в курсе, что вода на стене хреновый знак! — возмущённо воскликнул Бридер. — И только мы вообще ничего об этом не знали!
— Мы закончили, — на ходу произнёс шагающий к нам Бальд. — Что за шум?
— Изучаем древние легенды пустынных кочевников, — усмехнулся Риджад и указал на раненого Джила. — С проверкой на практике.