Виктория: Шанс на победу (СИ)

Ощущения и эмоции, что возникают у меня рядом с этим мужчиной противоречивы: в основном интерес и раздражение. Перемена настроения происходит за мгновения, резко меняясь на противоположное. Это ново для меня, странно. Притяжение возникло неожиданно, будто наслано кем-то. Но, как менталист, могу с уверенностью сказать, что никакого магического влияния на меня не было.
Моя заинтересованность занятым мужчиной меня не устраивает. Свои зарождающиеся чувства я стала замораживать на корню.
  
Глава 8
 
Последний учебный день недели. Сегодня первый день зимы. Праздник. Иду по пустым коридорам академии, направляясь в библиотеку. Занятия на сегодня окончены, многие адепты переместились в Мельн, чтобы весело провести остаток дня и выходные. Я наслаждаюсь тишиной и одиночеством, ослабляя щиты и расслабляясь. Максимилиан пытался забрать меня с собой, но это было изначально провальной затеей. Хмыкаю, вспоминая его мольбу в голосе и стон неоправданных надежд. Толкаю резную двухстворчатую дверь, находящуюся на первом этаже в правом крыле основного здания академии. Приглушенный свет и высокие стеллажи с книгами, в левом углу расположены освещенные места для занятий.
— Чего ты тут забыла? — слышу шелестящий голос сбоку.
— И вам добрый вечер, Игнар, — произношу с улыбкой, склоняя голову вбок, — не могла упустить момент, чтобы спокойно позаниматься.
— Позаниматься она вздумала. А то, что и духи хотят отдохнуть от раздражающих людишек, она не подумала! — Игнар любит поворчать, развлекается он, смотря как адепты начинают нервничать. Дух библиотеки ЛАМ является хранителем знаний, чувствуя каждую книгу, каждую рукопись в этом, на первый взгляд, необъятном помещении. — Ну? Что надо?
— Я сегодня в скрытую часть. — После моих слов дух развернулся, направляясь в сторону закрытой части. Небольшое помещение, которое невидимо для всех, кроме Игнара и ректора. Лишь они могут беспрепятственно проходить и проводить туда людей. Посещение скрытой секции разрешено лишь немногим. И я вхожу в их число. В закрытой части находятся древние рукописи, магические знания уровня архимагов, редкие издания и раздел запретной — кровной магии. Магии, что в основном приносит смерть. Я же прихожу сюда нечасто, лишь когда в библиотеке никого нет, для того, чтобы изучить записи архименталистов. Мой бета-уровень уже сейчас выше всех ныне существующих менталистов. Так что никто не может мне на практике помочь с раскрытием моих сил. Записи прошлых лет — наш выход из данной ситуации. И спасение Антея.
Игнар подплыл к одну из стеллажей, замер на несколько секунд, открывая проход. Передо мной, вместо книжных полок возник знакомый проход.
— Правила знаешь.
— Спасибо, — кивнула я хранителю и сделала шаг в полумрак закрытой части библиотеки.
Здесь, для поиска необходимой литературы, находится небольшой пьедестал с фолиантом. Нужно лишь было подойти к нему и, коснувшись обложки, мысленно проговорить интересующую тему. Книга открывалась на нужном разделе, показывая где находится необходимое. “Записи альфа-менталистов”, - пронеслось в моей голове. Я выбрала дневник мага, жившего три сотни лет назад. Дневник располагался на верхней полке книжного шкафа. Пришлось искать лестницу, чтобы достать нужное. Взяв в руки записи, я двинулась к креслам, расположенным здесь же. Из закрытой секции было запрещено выносить что-либо без особого разрешения. Поэтому изучать записи я могла лишь здесь. Несколько отдельно стоящих кресел с небольшими столиками и один длинный письменный стол со стульями располагались в центре помещения на хорошо освещенном участке. Одно из кресел было занято.
Александр оторвал взгляд от книги, которую читал, и смотрел за моим приближением. Я передернула плечами от ощущения, что кот наблюдает за мышкой. Мы не виделись три дня. Не то чтобы я считала, просто последняя совместная тренировка была во вторник. Потом же Ксандр перенесся во дворец. Макс обмолвился, что скопилось много дел, требующих непосредственного внимания главнокомандующего Лоренсии. Сейчас мужчина рассматривал меня с небольшой улыбкой. Первый раз он видит меня не в черной одежде. Сегодня я надела кружевную развевающуюся юбку длиною до колен и цвета сирени, сверху серебряный топ с длинными рукавами без выреза, открывающий небольшой участок кожи между топом и юбкой. На ногах серебряные лодочки. Волосы лишь собраны небольшими заколками по бокам, оставляя основную часть волос свободно спадающими. И да, цвет волос и глаз совпадали с цветом выбранной одежды. Мне тоже иногда хочется выглядеть хрупко.
 
Он же неизменно был одет в черное: рубашку с двумя расстегнутыми верхними пуговицами, брюки, что заправлены в высокие кожаные ботинки.
— Добрый вечер, магистр, — поприветствовала я мужчину и направилась к самому дальнему от него месту за столом.
— Здравствуйте, Виктория, — чуть хрипло отозвался Ксандр.
Сев на стул лицом к брюнету, я открыла записи. Потребовалось минут пять-семь, чтобы абстрагироваться от чужого присутствия и начать вникать в текст. У владельца дневника был убористый понятный почерк.
“На альфа-уровне появляется сила для открытия порталов на любые расстояния в пределах одного мира и телекинез. Способность лишь силой мысли передвигать/обездвиживать любые предметы. Чтобы передвигать предметы большого размера с легкостью, нужны долгие и упорные тренировки. Начинать нужно с малого: маленькие предметы на небольшие расстояния. Далее я приведу несколько техник, чтобы развитие сил шло…”
Достав блокнот для конспектов таких записей, начала схематично переписывать техники, о которых говорил автор.
Закончив конспектировать примерно через час, я встала, чтобы отнести дневник. Надо найти что-нибудь про портал в Нижний Антей. Каждый раз я пытаюсь найти что-то полезное. Но везде встречаются лишь общеизвестные факты, не поясняющие мне, как менталисту, ровным счетом ничего. Подойдя к стеллажу, откуда был взят дневник, я обернулась в поисках лестницы. Странно, я вроде не убирала ее далеко.
— Помощь нужна? — Ко мне подошел Александр, также держа в руках книгу.
— Я не могу найти лестницу.
— Она за твоей спиной. — Резко развернувшись и задев рукой мужчину, я увидела пропажу. Лестница действительно находилась за моей спиной. Мне нужно кофе, чтобы в голове прояснилось.
— Да, точно. Спасибо. — Ксандр опередил меня, взяв лестницу.
— Куда?
— Хм, сюда, пожалуйста. — Поставив у нужного мне стеллажа лестницу, мужчина отошел.
Он прошел три шкафа и остановился у четвертого, видимо чтобы поставить на место свою книгу. Я убрала дневник. Спустившись, снова обнаружила мужчину возле себя.
— Вы что-то хотели? — Спросила я. По моему телу прошла дрожь. Мужчина возвышался надо мной. Черные глаза смотрели на меня, заглядывая в душу. Я охладила пространство вокруг, приводя себя в чувство.
— Что ты здесь читаешь?
— О менталистах. Лишь эти записи могут помочь мне с силой.
— И все?
— Вы в чем-то меня подозреваете? — приподняла вопросительно бровь.
Проследив за моей мимикой, мужчина выдохнул и резко подался ко мне. Правая рука на моей талии, большой палец водит по открытой коже, левая рука на шее запрокидывает голову. Губы мужчины прикасаются к моим приоткрытым губам. Секунда. Легкое касание чужих губ становится сильнее, мои губы берут в плен, открывая их шире. Я отвечаю: мои руки запрокинуты на мужские плечи, пальцы в его волосах. Меня впечатывают в книжную полку позади и мужское тело. Наши языки встречаются, вырывая из меня стон, а из мужчины низкий хрип. Воздуха стало катастрофически мало. Я отстраняюсь. Тяжело дыша, не размыкая объятий, мы молча смотрим друг на друга.
 
— Я не буду извиняться, — первым, разрушая тишину, произносит мужчина. И делает шаг назад, давая мне возможность вздохнуть поглубже.
— Я бы не приняла твои извинения. — Сейчас я физически не могла обратиться к Лексу (мне нравится это сокращение его имени) на “Вы”.
Александр стоял и не мог найти объяснение своему поступку. Эта девушка, её нежный, непривычный для неё образ сегодня, сосредоточенность во время чтения и растерянность у книжного стеллажа. Все сложилось в порыв. Порыв, нетипичный для темного мага. Порыв забрать, коснуться приоткрытых женских губ. Понижение температуры, когда он подошел к Виктории, лишь подхлестнуло, продемонстрировав ее напускную отчужденность. Аккуратная, высоко приподнятая изогнутая бровь стала последней каплей. Его накрыло.