Прощай, Лоэнгрин! (СИ)
Вася спокойно сидел за штурвалом вертолета, который расположился на небольшой поляне, образовавшейся в ходе стихийной вырубки в джунглях. До реки было рукой подать и периодически Кросс просматривал периметр в бинокль с функцией работы в абсолютной темноте.
Мужчина вздрогнул, когда высокая трава шевельнулась, и в ту же минуту на берегу показался нос деревянного каноэ.
— Готовность три минуты! Я их вижу. Пусть подойдут ближе, тогда заводи двигатель.
— Принято!
— Твою ж…
Винсент выругался и резко спрыгнул с вертолета, включил ручной фонарик и бросился к реке. Он увидел, как Аврора сошла на берег, после Сомерсбри, рядом брызгами вскипела вода и из нее тут же появилась раззинутая пасть крокодила. Рептилия вцепилась в ногу девушки, повалив на землю, и стремительно увлекая в воду.
Аврора резко выхватила из ботинка нож, но с головы слетел прибор ночного видения и она не могла хоошенько прицелиться, чтобы попасть зверю в глаз. Габриэль снял со спины автомат, выпустил короткую пулеметную очередь, целясь в толстый хвост. Тут подоспел Винсент.
Он сразу ринулся в воду и попытался схватить Аврору, которая вертелась на рептилии волчком. Это было главное правило в схватке с крокодилами — обхватить животное руками и ногами и крутиться в воде вместе с ним. Эти чудовища не откусывают конечности, а выворачивают их вместе с суставами, вращая тело.
Люди проигрывали зверю. Аврора несколько раз скрывалась под водой, которая продолжала бурлить, указывая на то, что схватка продолжалась.
Но вот, все резко стихло и над водой показался светло-желтый живот. Ближе к шее, торчала рукоятка ножа. Авроре удалось проткнуть менее толстую шкуру, под шеей рептилии, там где распологалось горло. Нужно было выбираться, как можно быстрее, потому что шум привлек остальных сородичей, а на кровь в любой момент подоспеют пираньи. Зловещие огоньки глаз то и дело мерцали в воде. Труп каймана судорожно задергался, когда его начали раздирать на куски.
Луч от фонарика, пробежался по девушке и в темноте предстала ужасная картина. На левой ноге расползались красные пятна. Из воды на берег стали вылезать новые твари.
— Уводите ее быстрей! — скомандовал Габриэль.
Василий услышал выстрелы. Включил освещение на вертолете и завел мотор. Лопасти пришли в движение, они медленно крутились, с каждой секундой ускоряя ход. Из темноты вышли двое. Вася едва узнал Аврору, которую подхватив по руку, вел Винсент. Она не могла наступать на ногу. Тяга под лопостями выросла и машина уже оторвалась от земли на полметра.
— Ждем Габриэля! — Аврора закричала изо всех сил, когда отец буквально втолкнул ее в вертолет.
— Что?
— Габриэль! — повторила девушка.
Она не заметила то, как пристально посмотрел на нее отец. Кровотечение на ноге усиливалось. Наверняка пострадала крупная артерия. Надежно пристегнув дочь ремнями безопасности, Винсент обернулся и увидел, Сомерсбри в нескольких метрах от вертолета, но забраться ему было невозможно. Машина зависла в пяти метрах от земли.
Веревочная лестница волчком пронеслась в воздухе, который с силой расходился от лопастей, лишая последних сил.
Габриэль ловко просунул руку, чтобы не упасть и стал медленно карабкаться на верх. Вот его пальцы обхватили последнюю шаткую ступеньку, и силы словно покинули тело разом. Все произощло слишком быстро.
Кросс хладнокровно достал пистолет и направил его в голову мужчины, застывшего на краю. На раздумья времени не оставалось. Аврора беспомощно дернулась, привязанная ремнями и безумно закричала. Габриэль разжал пальцы и полетел вниз, в этот момент раздался выстрел, за ним второй.
Крик девушки не смолкал, она не могла поверить в случившееся.
Так вот, почему отец настаивал на том, чтобы отыскать Сомерсбри! Он хотел собственноручно покончить с ним, убрать единственного человека, который знал тайну Финис, и мог разоблачить всех свидетелей.
Ремни удалось отстегнуть, трясущимися руками и Аврора, позабыв за ногу, бросилась на отца, который легко смог увернуться. Кросс обхватил руки дочери, ловко вывернулся и оказался у нее за спиной. Небольшая подножка и оба повалились на пол, от чего вертолет качнуло. Последнее, что почувствовала Аврора — легкий укол в шею и вязкая темнота поглотила мир через мгновение.
23
«Срок эксплуатации закончен, вы можете избавиться от товара, более не пригодного к использованию…»
За спиной возвышалось здание больницы Джексон Мемориал, а в голове роился пустой шум, который был единсвенным напоминанием о том, что нужно продолжать дышать и периодически отходить в сторону, чтобы не мешать вечно спешащей толпе.
Отец…
Точнее, человек по имени Винсент, отвез Аврору в Майами.
Кривая усмешка вполне вероятно заиграла на губах девушки, она не была до конца уверена. Все вокруг воспринималось словно со стороны. Она со стороны смотрела на сбитое с толка существо. Если стукнуть его, то звук будет пустым, пресным и тот, кто стучал быстро пожалеет, что вообще, заинтересовался таким никчемным предметом.
Предмет! Какое точное попадание с определением. Не девушка, не Аврора, не человек. Предмет, который много лет назад взяли, доработали, использовали и вернули на место.
Майами не изменился. Фешенебельный муравейник, в котором нужно постоянно двигаться, а лучше бежать.
В руках что-то зашелестело.
Аврора опустила глаза, тупо рассматривая пластиковый пакет с логотипом больницы. Внутри был паспорт, телефон, смена одежды и бутылка воды. Ах, да! Про одежду что-то говорил человек в синем халате, со стетоскопом на шее. У него был уставший вид, темные круги под глазами и раздраженный голос. Он сказал, что нужно уходить.
Смешной! Ведь можно просто сесть на пол и прижаться к стене спиной.
О, как-бы это было славно! А еще закрыть глаза, тогда и думать не придется.
Аврора не обиделась на грубого доктора. У него работа такая, а она просто мешает полезным для общества людям делать свою работу.
Как говоритл Уилли Бэнк в фильме «Тринадцать друзей Оушена»: «Пора откатиться в сторону и сдохнуть!»
На улице было жарко. Широкая, не по размеру футболка, спортивные штаны, разорванные по шву ближе к лодыжке и сланцы висели на Авроре мешком. Девушка не обратила внимания на свой внешний вид и люди вокруг смотрели будто сквозь нее, чудом не сбивая с ног.
«Мешаю!» — догадалась она и сделала шаг в сторону.
Кто-то подставил подножку, Аврора потеряла равновесие и упала на гранитные ступеньки, успев выставить руку, чтобы не разбить лицо. Странно, правая рука была занята. Какая-то дрянь! Зачем ее выдали напоследок?
Аврора смотрела на костыль в полном недоумении.
Сил подняться не было, да и нога противно заныла, тем более ее что-то стягивало, давящее, плотное, а еще сильно чесалась кожа. И плевать!
Хоть полежать можно. Голова опустилась на холодный гранит, но тут же тело начали тормошить. Посыпались вопросы.
«Нет, не помогайте мне!»
«Мне было хорошо, пока вы не заговорили».
«Вы сгинете вместе с остальным миром. Мир это предатель с миллиардами последователей!»
«Не понимаете меня? И хорошо, мало кто из американцев говорит на венгерском! Ха!»
А руки тянут вверх, вот усадили зачем-то.
«Какие мы искренние и глазки такие жалостливые. Иди, глупая! Торопись по своим делам. Я уже со своими расправилась. Меня освободили, столкнули с обрыва, в приступе великодушия, подумав, что смогу выпорхнуть, как птичка, которой развязали наконец-то крылья. Вы забыли, благодетели! Я птичка-инвалид, но спасибо что столкнули, а то так и мучалась, путалась бы у вас под ногами».
«Не затыкаются! Нужны контр-меры. Смотрите, смотрите, что я делаю! Оп, и закрыла глаза! Болтайте теперь, а мне окончательно стало хорошо. Убавьте только звук, хватит, пустое эхо оглушает…»
«Раньше это называлось жизнь. Потом все покрылось трещинами, раскрошилось на части и кусок за куском растворилось в прошлом все, что я любила. Гордись собой, Аврора! Главное, что скучно не было!»