И опять Пожарский. Тетралогия (СИ)

А в целом пир, по поводу возвращения хозяев домой, прошёл весело. Далеко ещё конечно до Петровских Ассамблей с танцами и разными куртуазностями. Только, может и не сильно надо. У нас фантазия‑то чуть лучше работает, у нас театры будут, консерватории, цирки. Ну, а сильно надо будет, то и танцы организуем, но не из‑под палки же.
  
Событие второе
 
Королевич Владислав встречал в Риге будущую Российскую императрицу Доротею Августу, племянницу датского короля Кристиана. Владислав люто ненавидел всё, что связано с Московией. Он ведь даже успел в Московии царём посидеть.  "Посидеть" за стенами смоленского кремля. Всё было почти хорошо до гибели  Яна Пётра Сапе́ги. Королевич всегда с красной пеленою перед глазами вспоминал те месяцы. Поляки сидели в Москве окружённые восками князя Трубецкого. Люди Станислава Жолкевского сначала съели всех лошадей, потом всех собак и ворон, а в конце дошло дело и до мертвечины. Взявший на себя после гибели Сапеги обязанности по снабжению продовольствие осаждённых в Москве поляков Ян Кароль Ходкевич, великий гетман литовский, с этой задачей не справился, а пробившиеся в Москву венгерские пехотинцы Феликса Невяровского без продовольствия только усугубили ситуацию. А ведь русские сами избрали его царём и пригласили в Москву. Хорошо же он "поцарствовал". Ничего, когда‑нибудь он вернётся на московский трон, и этот шутовской "Император" Михаил Романов сначала будет целовать у него сапоги, а потом издохнет на колу.
Четыре года назад Владислав со своими войсками стоял уже у стен Москвы и почти все города были взяты. Они даже дошли до Арбатских ворот. Но. Всегда есть это "но". Шведы и османы, воспользовавшись длительной войной с Московией, напали на Речь Посполитую. Сейм отказывался дальше финансировать компанию, близилась зима, русские тянули с переговорами, войск было недостаточно для планомерной осады... Что говорить, если даже лестницы у поляков оказались короче, чем нужно: по ним было не взобраться на крепостные стены. Пришлось заключать мир с Михаилом и перебрасывать войска. Тогда от Швеции и Османской Империи удалось отбиться, правда, с потерями. Нет, ни с территориальными. Мир заключили со шведами на два года, по прежним границам. Воинов много полегло. Хороших воинов, закалённых в боях. Сейчас набрали наёмников, но разве наёмники будут так же воевать как шляхтичи. Проклятый же Адольф за эти два года снюхался с московитами, и эти дети собаки ударили с двух сторон. Воспользовались  сволочи сокрушительным поражением польской армии от турок под Цецорой. В результате Лифляндию удалось отстоять, правда, с огромными потерями и разрушением Риги, да и то благодаря предательству этого князя Пожарского меньшого. Только тот же Пожарский, да его отец, откусили от Княжества Литовского огромный кусок, чтоб им подавиться. Речь Посполитая лишилась Смоленска, Витебска, Полоцка, Чернигова и ещё десятка мелких городков и десятка крепостей на границе, в наведение порядка в которых были вложены огромные деньги. Московиты же крепости не разрушили, они захватывали их обманом. В результате получается, что Польша затратила четыре года и десятки тысяч злотых на то, чтобы русским крепостные стены починить и сами эти крепости обустроить. Пся крев.
Сейчас Лев Сапега в Москве заключил договор с Михаилом о совместной войне со шведами. Да тут ещё так удачно датчане согласились отдать этим варварам свою принцессу в обмен на помощь в войне со Швецией, монетный двор и мастерские по литью колоколов и пушек. Втроём они раздавят Адольфишку через год, тут даже сомнений нет. Только договор какой‑то странный Сапега заключил. Речь Посполитая настаивала, что Эстляндия полностью достанется ей. А эти проклятые византийцы и тут выкрутили всё по‑своему. Когда обсуждали эту войну в сейме, решили что коронные войска начнут боевые действия последними, пусть начинают датчане и московиты. Они оттянут на себя основные войска, и Речи Посполитой будут противостоять только ослабленные гарнизоны крепостей. Серьёзных крепостей там всего две Нарва и Ревель. За зиму бы справились с обеими. Но! Опять это "но". Русские настояли, что после победы над Шведским королевством каждому достанутся те земли, которые они захватили в ходе войны и удержали до победы за собою. Одно слово ‑ "византийцы". Понятно, на Нарву нацелились клятые схизматики. Она им нужна как воздух.  Это и выход к Балтийскому морю и одновременно непреступная твердыня на северо‑западной границе. Льву Сапеге пришлось уступить под нажимом сразу и данов и русских, спелись дети собаки. Ничего, ещё посмотрим, чья возьмёт. Эту Нарву ещё ведь и захватить нужно. От Дерпта до Нарвы ближе, чем от Новгорода или Пскова. Теперь, правда, не получится отсидеться и воевать нужно начинать даже первыми, но если очистить Эстляндию от шведов, то вся Прибалтика, кроме Герцогства Прусского, которое всё больше зависит от Бранденбурга, будет у Речи Посполитой, есть за что воевать. А вот когда эта война закончится и исчезнет угроза с севера для Речи Посполитой, можно будет попробовать замириться с османами или даже договориться с ними о совместной войне с Московией, с Российской империей, пся крев.
 
Эти варвары вон каждый год союзников меняют, сначала бились с Речью Посполитою вместе со Шведским королевством, а теперь будет наоборот. Захочет ли с таким правителем кто‑то иметь дела? Владислав усмехнулся. Конечно, захотят. Плевать, кто твой союзник, лишь бы он воевал на твоей стороне. У Московии по сути всего три противника. С севера Швеция. С запада Речь Посполитая. С юго‑запада крымчаки и стоящая за ними Османская империя.
Эти "византийцы" сначала с помощью шведов откусили кусок Княжества Литовского, в следующем году откусят кусок Швеции, эти варвары ведь не остановятся на тех границах, что отошли шведам по Столбовому договору, дальше попрут, там есть Выборг, Нарва, Нишлот. Чтобы им подавиться. А потом что? Крымское ханство? Азов? Вот на этом и надо будет сыграть. Заслать посольство к султану и помаячить перед ним Пурецкой волостью. В мире нет ни одного монарха, который бы не захотел эту волость иметь у себя.
Ладно. Сначала Швеция. А вот и корабль с датским флагом. Стоявший рядом с Владиславом ратман Риги уверенно определил, что это трёхмачтовый хольк.
‑  Когги они по‑другому устроены, у холька мачты составные и штурвал, а не румпель. Нет, это точно хольк, ‑ ратман был стар, ему, наверное, было не меньше семи десятков, но дедок ещё крепок и Ригу вон, почти уже поднял из руин.
‑  А который лучше? ‑ чтобы поддержать разговор спросил королевич.
‑  Понятно, хольк, у него манёвренность лучше и скорость повыше. Я ещё застал времена, когда в этих водах свирепствовал пиратский флот Карстена Роде. Так тот всегда свой флаг на хольке держал. Названия уже не упомню, но никто от него уйти не мог.
‑  Карстен Роде? ‑ заинтересовался Владислав.
‑ Был на службе у Московского царя Ивана четвёртого такой датчанин, целый пиратский флот у него был. Всё Балтийское море в страхе держали! ‑ ратман, судя по тону, гордился тем пиратом, может, служил в его флоте.
Владислав продолжал вполуха слушать старичка про подвиги великого Роде, а сам вспомнил, что и ещё одним человеком Дания связана с Московией. Свататься к Ксении Годуновой приезжал их принц Иоганн Шлезвиг‑Гольштейнский, которого на Руси прозвали Иоганн Королевич, но заболел внезапно датский принц и умер. Датчане обвинили тогда Годунова в том, что Иоганна отравили. Королевич слышал, что Кристиан IV долго отказывался отдавать свою племянницу за русского царя из‑за этого случая. Но. Опять "но" и опять Пурецкая волость. Нет в мире монархов, которые могут устоять перед подарками оттуда. Вот и Кристиан не устоял. Потребовал, конечно, не мало: и монетный двор и мастерские по литью пушек и колоколов.