Возрождение (СИ)
Напротив входа — длинная сцена, оснащенная микрофонными стойками и трибуной для сейчас отсутствующего ведущего. Задник задрапирован баннером с названием конкурса, стены частично украшены шариками и плакатами со мной. Что ж, большая часть бюджета ушла на аренду зала, и скромное убранство вполне можно простить. По залу бродил и кучковался для разговоров народ. А это…
— Смотри, там Миядзаки! — указал я Нанако на стоящего у правой стены, в тени колонны, сложившего руки на груди икону отечественной мультипликации.
— Ничего себе! — узнала его и Нанако. — Он что, тоже ваш фанат-цундере?
— Может ищет убедительного двойника для какой-нибудь провокации? — предположил я худшее.
Мало ли.
Старик тоже не лишен маскировки — на голове бейсболка, а декоративный тонкий шарфик скрывает бороду, но меня таким не обманешь!
— От этого противного старика можно ждать любой подлости! — горячо поддержала меня Нанако.
— Можно подойти и прямо спросить, у меня есть документы для подтверждения личности, но в этом случае с моим участием здесь будет покончено, — прикинул я. — К тому же черта с два он мне прямо ответит — он же меня ненавидит. Смотри — рожа такая, словно здесь он предпочел бы жерло извергающегося вулкана этому месту, но вместе с тем он изучает ауру готовности пробыть здесь столько, сколько потребуется!
— Какое потрясающее умение читать людей, Кирью-сама! — восхитилась девушка, сбившись на привычное «сама», и смущенно призналась. — Он стоит далеко, и отсюда плохо видно, но я не уверена, что смогла бы рассмотреть подобное вблизи.
Какая потешная!
— Просто выдумываю, — улыбнулся я ей.
— А я поверила вам, Кирью-сама! — потешно надула она щечки.
— Какая милашка! — восхитился успешно просочившийся в зал Смазливый Иоши. — Этот страшненький Иоши тебя недостоин, может будешь добавлять «-сама» к моему имени?
Очень захотелось испортить идеальную форму его носа. Впрочем, если Нанако захочет…
— Отвали, похожая на педика подделка! — презрительно отшила она его.
Черта с два она захочет!
— Тц, — раздраженно цыкнул Смазливый Иоши. — Хочешь довольствоваться дерьмом — пожалуйста! — и он с независимым видом ушел от нас подальше.
— Ненавижу таких! — раздраженно буркнула Нанако. — Родился красавчиком и думает, что все должны кидаться ему на шею по первому зову! А этот прыщавый — как он посмел подать заявку на участие в конкурсе, если даже не знает о пристрастии Иоши-самы к использованию англицизмов?
— Накипело у тебя, да? — сочувственно спросил я.
— Ничего, Кирью-сама! — на ее лице появилась теплая улыбка. — Никчемные подделки меня раздражают, но я все равно очень рада быть здесь с вами! На самом деле мне очень весело — все эти люди очень стараются быть похожими на вас, и это наполняет мое сердце уверенностью в правильности выбранного вами пути — теперь я буду стараться еще больше!
Ну и кто здесь лучший в мире секретарь?
Глава 9
Народ наполнил зал, и, минута в минуту, заиграла веселая отбивка, под которую на сцену выбралась пара ведущих — толстый, совершенно на меня непохожий «Иоши» и симпатичная девушка студенческого возраста в офисном костюме и с «конским хвостом». Косплей легендарной «Девушки А». Музыка стихла, и ведущие взялись за дело:
— Здравствуйте, уважаемые гости и участники первого конкурса двойников Одзавы Иоши! — начал мужик.
— От лица организаторов позвольте поблагодарить вас за то, что пришли! — подхватила девушка.
— Я, в свою очередь, хотел бы поблагодарить наших уважаемых спонсоров, — начал отрабатывать бабло ведущий. — Генеральный спонсор мероприятия…
И он перечислил пяток неизвестных мне, а значит — мелких, контор. Увы, отжать конкурсы двойников под себя не выйдет — это же жуть как нескромно! — так что пусть и дальше сами развлекаются.
— Просим участников конкурса подняться на сцену, — после аплодисментов в адрес спонсоров ведущая перешла к конструктивной части конкурса.
Пока мы лезли на сцену, ведущий повеселил народ:
— Ой, надеюсь все зарегистрировались заранее? Мы точно знаем, сколько человек должно стоять на сцене!
Идущий впереди меня лже-Иоши поник и от выхода на сцену воздержался — не зарегистрированный, получается, и решил не тратить время организаторов на поиск «лишнего», какой молодец.
На сцене нас оказалось десять человек, включая меня, Смазливого Иоши, Прыщавого Иоши и Иоши-девушку. Остальные Иоши схожесть со мной имели весьма отдаленную, поэтому как претендентов на победу я их не рассматриваю.
Пока ведущие с шуточками выстраивали нас в шеренгу, я посмотрел на Миядзаки — старикан оживился и даже снял очки, воспользовавшись переключением внимания публики на происходящее на сцене.
— Первый конкурс очень простой — рассказать немного о себе, и побольше — о том, почему вы решили стать двойником Одзавы Иоши, — огласил ведущий.
Начали с прыщавого.
— Меня зовут Сакута Акабанэ, — с поклоном представился он. — Шестнадцать лет. Раньше я был робок и неуверен в себе, но однажды моя сестра заметила, что я похож на Одзаву Иоши. Это зародило в моей душе надежду на то, что я не настолько уродлив, как мне казалось, и, приложив некоторые усилия, я увеличил свое сходство с Одзавой-сенсеем. Через год мои прыщи…
— Достаточно, Сакута-сан! — оборвала его девушка под ехидные смешки из толпы.
Японские конкурсы — это когда немножко унижают, у нас на этом три четверти телепередач держится.
Следом представилась парочка «непохожих» Иоши:
— В основном я использую образ Одзавы Иоши для выполнения домашних заданий и подготовки к тестам — это помогает мне сосредоточиться.
— Я вообще не хотел идти на этот конкурс, но меня взяли на «слабо».
Откровения второго сопровождалось улюлюканием и криками «мужик!» в исполнении компашки на два десятка юношей и девушек — им и проспорил, получается. А вот Нанако смотрит на них осуждающе, с выражением: «Разве стремление быть похожим на Иоши-саму — наказание⁈».
Следом интервьюированию подверглась Иоши-девушка:
— Меня зовут Кацуки Нагиса, семнадцать лет, — поклон. — Я обожаю косплей, и стараюсь участвовать во всех косплей-конкурсах, куда меня пускают. Но не нужно из-за этого считать меня легкомысленной — я всегда готовлюсь на все сто процентов!
Аплодисменты, среди которых выделяются гулкие хлопки ее брата-бугая.
Еще пара статистов с неинтересными представлениями, и настал мой черед:
— Меня зовут Кирью Казума, семнадцать лет, — поклон. — Решил, что принять участие в конкурсе будет весело, а так-то я уже давно считаю себя Одзавой Иоши.
Тишина в зале только подчеркивалась прорывающимся из приоткрытых окон треском цикад. Ладно, шучу — ну какие в Токио цикады? Но все равно обидно — я привык, что публика ловит каждое мое слово и охотно ржет на немудреные шуточки. Что ж, место, время и личность оратора сильно влияют на восприятие, и сейчас я — всего лишь один из участников.
— Давно считаешь себя Иоши? — стебанул меня ведущий. — Что ж, теперь осталась малость — убедить в этом остальных!
Вот теперь зал заржал. Уши, не сметь краснеть! Нанако, убери руки подальше от сумочки — у тебя там куча опасного! Фух, секретарь справилась с собой, опасность миновала. И почему мне от его подначки захотелось стараться изо всех сил? У меня же нет цели выиграть!
Далее выступил Смазливый Иоши:
— Оикава Киришима, восемнадцать лет, — он поклонился и принял подчеркнуто-«изящную» позу, поправив волосы. — Иногда я прикидываюсь Одзавой Иоши, чтобы цеплять девчонок.
Женская часть зрителей ответила осуждающим гулом.
— А ты опасный мальчик, Оикава-кун, — ехидно поддела залившегося краской от такой реакции пацана — а чего ты еще ожидал, идиот? — ведущая.
— Я не мальчик! — дернулся он.
Народ засвистел и заулюлюкал.
— Продолжаем! — вернул себе контроль над ситуацией ведущий.
Парочка оставшихся «непохожих»:
— Год назад из нашей семьи ушла мать, которая выбрала порочный путь любовницы молодого красавчика, — лже-Иоши неприязненно покосился на Смазливого. — Благодаря новому закону, отец смог убедить суд оставить меня ему, и я очень этому рад — мой отец прекрасный человек. Удар все равно был силен, но, увидев по телевизору историю Одзавы Иоши, мать которого оказалась еще хуже моей, я нашел великолепный моральный ориентир — если Истинный Иоши не сломался, значит и я ни за что не сломаюсь!