Тесные семейные узы (СИ)

Он даже успел воскликнуть:
– Что за черт?!
И лишь после этого реальность для него исчезла.
Я закрыла глаза. Зрение мне уже было ненужно. Достаточно и той магии, что я выпустила, чтобы держать ситуацию под контролем и не дать себя убить… Я медленно вошла в транс и замерла в ожидании новых врагов или тех, кто все-таки решит спасти меня.
Пришла в себя я от того, что кто-то бесцеремонно и грубо разрывает так кропотливо сплетенные мной нити. Это было почти болезненно. Я оскалилась и атаковала нахала, посмевшего творить подобное варварство, но он упорно сопротивлялся, защищаясь от моих чар. И этот «кто-то» упрямо двигался ко мне. Бороться с паникой с каждым мгновением становилось все сложней, в физическом плане я сейчас слаба и уязвима, убить меня тому, кто способен не попасться в плен созданной мной иллюзии, труда не составит.
Дверь в подвал со скрипом открылась, и я сумела взглянуть на своего противника.
– А ты не так проста, как кажешься на первый взгляд, Юки. Добраться до тебя было нелегкой задачей, – с дружелюбной улыбкой произнес Мацунага. – Прости, я все-таки не сумел защитить тебя.
– Как видите, мистер Мацунага, я не настолько беззащитна, чтобы не суметь позаботиться о себе самой, – чуть хрипловато ответила я. В голосе проскользнуло неуместное и детское торжество.
Найхонец повернулся к тем, кто успел в большей мере оценить мои способы защиты, чем он сам.
– Вижу… Они еще в здравом уме? – задал самый правильный в данной ситуации вопрос он.
– Нет, – немного заторможено покачала головой я. – Ни один. Пришлось погрузить их слишком глубоко, чтобы они могли долго сохранять разум.
– Жаль. Ну да ладно.
Когда мужчина развязывал меня, его пальцы казались горячими, как уголья. Очевидно, он уже успел поужинать, добираясь до места, где меня держали. И его пищей сегодня вполне могли стать «вольные». Охотников нам есть не рекомендуется, их кровь действует на вампиров как протухшее мясо на людей, но всегда ходили легенды о том, что для «шершней» охотники – лучшее блюдо.
После того, как ненавистные веревки были сняты, Мацунага поднял меня на ноги и отряхнул от пыли мою одежду. Эти его действия вызвали у меня удивление и сильное. Будь рядом со мной принц Алехандро, я бы могла ожидать, что мне помогут подняться, а то и вынесут на руках из подвала, но для Мацунаги Каору и то, что он сделал являлось верхом галантности.
– Как ты, Юки? – продолжил поражать меня найхонец. – Испугалась?
– Когда они меня схватили – я не успела ничего понять, поэтому не успела испугаться. А когда поняла, что они оставили мне глаза открытыми, повода для страха уже не было, – спокойно и даже почти расслабленно пояснила я. Оказалось безумно приятно продемонстрировать этому мужчине, что я далеко не так слаба и бесполезна, как ему могло казаться сперва.
– Извини, Юки, – еще раз попросил прощения «шершень». – Моя ошибка. У тебя могло бы и не быть шанса использовать свои способности для защиты.
– Извинения приняты, – церемонно кивнула я. – Впрочем, если бы у меня и действительно не было шанса… мне было бы уже все равно.
Найхонец кивнул. Выглядел он при этом на удивление задумчивым, будто решал какую-то невероятно сложную задачу.
– Идем, тут ловить уже нечего, троих я убил сам, троих довела до состояния растений ты. И все сопляки… Эх, если бы только быть уверенными, что их и было всего шестеро. Нам бы хотя бы одного живого и в здравом рассудке – тогда бы Санчо помог нам узнать всю подноготную.
Я тоже была немного расстроена, что наша охота не принесла столько пользы, сколько мы ожидали. С другой стороны, мы оба остались живы, так что жаловаться на невезение тоже грешно. Подвал вместе с тремя охотниками уже удручал меня чересчур сильно, и я, развернувшись, двинулась к выходу, слыша, что Мацунага последовал за мной. Каблук на правом туфле безбожно шатался… Белые, как снег, замшевые туфельки на тончайшей шпильке, подарок Марка на девяностую годовщину моего обращения, любимейшая пара. И теперь они безнадежно испорчены. Никогда бы не подумала, что мне принесет такое счастье понимание, что подарок брата пришел в полную негодность. Но сейчас я была именно счастлива, что порвалась еще одна ниточка, связывающая меня с моей семьей.
 
Оказалось, что держали меня в полуразрушенном доме за городом. Отсюда был прекрасно виден холм, на котором уже многие годы высилась резиденция клана де Ритер.
– Это еще недавно был мой дом, – указала я на особняк.
– И он так близко находится от логова «вольных»… – с кровожадной ухмылкой произнес «шершень». – Уже кое-что для Коронного совета.
Оставалось только вздохнуть. Мужчина был совершенной машиной убийства, но вот в тонкостях работы Коронного совета он, судя по всему, не понимал ничего. Совсем.
– Для Коронного совета такого доказательства не просто недостаточно. Он его даже не примет. И первым, кто выскажется против, будет принц Де Ла Фуэнте. Мы не можем руководствоваться одними лишь домыслами.
– Мы? – переспросил недоуменно он. – Все еще относишь себя к правителям кланов?
Мне почудилась ирония в его голосе. Что-то было в нем такое неуловимо-насмешливое… Но не злое, уже не злое. Если при первой встрече найхонец едва ли не причислил меня к личным врагам, то теперь я перешла в статус младшего, находящегося под опекой. Принцесса Клио де Ритер должна была возмутиться таким отношением. Но вот Клио, просто Клио, была благодарна… Абсурд.
– Я принцесса вплоть до смерти или отречения, – повторила я безо всякого выражения слова принца Алехандро. – А значит, и член Коронного совета. Тут у меня нет альтернативы.
Мацунага не ответил мне, лишь окинул взглядом. Да, чумазая, со встрепанными волосами, уставшая, сейчас я меньше всего напоминала гордую властительницу. Даже не хотелось думать, на кого я была похожа. Но почему-то он сказал:
– Истинная принцесса.
– Благодарю, – кивнула я с тем достоинством, которое еще сохранилось во мне.
Добирались до резиденции Де Ла Фуэнте уже утром, настолько ясным и безоблачным, что сама мысль о том, что в этот момент может свободно разгуливать под открытым небом вампир, казалась кощунственной. Встретить кого-то мы не опасались, хотя личины я все же набросила, пусть и больше для приличия, чем из осторожности. Мацунага позвонил принцу Алехандро, и в особняке нас уже ждали, пропустив сразу же. Охранники-смертные недоуменно оглядели нас, явно пораженные непристойным внешним видом, но сказать хоть что-то гостям принца не посмели. Смертные вообще редко смеют обсуждать, а уж тем более осуждать, гостей своих безнадежно мертвых нанимателей.
– Вы задержались, – приветствовал нас из темноты замершего в оцепенении дома его хозяин. Самого принца я никак не могла увидеть, акустика холла творила что-то совершенно странное, и неясно было, откуда доносится мягкий баритон Де Ла Фуэнте.
– Не все пошло по плану, Санчо, – коротко ответил «шершень» и уверенно двинулся в сторону дверей, что вели в столовую. Для него определить местонахождение принца Алехандро труда не составило.
– Надеюсь, с вами все в порядке, принцесса Клио? – с тревогой спросил меня Де Ла Фуэнте.
– Чтобы с принцессой что-то стряслось нужно нечто большее, чем три охотника-молокососа. Как оказалось, у Юки куда больше сюрпризов, чем можно подозревать, глядя в эти наивные глаза, – ответил вместо меня Мацунага. – Ты был прав, говоря, что я недооцениваю ее.
В непроглядной даже для меня тьме раздался тихий смех.
– Нельзя сбрасывать со счетов наследницу принца Леона и самое талантливое его дитя лишь из-за того, что она не способна перегрызть тебе глотку. У нее и без того много тузов в рукаве.
Каблук попал в какую-то выбоину и я, споткнувшись, едва не умудрилась позорно упасть плашмя на пол. Наследница принца Леона и самое талантливое его дитя была спасена от очередной порции стыда Мацунагой Каору, вовремя схватившего меня за шкирку.
– Осторожней, Юки.
И все. Ни единого больше слова. Никаких замечаний по поводу неуклюжести моей или еще чего-то в этом роде. Определенно, после событий этой ночи отношения у нас с «шершнем» существенно улучшились.